1.О происхождении и содержании понятия «интеллигенция».

Сущность понятия «интеллигенция»

1.О происхождении и содержании понятия «интеллигенция».

⇐ ПредыдущаяСтр 2 из 4Следующая ⇒

Термин «интеллигенция» можно охарактеризовать как довольно устойчивый в обыденном сознании и обиходном употреблении, хотя споры об определении понятия «интеллигенция» не утихают многие годы. Все многообразие подходов к определению интеллигенции можно, свести к двум — культурологическому и социологическому.

Первый ставит на первое место неформальные, идейно-нравственные признаки. Второй, игнорируя эти признаки, выдвигает на первый план критерии формальные, прежде всего, социально-экономические. Некоторые исследователи кладут в основу определения интеллигенции характер (умственный) труда.

Однако этот критерий нельзя признать корректным, ибо научно-технический прогресс настолько увеличил разброс видов умственного труда — от уникально-творческого до рутинно-подсобного, что у социологов, имеющих дело с вычленением в социуме определенных социальных групп и точным количественным анализом, возникла необходимость конкретизировать определение интеллигенции, указав на ее особое место в структуре работников, обслуживающих духовную жизнь общества. Интеллигенция – сложное, многогранное и противоречивое явление российского народа и его культуры. Дискуссия о сущности этой социальной группы общества идет с момента ее возникновения. Слово “интеллигенция”, впервые обретшее современное значение именно в русском языке, своим происхождением связано с латинским существительным intelligentia – понимание, разумение, способность разъяснить идеи и предметы; ум, разум. В средние века это понятие имело теологический характер. Оно рассматривалось как Ум Божий, как высший надмировой Разум, в самом себе творящий многообразие мира и отличающий в этом многообразии самое ценное, приводящее его к самому себе. В таком смысле это понятие употребляется и Гегелем в “Философии права”: “Дух есть… интеллигенция”. В России понятие “интеллигенция” в качестве термина стало употребляться более чем сто лет назад, в 60-е годы XIX века, и впоследствии из русского языка перешло в языки других народов. Авторство этого термина приписывается русскому писателю П.Д. Боборыкину. В вышедшем в 1870 году романе “Солидные добродетели” русский беллетрист ввел понятие “интеллигенция” в широкий обиход и так определил его содержание: “Под интеллигенцией надо разуметь высший образованный слой общества, как в настоящую минуту, так и ранее, на всем протяжении XIX века и даже в последней трети XVIII века”. Главный герой этого романа считает, что для русской интеллигенции единственный нравственно оправданный путь – это путь в народ, к социальным низам. Первозданный смысл понятия интеллигенция означает, прежде всего, общественное назначение человека, порожденного самим обществом и для развития и самопознания общества. В середине 50-х гг. Я. Щепаньский[10] предложил социологическую модель, в соответствии с которой к собственно интеллигенции следовало бы отнести всех специалистов с высшим и средним специальным образованием (критерии образовательного ценза), вкладывающих в свой труд индивидуальные творческие и интеллектуальные усилия (критерий творчества). Данная совокупность дальше классифицируется по типу выполняемых в обществе функций (место в общественном разделении труда), в связи с чем выделились «творцы культуры» (научные работники, литераторы, актеры, художники, музыканты, архитекторы, научные работники библиотек); «организаторы социальной и экономической жизни» (инженеры, техники, работники гостиниц, директора институтов, высшие функционеры госадминистрации); «эксперты» (терапевты, стоматологи, фармацевты, учителя, духовенство, сельхозспециалисты, издательские работники). Неполнота профессионального перечня, подвижность границ между группами здесь очевидна. Предложенная рабочая социологическая модель была подвергнута критике, однако попытки заменить при изучении данной социальной группы понятие интеллигенция «работниками умственного труда» или «специалистами» не увенчались успехом, ибо использование понятия «работник умственного труда» в условиях интеллектуализации многих видов физической работы, затрудняло идентификацию многих промежуточных пограничных профессий. Определение же «специалист» позволяло подключать к данной категории и тех, кто достиг уровня необходимой компетентности путем традиционного профессионального обучения, и тех, кто добивался этого долголетним опытом, склонностью к изобретательству, рационализаторству и т.п. После длительной полемики социологи вернули в обиход исходный термин «интеллигенция», как адекватно обозначающий данную социальную общность, мобильность которой связана с любыми преобразованиями социальной структуры общества.[11] Если отталкиваться от культурологического подхода (в основе которого лежит понятие «интеллигентности», «интеллектуальности»), то ситуация становится еще запутаннее, так как операционально, на эмпирическом уровне невозможно выделить эту социальную группу. Вот какую характеристику группе интеллектуалов дает польский исследователь В. Маркевич: «К ней относятся наиболее выдающиеся ученые, не обязательно, впрочем, гуманитарной профессии, известные писатели, артисты, журналисты. Определить, хотя бы в грубом приближении структуру этой группы невозможно, ибо она в общественном мнении представлена как неформализованная разрозненная совокупность выдающихся индивидуальностей, осуществляющих самостоятельную деятельность, наделенных незаурядными знаниями, умом, огромным авторитетом и компетентно высказывающихся в вопросах, которые представляют большую важность для польского народа и всего человечества. Механизм воздействия на определенные социальные явления со стороны интеллектуалов весьма сложен. Он функционирует чаще всего таким образом: получившая широкую известность творческая личность выступает в общественном мнении как образец для народа и его культуры, в связи с чем данная личность начинает со временем считаться авторитетным представителем своего народа даже в областях, не охватываемых его профессиональной компетенцией. Таким образом, на данную личность ложится огромная ответственность (также и политическая) за свои поступки и слова, ибо ее голос получает, как правило, широкий общественный резонанс».[12] Очевидно, что в основе подобного подхода лежат прежде всего неформальные, идейно-этические признаки.. А. Севастьянов[13] выделяет внутри интеллигенции три основных группы или слоя. К первой, самой многочисленной группе относятся специалисты массовых профессий — врачи, учителя, инженеры, юристы, офицеры, священники, некоторая часть творческой интеллигенции. Интеллигенция второго круга — историки, философы, социологи, литературоведы, некоторая часть писателей, художников — обеспечивает потребности самой интеллигенции. Наконец, интеллигенция третьего круга — это фактически интеллектуальная элита, генераторы идей, определяющих деятельность всей интеллигенции в целом. В социологических исследованиях, на данные которых мы будем ссылаться ниже, речь идет, прежде всего, о первом, самом массовом круге интеллигенции, представителей которой в социологических анкетах, как правило, называют инженерно-техническими работниками, служащими-специалистами, специалистами с дипломом, управляющими специалистами и т.п. Но для нас основным критерием является критерий образовательного ценза, а именно обладание высшим образованием. Именно по этому признаку мы выделяем в социуме группу интеллигенции или специалистов с высшим образованием, и все количественные характеристики, изложенные ниже, будут касаться лиц с высшим образованием, независимо от сферы занятости, должности, обладания властью, уровня доходов и т.п. Такой подход, несмотря на его ограниченность и уязвимость для критики, дает возможность количественного анализа процессов, происходящих как внутри этой социальной группы, так и тенденций изменения самой интеллигенции в условиях трансформирующейся социально-политической системы в России.

Мы уже отмечали структурную «слоистость» интеллигенции, наличие в ней разнообразных групп и слоев. Тем не менее, можно выделить ряд общих, «родовых», исторически неизменных признаков интеллигенции. К ним относится идейно-этическая неоднородность, проявляющаяся в отличии духовного мира, материальном и социальном положении, разных приоритетах и т.д. А поскольку интеллигенция — самый идеологизированный слой общества, то противоречия внутри нее достигают особой остроты. Отсюда второй родовой признак — внутригрупповой антагонизм, который является следствием первого. Третья особенность интеллигенции —индивидуализм, поскольку, несмотря на поточный метод обучения в коллективе, процесс созревания интеллигента индивидуален, так как знания, навыки и др. не столько ему даются, сколько берутся, творчески и индивидуально. Наконец, четвертая особенность (следствие предыдущей) — обостренная любовь к свободе, тяга к независимости. «Но полная свобода проявления собственной личности — это такое требование, исполнение которого очень жестко ограничено общественными условиями, и осознание этого факта с неизбежностью приводит интеллигента к общественной борьбе за демократические свободы. Но ведь стремление к свободе и борьба за нее требуют единения, которого нет внутри интеллигенции. В этом диалектическое противоречие, оплодотворившее историю интеллигенции, но и сообщившее этой истории, особенно в условиях России, трагический характер».[14]

Интеллигенция формируется не стихийно, этот процесс имеет свои закономерности. По мере становления новой системы с ее особым политико-экономическим и социокультурным укладом пришедшие к власти сословия или классы создают свою интеллигенцию, которая вскоре претендует на роль общественного и культурного лидера. Еще Антонио Грамши, сравнивая опыт русской революции с европейской историей, отмечал в 1930 г., что всякая социальная группа, зарождаясь на почве экономического производства, создает себе один или несколько слоев интеллигенции, «которые придают этой группе однородность и сознание ее собственной специфической роли» как в экономике, так и в социально-политической области. «Организаторами новой культуры» называет А. Грамши эту новую интеллигенцию, которая выводит вслед за собой на общественную арену новый социальный класс.[15] Осознает это выходящий на историческую арену класс (слой) или нет, но поступает так потому, что без освоения сферы культуры, без освоения в этой сфере определенного пространства он не в состоянии осознать ни самого себя в качестве субъекта в историческом процессе, своей роли в нем, ни убедить общество в правомерности и необходимости исполнения указанной роли.[16] Любая политическая власть, какие бы нравственные ценности она ни провозглашала, не может следовать им, ибо действия ее представляют реализацию ценностей определенной социальной группы, которая привела субъекта к власти. Даже при развитой демократии народ следует за наиболее значимыми для него группами или личностями. Зарождающаяся же демократия отягощена привязанностями к прошлому или полным анархическим отрицанием его, что не может не отразиться на формировании групповых интересов, на их приоритетности в процессе выбора субъекта власти, ее системы и форм. Стремящиеся к власти определенные группы или их представители, сориентированные на интересы выдвигающих их групп, вынуждены при получении власти эти интересы реализовывать, подавляя в той или иной мере оппозиционные им группировки. Может ли какая-либо политическая власть в своей деятельности ставить во главу угла общечеловеческие ценности? История свидетельствует, что пока этого не удавалось сделать ни одной социальной группе, пришедшей к власти. Не потому ли реализацию гуманистического принципа: человек — цель, а не средство,— человечество связывает или с царством Божьим на небе, или с утопическими представлениями о царстве справедливости на земле? Невозможность реализации гуманистических идеалов во всей полноте приводит к концепции «меньшего зла», идеи достаточно опасной из-за субъективности трактовки добра и зла, степени зла.

Исходя из сказанного, особый интерес представляет анализ того, какой класс, слой (классы, слои, группы) выходят на первый план в посттоталитарной России, какую интеллигенцию вызывают эти слои к жизни, к социально-политической активности, какая культура выходит на первый план. Ответы на эти вопросы требуют специального многопрофильного исследования. Мы же остановимся на некоторых процессах, затронувших российскую интеллигенцию в условиях трансформирующегося общества.

⇐ Предыдущая1234Следующая ⇒

Date: 2015-09-03; view: 842; Нарушение авторских прав

Источник: https://mydocx.ru/5-85152.html

Происхождение слова

1.О происхождении и содержании понятия «интеллигенция».
Наткнулся на электронную библиотеку “Современные проблемы”, в которой среди многих интересных рубрик есть и “Русская интеллигенция”. А в этой рубрике на сегодняшний день уже 25 материалов.

Один из них служит своего рода введением к этой подборке – в нем, со ссылкой на статью американского исследователя Алана Полларда, опровергается утверждение Боборыкина, будто именно он ввел в оборот слово “интеллигенция”:

“Русская интеллигенция: душа России”1

– 1 –

Начиная серию публикаций о русской интеллигенции, мы займемся происхождением терминов “интеллигенция”, “интеллигент” и “интеллигентный”, которые в наше время потеряли свое прежнее значение.

Теперь “интеллигентом” считается (и считает себя) каждый, получивший от государства какой-нибудь диплом, и в этом смысле Россия обладает теперь очень многочисленной интеллигенцией.

Но в прошлом, до революции, такие люди считались бы, как правило, чиновниками.

Нас интересует в следующей дальше серии статей старый, интеллигентный смысл термина “интеллигенция”, обозначавшего особую социальную группу, во многом определившую русскую историю до революции, и историю самой революции.

Американец Алан Поллард называет эту группу “душой России”: мы перевели таким образом выражение mind of Russia, в котором слово mind можно также перевести как “разум” или “дух”.

Как нам кажется, по смыслу статьи, высоко расценивающей русскую интеллигенцию, лучше всего подходит русское слово “душа”.

Слово “интеллигенция” происходит от латинского intelligentia, означающего “понимание, рассудок, познавательную силу, способность восприятия”.

Эти значения вовсе не относятся к какой-либо группе людей, а к свойству человеческого ума, и в этом смысле воспроизводятся французским словом intelligence и английским, с тем же написанием, а также немецким Intelligenz. Впрочем, немецкое слово означает также “совокупность образованных или творчески одаренных людей”.

Последнее значение, образовавшееся в середине 19-го века, выделяет группу людей по признаку высокого образования, не тождественному со специфически русским значением слова “интеллигенция”.

Это русское слово, хотя и предполагающее некоторую образованность, подразумевает определенный тип мышления и чувствования, ставивший на первое место интересы угнетенных и униженных, враждебный сословным привилегиям и произволу властей.

Такое значение русского слова перешло в другие языки; например, английское слово intelligentsia воспроизводит русское произношение, но может относиться и к людям других национальностей с аналогичными нравственными установками.

И все же, “интеллигенция” – в основном русское явление.

В конце 19-го века, когда это понятие приобрело большую важность, происхождением слова “интеллигенция” и его производных, в этом специальном русском значении, занимались специалисты по истории русской литературы. Они пришли при этом к ошибочному выводу, вошедшему даже в энциклопедии.

В энциклопедии Брокгауза и Ефрона можно прочесть: “Слово “интеллигенция”, для обозначения отдельной общественной группы, появилась в 1860-е годы, и первоначально в России; Иванов-Разумник приписывает его введение в общее употребление Боборыкину”; Большая Советская Энциклопедия тоже утверждает, что это слово “впервые ввел в русскую литературу в 1860-х годах писатель П. Д. Боборыкин в одном из своих романов”.

Как это ни странно, подлинную историю слова “интеллигенция” восстановили лишь в 1960-х годах американские ученые. Об этом рассказывает реферируемая статья А. Полларда.

На приоритет введения слов “интеллигенция” и “интеллигент” действительно претендовал второстепенный русский писатель либерального направления Петр Дмитриевич Боборыкин (1836-1921), автор более ста сочинений – романов, очерков и критических статей.

В 1904 году он утверждал в печати, что “запустил в обращение” слово “интеллигенция”, в “одной из своих критических работ, в 1866 году”, а затем повторял это притязание в 1908 и в 1913 году, в публикациях и докладе. По-видимому, ему удалось убедить в этом известного историка русской литературы С. А.

Венгерова, автора авторитетного “Критико-биографического словаря русских писателей и ученых”, вышедшего в шести томах в Петербурге с 1889 до 1904 года.

Как писал Венгеров в этом словаре, “Боборыкину принадлежит честь введения в речь столь многозначительного понятия, как интеллигенция, понятия, которое, однако, никто не понимает”. Это утверждение повторил, по-видимому, со слов Венгерова известный писатель Р. В.

Иванов-Разумник, в своей статье “Что такое “махаевщина”” (Спб., 1908): “Введение этого термина – одна из главных литературных заслуг П. Боборыкина”. Иванов-Разумник, автор двухтомной “Истории русской общественной мысли” (1907), в отличие от Венгерова уже принимает понятие интеллигенции с полным уважением; как мы видим, на него ссылается энциклопедия Брокгауза и Ефрона. Таким образом, родилась легенда, которую никто из русских литераторов не дал себе труда проверить.

1 Alan P. Pollard. The Russian Intelligentsia: The Mind of Russia. California Slavic Studies, Vol. III, University of California Press, Berkeley and Los Angeles, 1964, pp. 1-32.

– 2 –

В 1960 г. американский филолог Биллингтон опубликовал статью, сообщающую, что он обследовал все сочинения Боборыкина за 1860-годы, но не нашел в них слова “интеллигенция” в его новом значении, относящимся к общественной группе.

Единственной публикацией за 1866 год, на которую мог сослаться Боборыкин, была статья в журнале “Русский вестник” под названием “Мир успеха: Очерки парижской драматургии”, посвященная парижским театрам.

В этой длинной статье к интересующему нас предмету могли иметь отношение только два места: “ни малейшего намека на интеллигентное или сценическое достоинство” и “без различия интеллигенции и общественного положения”.

В обоих случаях, очевидно, речь идет о качестве мышления, выражаемом по-французски прилагательным intelligente и существительным intelligence: русского смысла “интеллигенции” здесь нет и в помине, да и речь идет о совсем других вещах. Таким образом, Боборыкин забыл свою старую статью, или (что более вероятно, ввиду его повторных притязаний) намеренно ввел в заблуждение русскую публику.

Источник: https://intelligentsia1.livejournal.com/490127.html

Термин и понятие

1.О происхождении и содержании понятия «интеллигенция».

Интеллигенция… Что это такое? На этот вопрос пытались ответить многие. До сих пор философы, ученые, писатели не могут прийти к какому-либо единственному определению этого слова. По моему мнению, данное обстоятельство есть следствие наличия разнообразных теорий, концепций, мнений по поводу данного понятия.

Если заглянуть в энциклопедический словарь, можно увидеть там следующее определение: ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ (от лат. intelligens — понимающий, мыслящий, разумный), общественный слой людей, профессионально занимающихся умственным, преимущественно сложным, творческим трудом, развитием и распространением культуры.

Понятию интеллигенция придают нередко и моральный смысл, считая ее воплощением высокой нравственности и демократизма. На Западе более распространен термин “интеллектуалы”, употребляемый и как синоним интеллигенции. Интеллигенция неоднородна по своему составу. Предпосылкой появления интеллигенции было разделение труда на умственный и физический.

Зародившись в античных и средневековых обществах, получила значительное развитие в индустриальном и постиндустриальном обществах.[1]

Термин “интеллигенция” был введен писателем Петром Дмитриевичем Боборыкиным (1836-1921) в 1866 году и из русского перешел в другие языки. Это было подмечено в свое время П.И.Сакулиным, и с его легкой руки данная точка зрения представляется чуть ли не бесспорной для тех, кто исходит из наличия самого специфического явления – русская интеллигенция.

Противники же такого подхода считают, что нет такого оригинального явления, сосредоточивают свое внимание не на самом явлении, его содержательном исполнении, а на понятии этимологическом. П.Д. Боборыкин и не претендовал на авторство самого слова, как и на открытии феномена “интеллигенции”.

Он говорил об особенностях российской, русской интеллигенции, видя их в этической стороне дела.

Это одно из излюбленнейших понятий в русских спорах, а употребляется весьма по-разному. При нечеткости термина многое обесценивается в выводах. Авторы “Вех” определяли интеллигенцию не по степени и не по роду образованности, а по идеологии – как некий новый орден безрелигиозно-гуманистический.

Они очевидно не относили к интеллигенции инженеров и ученых математических и технических циклов, и интеллигенцию военную, и духовенство. И сама интеллигенция того времени, собственно интеллигенция (гуманистическая, общественная, революционная) тоже не относила к себе всех их.

Более того, в “Вехах” подразумевается и позднее укореняется, что крупнейшие русские писатели и философы – Достоевский, Толстой, Вл.

Соловьев, тоже не принадлежали к интеллигенции! Этимологическое определение, приведенное мною выше, охватило бы во многом иной класс людей, чем те, кто в России рубежа двух веков присвоил себе это звание и в этом качестве рассмотрен в “Вехах”.

В 20-х годы вокруг русского философа А.А.Мейера в Петрограде был организован кружок “вторичан”, получивший потом название “Воскресение”.

Главным для “вторичан” была интеллектуальная свобода – свобода от требований властей, времени, материальной выгоды, от сторонних взглядов. Интеллектуальная свобода определяла собой мировоззренческое поведение таких людей, как сам А.А.Мейер и окружавшие его: К.А.

Половцев, С.А.Аскольдов-Алексеев, Г.Федотов, Н.П.Анциферов, М.В.Юдина, Н.И.Конрад, Н.С.Петров-Водкин, Л.А.Орбели, Н.В.Пигулевская и другие.

Г.Федотов остроумно предлагал считать интеллигенцией специфическую группу, ”объединяемую идейностью своих задач и беспочвенностью своих идей”.

В.Даль определял интеллигенцию как ”образованную, умственно развитую часть жителей”, но он отмечал, что ”для нравственного образования у нас нет слова” – для того просвещения, которое образует и ум и сердце”.

Были попытки строить определение интеллигенции на самодвижущей творческой силе, даже вопреки внешним обстоятельствам, на неподражетельности образа мысли, на самостоятельной душевной жизни.

Во всех этих помыслах высшая затрудненность не в формировании определения и не в характеристике реально существующих общественных групп, а в разности желаний: кого мы хотели бы видеть под этим именем интеллигенции.

Н.А.Бердяев предлагал определение: интеллигенция как совокупность духовно-избранных людей страны. То есть духовная элита, а не социальный слой. Он считал, что именно верховенство совести – доминирующая черта в нашей интеллигенции, что “русская интеллигенция есть совсем особое, лишь в России существующее, духовно-социальное образование”.

Но он же отмечал и такие характерные русские черты, как “раскол, отщепенчество, скитальчество, невозможность примирения с настоящим, устремленность к грядущему, к лучшей, более справедливой жизни…”[2] Н.

Бердяев исходил из того, что для интеллигенции характерны и рефлексия, и стремление к переделке общества исходя подчас из умозрительных концепций, и некритическое отношение к западным теориям, и настроенность на радикалистские по своему характеру действия. Корни формирования особого российского типа интеллигенции лежали по Бердяеву, в самой нашей истории.

Он писал, что культурные, несущие правды люди, составляли единицы в российском дворянстве и их первые попытки “на путях просвещения, а не революции”, были пресечены императорской властью.[3]

В.Ф.Кормер также писал об уникальности феномена, видел ее в том, что русская интеллигенция одержима “некой нравственной рефлексией, ориентированной на преодоление глубокого внутреннего разлада, возникшего между ними и их собственной нацией, меж ними и их же собственным государством. В этом смысле интеллигенции не существовало нигде, ни в одной стране, никогда…4

Формирование и эволюция феномена интеллигенции проходила в нашей истории под сильнейшим воздействием дискуссий в среде самой думающей части общества.

В центре споров стояла проблема: что же такое интеллигенция – социально-экономическая или социально-этическая категория? С учетом акцентов, расставления сил в этих дискуссиях определялись линии поведения власти по отношению к интеллигенции, интеллигенции по отношению к власти, государству.

А отношения, складывавшиеся между интеллигенцией и властью, сначала привели к расколу интеллигенции, а затем стали определять вес, значение, место в жизни общества, в политике государства двух расколовшихся ветвей русской интеллигенции – культурнической и социальной.

Д.С.Лихачев определяет понятие интеллигенции как чисто русское и содержание его преимущественно ассоциативно-эмоциональное. По его мнению, интеллигент – представитель профессии, связанной с умственным трудом (например, врач, ученый, художник, писатель), и человек, обладающий “умственной порядочностью”.

Его смущает понятие “творческая интеллигенция”, – точно какая-то часть интеллигенции может быть “нетворческой”.

Все интеллигенты в той или иной мере “творят” а с другой стороны, человек пишущий, преподающий, творящий произведения искусства, но делающий это по заказу, по заданию в духе требований партии, государства, или какого-либо заказчика с “идеологическим уклоном”, с его точки зрения, никак не интеллигент, а наемник. Лихачев считает, что ученые не всегда бывают интеллигентны.

Не интеллигентны они тогда, когда, слишком замыкаясь в своей специальности, забывают о том, кто и как может воспользоваться плодами их труда. И тогда, подчиняя все интересы своей специальности, они жертвуют интересами людей, или культурными ценностями.

К интеллигенции принадлежат только люди свободные в своих убеждениях, не зависящие от принуждений экономических, партийных, государственных, не подчиняющиеся идеологическим обязательствам. Основной принцип интеллигентности – интеллектуальная свобода, свобода как нравственная категория.

Не свободен интеллигентный человек только от своей совести и от своей мысли, а кроме этого можно быть и несвободным от раз и навсегда принятых принципов. Это касается людей “с лобной психикой”, Достоевских “людей в мундирах”. Человек должен иметь право менять свои убеждения по серьезным причинам нравственного порядка.

Если он меняет убеждения по соображениям выгодности, – это высшая безнравственность. Если интеллигентный человек приходит к другим мыслям, чувствуя свою неправоту, особенно в вопросах, связанных с моралью это его не может уронить.5 По мнению Лихачева, интеллигентность в России – это, прежде всего ”независимость мысли при европейском образовании”. Должное внимание в своих работах он отдает и такому качеству, как совестливость. Он определяет, что совесть – не только ангел-хранитель человеческой чести, это рулевой его свободы, она заботится о том, чтобы свобода не превращалась в произвол, но указывала человеку его настоящую дорогу в закутанных обстоятельствах жизни, особенно современной.

Источник: http://www.newreferat.com/ref-15255-1.html

1.О происхождении и содержании понятия «интеллигенция»

1.О происхождении и содержании понятия «интеллигенция».

Первооснова возникновения термина «интеллигенция» – греческий язык. Из него термин перешел в латинский язык еще в первом столетии до н.э. понятия восходит к Аристотелю.

Он этот термин употребил для обозначения человека, сознание которого направлено не только на мир природы, но и на самого себя (самопознание, саморефлексия). Из латинского ( «intelligentsia») оно перешло и на другие языки.

Версия, согласно которой понятие интеллигенция придумано русским писателем П.Д.Боборыкином (1866) – несостоятельна.

понятия.

В России понятие употреблялось, как и в других странах Запада, для обозначения образованных, «прогрессивных» граждан. Энциклопедический словарь Гранат ( 1890-1907) утверждает, что «понятие «интеллигенция» обьединяет собою представителей умственной культуры, «профессия которых определяется их знаниями и дарованиями».

Отправной точкой в понимании интеллигенции становится социальная и нравственная значимость личности, определенный тип мировоззрения.

Этапами социальной эволюции российской интеллигенции являются : 40 -ые годы 19 века –«кающиеся дворяне», 60-годы- разночинцы, 70-80- народники, 90- марксисты.

Для этих групп были характерными резко выраженная идейная и эмоционально-волевая направленность их деятельности. Все больше звучало идеологическое содержание : интеллигент – враг рутины и застоя, искатель новой правды…

Первым русским интеллигентом, по утверждению Д, С.Мережковского, был Петр 1, а по Н. Бердяеву – им был Радищев : главной чертой интеллигента Бердяев считал сострадание со стороны просвещенного класса к простому народу.

Можно выделить специфические черты интеллигенции ХIХ и начала ХХ веков : а) маргинальность (находится между классами , а не «парящий класс» –Мангейм); б) оппозиция по отношению к власти, мотивированное также чувством вины по отношению к «страдающему» народу. Именно в этот период революционных изменений ведущей идеей была идея «Служения народу».

В современной русской языковой практике существуют понятия «интеллектуал» и «интеллигенция». Они различаются по содержанию. Понятие интеллектуал– интернациональное. Под ним понимается человек, профессионально занимающийся умственным трудом. В российских условиях образованный человек выделялся еще и «интеллигентностью», т.е.

общепризнанными культурно-нраственными качествами (например, естетвенным стремлением подчинить свои поступки служению истине, добру и красоте). Общественныые дискуссии на эту тему (70-90ые г.г. ХХ века) выявили, что большинство под понятием «интеллигенция» понимает именно такое, функционально-духовное содержание.

Советские социологи, стремясь максимально объективировать эту категорию, под интеллигенцией стали понимать слой людей, занятых на рабочих местах, требующих высшего или среднего специального образования. Такое понятиие в теории не привилось.

Этот факт еще раз доказывает недостаточность для социологии применения при анализе сложных социальных явлений лишь структурно-функционального метода. В социологической литературе ныне высказывается идея о том, что русская интеллигенция как социальное явление все больше уходит в историю.

На ее месте появился и начинает процветать слой интеллектуалов, не выходящих в своих устремлениях за пределы своих функциональных обязанностей. Именно этот слой обозначен респондентами как интеллигениция : на вопрос «Выражает ли современная интеллигенция интересы народа» 45%опрошенных ответили «нет», 24% – да, затруднились обозначить свою позицию – 31%69.

2.Интеллигенция и власть

Противостояние власти, хотя бы ментальное, было, начиная с середины 19 века, традиционной для немалой части русского образованного слоя.

Власть воспринимала интеллигенцию как противопоставление Уваровской триаде «Правословие, самодержавие, народность»- т.е. как безрелигиозность, оппозиционность, оторванность от народа. Власть менялась, но такое восприятие оставалось.

Проводилась двойная политика- привлечение для руководства культурой и преследование инакомыслящих.

Применялись все методы для создания у власти отрицательного имиджа интеллигенции : начиная с 1740гг применяются перлюстрация писем, доносы, слухи. Практиковались засылка лазутчиков на сходки, собрания или просто в толпу (такую практику ввела Екатерина II), обыски и прочие розыскные меры (борьба с масонством, либералами, декабристами и т.д.

). Советская власть привлекла к строительству нового общества «буржуазных специалистов», основной же упор делался на формирование новой интеллигенции – выходцев и рабочей и крестьянской среды.

В годы советской власти сформировалась «народная интеллигенция», в большинстве своем вышедшая из «социальных низов» – именно она была ведущей силой в борьбе с неграмотностью населения, обеспечила индустриализацию страны – главного технического фактора Победы в годы Великой Отчественной войны.

Однако, в годы сталинских репрессий пострадала в первую очередь именно интеллигенция как наиболее мыслящий и противостоящий насилию слой. Выражение «враги народа» появилось именно по отношению к ней.

В годы войны сложился союз рабочих, крестьян и интеллигенции, обеспечивший победу. Эти годы характеризуются складыванием конструктивно-критического отношения интеллигенции к власти.

Однако, последующее обострение противостояния двух лидеров мира : США и СССР привело к формировапнию диссидентского движения, особенно среди художественной интелллигенции, нуждающейся, в силу своих профессиональных функций, в свободе творчества.

Однако, стало ясно, что «политика как страшная инфекция, заражает и губит писателя как художника. Отдавая свой талант на службу определенной тенденциозности, писатель сужает свой мыслительный потенциал, навешивает ограничительные шоры (или черные очки) на глаза.

Он теряет и значительную часть читательской аудитории, потому что его читают только единомышленники»70Последующее изменение строя еще раз показало, что интеллектуально-художественная сила является одной из важных ориентирующих и регулирующих движущих сил общества.

Ныне интеллигенция в большинстве исследований включается в состав «среднего класса» – понятия, весьма пока неопределенного.

В структуре интеллигенции различаются слои, называемые обычно как научная, научно-техническая, художественная, управленческая, военная., педагогическая, медицинская и юридическая интеллигенция. Их можно объединить в две большие группы : естественно-научная и гуманитарная интеллигенция.

У естественно-научной, прежде всего научно-технической, интеллигенции объектом исследования и воздействия (разработка технологий) является природа. Поскольку законы природы всюду на Земле одинаковы, то знания и технологии, разрабатываемые в этой сфере имеют универсальный характер.

Этим предопределяется возможность распространения знаний и технологий в глобальном масштабе. У гуманитарной интеллигенции профессиональные усилия обращены на человека – это врачи, учителя, юристы, научная и художественная интеллигенция (неясен вопрос о духовенстве).

Уровень развития человека, как известно, определяется уровнем культуры, а их в мире насчяитывает свыше 700. Следовательно, наиболее сложным объектом для познания и совершенствования является человек и его общество.

Поставим вопрос – почему непрерывно усложняется объект и предмет гуманитарных наук, в том числе и социологии? Каковы ориентиры развития гуманитарной интеллигенции?

Этот вопрос конкретно – обостренно встает в связи с началом реализации проектов серьезного сокращения преподавания гуманитарного знания в системе высшего образования. Разумеется, этот факт есть лишь один из знаков происходящего в российском обществе общего поворота к бытовому и политическому прагматизму.

«Истинное знание» начинает уступать свое историческое место «Выгодному знанию», также как в этике наступает эпоха девизов «Морально то, что выгодно» или « Деньги не пахнут!».

К сожалению, со стороны многих СМИ идет массированная атака на общественное сознание с позиции местечкового торговца с его железным правилом «Не обманешь – не продашь!».

Требуется еще раз остановиться на, казалось бы, тривиальных и давно решенных вопросах. Однако, уже предварительный анализ сталкивает исследователя с нечто новым, появившимся в вопросе о роли знания и его носителя – интеллигенции в развитии общества и человека.

Попробуем установить общую логику указанной проблемы.

Гуманитарная интеллигенция – сообщество людей, профессионально занимающихся оказанием услуг человеку и его обществу при удовлетворении ими своих потребностей в интеллектуальном и духовном развитии, в сохранении физического и психического здоровья, в информации, необходимой для формировании групповых и индивидуальных картин мира, содействующих саморегуляции поведения миллионов людей. Услуги эти оказывают учителя, врачи, преподаватели вузов –«гуманитарии», юристы, работники масс – медиа и т.д. Шоковый поворот к рыночной экономике привел к резкому сокращению и обесценению ряда их услуг, что немедленно сказалось и на индексе человеческого развития : за 10 лет Россия с первых мест в третьей десятке в мире по показателям образованности, уровню жизни и продолжительности жизни населения скатилась на 71- Россия сейчас, по данным ООН, находится ниже Мексики и Турции. Обесценение гуманитарных услуг привело даже к возникновению протестных движений (забастовки учителей, врачей…), усилению общественной озабоченности происходящей духовной деградацией людей, ростом преступности и самоубийств, особенно среди молодежи.

Встал вопрос и о судьбах гуманитарной интеллигенции, ее воспроизводстве в России. Остановимся на этом.

В стране начинается процесс все более свободного развертывания экономических, политических и интеллектуально-художественных сил людей. Каждая из этих сил обладает своей природой.

Анализ показывает, что экономическая и политическая силы не имеют в самих себе норм самовоздержания, самоограничения, вызываемого социальной ответственностью. Предоставленные сами себе эти силы порождают «беспредел». В этом и сила их и слабость.

Однако, есть сила, связанная с непосредственным производством знания в любых сферах жизнедеятельности людей – интеллектуальная сила. Эта сила олицетворена научно-технической, гуманитарной, управленческой и художественной интеллигенцией71.

В отличие от других групп интеллигенции, гуманитарная интеллигенция производит и внедряет в массы социокультурное знание. Социализация знаний об обществе и человеке позволяет формировать и развивать экономическую, политическую и повседневную культуру населения.

Итак, основная социальная функция гуманитарной интеллигенции : производство, трансляция и применение социокультурного знания.

Так обычно называют знание, необходимое для самоорганизации и поддержания социальной и индивидуальной жизни, для ориентации, духовной регуляции и саморегуляции поведения масс, социализации поколений, а также для духовно-правовой интеграции групп, классов и этносов.

Говоря в целом, социокультурное знание есть прежде всего знание об образе, уровне и качестве жизни человека (индивидуального, массового или группового), знание о степени оснащенности всех аспектов жизнедеятельности людей конкретными элементами принятой в данном обществе культуры (знаниями, ценностями, правовыми, моральными и художественными нормами и образцами).

Такое знание производит также каждый врач, юрист и учитель, причем степень личной ответственности за точность применения знания усиливается по мере движения от общего к конкретному знанию – диагностирование больного, оценка воспитуемого или конкретной социально-правовой ситуации требуют ответственного приложения творческих усилий и знаний специалиста.

Основная функция интеллектуальной силы любого характера – познание ради созидания. Ее интенциональность (напряженная направленность на что-либо) вытекает из этой функции. Стремление добыть истину, т. е.

правду предмета или дела – ведет к получению и накоплению достоверных знаний, поступающих в распоряжение общества и формирующих особую общественную силу72.

Поэтому интеллигенция в целом объективно является носителем силы, способной не только создавать научно-технические и управленческие технологии, но и осознавать социально-гуманистические последствия действия других сил и потому призванная ставить разумные пределы их проявлениям.

Эти пределы суть нормы, нарушение которых ведет к санкциям – т.е. это и законы государства, и моральный климат сообщества, и уровень престижа (репутации) конкретного лица или группы, поддерживаемый либо снижаемый средствами массовой информации и локальным общественным мнением и т.д.

В связи с процессом исторического возвышения ценности человеческой жизни роль гуманитарного знания усиливается, следовательно, расширяются и функции гуманитарной интеллигенции. Она становится основным т.е. грамотным арбитром в процессе «человеческого измерения» социальных, политических и экономических процессов.

На наших глазах происходит стихийная, т.е.

по спросу времени, антропологизация общественных наук – так развиваются политическая, социальная, педагогическая, экономическая антропологии, появились труды по деонтологиям полицейского, юридического и военного характера. Последние призваны оказать гуманистическое воспитательное воздействие на будущих профессионалов в областях, связанных с применением принуждения.

Постепенно человек, вопросы сохранения, обеспечения и совершенствования его жизни становятся стержневой линией, смысловым ориентиром развития всех наук, ибо наступает понимание того, что только от его действий происходят все изменения в обществе и в культуре73.

События последних десяти лет, свидетельствуют, что на практике, тем не менее происходит «обесчеловечивание» социальных процессов : растет число преступлений против личности, насилие, в том числе и экономическое, приобрело социально-государственную масштабность, смертность превысила показатели рождаемости, более половины населения живет за чертой бедности и т.д.

Эти показатели свидетельствуют, что в российском обществе усиливаются процессы отчуждения человека. В этих условиях роль гуманитарной интеллигенции как единственной интеллектуальной силы в обществе, владеющей знанием и техникой «человеческого измерения», способной предвидеть социогуманитарные последствия решений общественного масштаба, объективно возрастает.

Предвидеть значит еще и проводить социальную профилактику, т.е.

с помощью просвещения и ценностной ориентации населения средствами науки и искусства, возбуждением прогрессивного общественного мнения через СМИ, творения и применения необходимых законов государства – обуздывать разрушительные действия экономических и политических сил, не имеющих в структуре своей природы нравственных пределов и смысловых ориентиров самодвижения.

Ныне главной задачей на пути превращения России в великую державу «…становится опора на интеллигенцию как на главный класс общества. А это возможно, только всемерно развивая культуру, образование и прежде всего демократию – среду, необходимую для развития интеллекта»74.

Контрольные вопросы

1.Попробуйте сформулировать понятие «интеллигенция».

2.Опишите модели поддержки государством искусства, науки и образования, существующие в мировой практике.

3.Что такое «конструктивно-критическое отношение» к власти?

4.Можно ли отнести духовенство к интеллигенции?

Литература

Барбакова К.Г., Мансуров В.А. Интеллигенция и власть.М.,1991

Белова Т.В. Культура и власть. Изд-во МГУ, 1991.

Культурная политика России : история и современность/ отв.ред. К.Э.Разлогов, И.А.Бутенко. М.,1996.

Ляхович Е.С. Ревушкин А.С. Университеты в истории и культуре дореволюционной России.Томск, 1998.

Общеевропейский процесс и гуманитарная Европа. Роль университетов. М.,1995.

Овчинников В.Ф. Творческая личность в контексте русской культуры. Калиниград, 1994.

Попов А.В. Власть и ценности. Изд-во МГУ, 2001.

Разлогов К. Коммерция и творчество. М.,1992.

Рахаев В.А. Регулирование сферы культуры в условиях перехода к рыночным отношениям. Л.,1991.

Раздел III.Социодинамика культуры.

Теоретическое выявление видов культуры, функционирующих в обществе, а также объяснение процессов творчества в науке и искусстве позволяет нам описать картину производства и движения в современном общсетве культурной продукции. В объект последующего анализа включаются инфраструктуры, производящие и транслирующие во все социальные слои населения научную и художественную продукцию.

Источник: https://bookucheba.com/sotsiologiya-kulturyi-kniga/proishojdenii-soderjanii-ponyatiya-20261.html

ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ

1.О происхождении и содержании понятия «интеллигенция».
статьи

ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ (intelligentsia). Есть два различных подхода к определению интеллигенции.

Социологи под интеллигенцией понимают социальную группу людей, профессионально занимающихся умственным трудом, развитием и распространением культуры, обычно имеющих высшее образование.

Но есть и иной подход, наиболее популярный в русской социальной философии, согласно которому к интеллигенции причисляют тех, кого можно считать нравственным эталоном общества. Вторая трактовка является более узкой, чем первая.

Понятие произошло от слова латинского происхождения intelligens, что означало «понимающий, мыслящий, разумный». Как принято считать, слово «интеллигенция» ввел древнеримский мыслитель Цицерон.

Интеллигенция и интеллектуалы в зарубежных странах

В современных развитых странах понятие «интеллигенция» употребляется довольно редко.

На Западе более популярен термин «интеллектуалы» (intellectuals), которым обозначают людей, профессионально занимающихся интеллектуальной (умственной) деятельностью, не претендуя, как правило, на роль носителей «высших идеалов». Основой для выделения такой группы является разделение труда между работниками умственного и физического труда.

Люди, профессионально занимающиеся интеллектуальными видами деятельности (учителя, артисты, врачи и т.д.), существовали уже в античности и в средневековье. Но крупной социальной группой они стали только в эпоху нового времени, когда резко возросло количество людей, занятых умственном трудом.

Только с этого времени можно говорить о социокультурной общности, представители которой своей профессиональной интеллектуальной деятельностью (наука, образование, искусство, право и т.д.) генерируют, воспроизводят и развивают культурные ценности, способствуя просвещению и прогрессу общества.

Поскольку творческая деятельность обязательно предполагает критическое отношение к господствующим мнениям, лица умственного труда всегда выступают носителями «критического потенциала». Именно интеллектуалы создавали новые идеологические доктрины (республиканизма, национализма, социализма) и пропагандировали их, обеспечивая тем самым постоянное обновление системы общественных ценностей.

Поскольку в эпоху НТР резко повышается ценность знаний и креативного мышления, то в современном мире растет и число лиц умственного труда, и их значение в жизни общества. В постиндустриальном обществе интеллектуалы станут, по мнению некоторых социологов, «новым господствующим классом».

В странах, отставших в своем развитии, социальная группа лиц интеллектуального труда приобретает особые черты. Лучше других понимая отсталость своей страны, интеллектуалы становятся главными проповедниками ценностей модернизации.

В результате у них развивается чувство собственной исключительности, претензии на «высшее знание», которого лишены все остальные. Подобные мессианские черты характерны для интеллектуалов всех стран догоняющего развития, но наиболее сильное развитие они получили в России.

Именно этот особый вид интеллектуалов и называют интеллигенцией.

Российская интеллигенция

«Отцом» российской интеллигенции можно считать Петра I, который создал условия для проникновения в Россию идей западного просвещения. Первоначально производством духовных ценностей занимались в основном выходцы из дворянского сословия.

«Первыми типично русскими интеллигентами» Д.С.Лихачев называет дворян-вольнодумцев конца 18 века, таких как Радищев и Новиков.

В 19 веке основную массу этой социальной группы стали составлять выходцы уже из недворянских слоев общества («разночинцы»).

Массовое употребление понятия «интеллигенция» в русской культуре началось с 1860-х, когда журналист П.Д.Боборыкин стал употреблять его в массовой прессе.

Сам Боборыкин объявил, что заимствовал этот термин из немецкой культуры, где он использовался для обозначения того слоя общества, представители которого занимаются интеллектуальной деятельностью.

Объявляя себя «крестным отцом» нового понятия, Боборыкин настаивал на особом смысле, вложенном им в этот термин: он определял интеллигенцию как лиц «высокой умственной и этической культуры», а не как «работников умственного труда». По его мнению, интеллигенция в России – это чисто русский морально-этический феномен.

К интеллигенции в этом понимании относятся люди разных профессиональных групп, принадлежащие к разным политическим движениям, но имеющие общую духовно-нравственную основу. Именно с этим особым смыслом слово «интеллигенция» вернулось затем обратно на Запад, где стало считаться специфически русским (intelligentsia).

В русской предреволюционной культуре в трактовке понятия «интеллигенция» критерий занятий умственным трудом отошел на задний план.

Главными признаками российского интеллигента стали выступать черты социального мессианства: озабоченность судьбами своего отечества (гражданская ответственность); стремление к социальной критике, к борьбе с тем, что мешает национальному развитию (роль носителя общественной совести); способность нравственно сопереживать «униженным и оскорбленным» (чувство моральной сопричастности). Благодаря группе русских философов «серебряного века», авторов нашумевшего сборника Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции (1909), интеллигенция стала определяться в первую очередь через противопоставление официальной государственной власти. При этом понятия «образованный класс» и «интеллигенция» были частично разведены – не любой образованный человек мог быть отнесен к интеллигенции, а лишь тот, который критиковал «отсталое» правительство. Критическое отношение к царскому правительству предопределило симпатии российской интеллигенции к либеральным и социалистическим идеям.

Русская интеллигенция, понимаемая как совокупность оппозиционных к власти лиц умственного труда, оказалась в дореволюционной России довольно изолированной социальной группой.

На интеллигентов смотрели с подозрением не только официальные власти, но и «простой народ», не отличавший интеллигентов от «господ».

Контраст между претензией на мессианство и оторванностью от народа приводил к культивированию среди русских интеллигентов постоянного покаяния и самобичевания.

Особой темой дискуссий начала 20 века стало место интеллигенции в социальной структуре общества. Одни настаивали на внеклассовом подходе: интеллигенция не представляла собой никакой особой социальной группы и не относилась ни к какому классу; являясь элитой общества, она становится над классовыми интересами и выражает общечеловеческие идеалы (Н.А.Бердяев, М.И.

Туган-Барановский, Р.В.Иванов-Разумник). Другие (Н.И.Бухарин, А.С.Изгоев и др.) рассматривали интеллигенцию в рамках классового подхода, но расходились в вопросе о том, к какому классу/классам ее относить.

Одни считали, что к интеллигенции относятся люди из разных классов, но при этом они не составляют единой социальной группы, и надо говорить не об интеллигенции вообще, а о различных видах интеллигенции (например, буржуазной, пролетарской, крестьянской). Другие относили интеллигенцию к какому-либо вполне определенному классу.

Наиболее распространенными вариантами были утверждения, что интеллигенция является частью класса буржуазии или пролетарского класса. Наконец, третьи вообще выделяли интеллигенцию в особый класс.

Советская интеллигенция

Начиная с 1920-х состав российской интеллигенции начинает резко изменяться. Ядром этой социальной группы стали молодые рабочие и крестьяне, получившие доступ к образованию. Новая власть сознательно проводила политику, облегчавшую получение образования выходцами «из трудящихся» и затруднявшую его для лиц «нетрудового» происхождения.

В результате при резком росте числа людей с высоким образованием (если в Российской империи лица умственного труда составляли примерно 2–3%, то к 1980-м они составляли в СССР более четверти всех трудящихся) происходило понижение качества и их образования, и их общей культуры.

Этическая составляющая в определении интеллигенции отошла на задний план, под «интеллигенцией» стали понимать всех «работников умственного труда» – социальную «прослойку».

В советский период произошли существенные изменения также и в отношениях между интеллигенцией и властью. Деятельность интеллигенции была взята под строгий контроль. Советских интеллигентов обязывали пропагандировать «единственно верную» коммунистическую идеологию (либо, как минимум, демонстрировать лояльность к ней).

В условиях идеологического принуждения характерной чертой жизни многих советских интеллигентов стало отчуждение от политической жизни, стремление заниматься лишь узкопрофессиональной деятельностью.

Наравне с официально признанной интеллигенцией в СССР сохранялась очень немногочисленная группа интеллигентов, которые стремились отстаивать право на свою независимость и творческую свободу от правящего режима.

Эту оппозиционную часть интеллигенции стремились уничтожить «как класс»: многие подвергались репрессиям под надуманным предлогам (можно вспомнить жизнь А.Ахматовой или И.Бродского), все инакомыслящие испытывали давление цензуры и ограничения на профессиональную деятельность.

В 1960-е среди советских интеллигентов возникло диссидентское движение, остававшееся до конца 1980-х единственной в СССР организованной формой оппозиции.

Современная российская интеллигенция

Оппозиционные настроения, широко распространенные среди советских интеллигентов, нашли выход в конце 1980-х – начале 1990-х, когда именно интеллигенция возглавила тотальную критику советского строя, предопределив его моральное осуждение и гибель.

В России 1990-х интеллигенция получила свободу самовыражения, однако многие лица умственного труда столкнулись с резким понижением своего уровня жизни, что вызвало их разочарование в либеральных реформах и усиление критических настроений.

С другой стороны, многие выдающиеся интеллектуалы смогли сделать карьеру и продолжали поддерживать либеральную идеологию и либеральных политиков. Таким образом, постсоветская интеллигенция оказалась расколота на группы с различными, во многом полярными позициями.

https://www.youtube.com/watch?v=sYX6NGEZF5o

В связи с этим есть точка зрения, согласно которой интеллигенции в собственном смысле в современной России уже нет. Сторонники этой позиции выделяют три периода эволюции отечественной интеллигенции.

На первом (от петровских реформ до реформы 1861) интеллигенция только формировалась, претендуя на роль ученого советчика официальных властей. Второй период (1860-е – 1920-е) – это время реального существования интеллигенции.

Именно в этот период возникает противостояние «власть – интеллигенция – народ» и формируются основные характеристики интеллигенции (служение народу, критика существующей власти).

После этого периода следует и продолжается до сих пор «фантомное» существование интеллигенции: какого-либо морального единства среди образованных людей больше нет, но часть российских интеллектуалов все еще стремится выполнять миссию просвещения власти.

В современной России популярны оба подхода к определению понятия «интеллигенция» – как нравственно-этическое (в философских и культурологических исследованиях), так и социально-профессиональное (в социологии).

Сложность использования понятия «интеллигенция» в его этической трактовке связана с неопределенностью тех критериев, по которым можно судить о принадлежности людей к этой социальной группе. Многие прежние критерии – например, оппозиционность к правительству – отчасти потеряли смысл, а этические признаки слишком абстрактны, чтобы их можно было использовать для эмпирических исследований.

Все более частое употребление понятия «интеллигенция» в значении «лица умственного труда» показывает, что происходит сближение российской интеллигенции с западными интеллектуалами.

В конце 1990-х в российской науке возникло «интеллигентоведение» как особое направление межнаучных гуманитарных исследований. На базе Ивановского государственного университета действует Центр интеллигентоведения, изучающий интеллигенцию как феномен российской культуры.

Наталия Латова

Источник: https://www.krugosvet.ru/enc/gumanitarnye_nauki/sociologiya/INTELLIGENTSIYA.html

Происхождение и содержании понятия «интеллигенция»

1.О происхождении и содержании понятия «интеллигенция».

⇐ Предыдущая22232425262728293031Следующая ⇒

Первооснова возникновения термина «интеллигенция» – греческий язык. Из него термин перешел в латинский язык еще в первом столетии до н.э. понятия восходит к Аристотелю.

Он этот термин употребил для обозначения человека, сознание которого направлено не только на мир природы, но и на самого себя (самопознание, саморефлексия). Из латинского ( «intelligentsia») оно перешло и на другие языки.

Версия, согласно которой понятие интеллигенция придумано русским писателем П.Д.Боборыкином (1866) – несостоятельна.

понятия.

В России понятие употреблялось, как и в других странах Запада, для обозначения образованных, «прогрессивных» граждан. Энциклопедический словарь Гранат ( 1890-1907) утверждает, что «понятие «интеллигенция» обьединяет собою представителей умственной культуры, «профессия которых определяется их знаниями и дарованиями».

Отправной точкой в понимании интеллигенции становится социальная и нравственная значимость личности, определенный тип мировоззрения.

Этапами социальной эволюции российской интеллигенции являются : 40 -ые годы 19 века –«кающиеся дворяне», 60-годы- разночинцы, 70-80- народники, 90- марксисты.

Для этих групп были характерными резко выраженная идейная и эмоционально-волевая направленность их деятельности. Все больше звучало идеологическое содержание : интеллигент – враг рутины и застоя, искатель новой правды…

Первым русским интеллигентом, по утверждению Д, С.Мережковского, был Петр 1, а по Н. Бердяеву – им был Радищев : главной чертой интеллигента Бердяев считал сострадание со стороны просвещенного класса к простому народу.

Можно выделить специфические черты интеллигенции ХIХ и начала ХХ веков : а) маргинальность (находится между классами , а не «парящий класс» –Мангейм); б) оппозиция по отношению к власти, мотивированное также чувством вины по отношению к «страдающему» народу. Именно в этот период революционных изменений ведущей идеей была идея «Служения народу».

В современной русской языковой практике существуют понятия «интеллектуал» и «интеллигенция». Они различаются по содержанию. Понятие интеллектуал– интернациональное. Под ним понимается человек, профессионально занимающийся умственным трудом. В российских условиях образованный человек выделялся еще и «интеллигентностью», т.е.

общепризнанными культурно-нраственными качествами (например, естетвенным стремлением подчинить свои поступки служению истине, добру и красоте). Общественныые дискуссии на эту тему (70-90ые г.г. ХХ века) выявили, что большинство под понятием «интеллигенция» понимает именно такое, функционально-духовное содержание.

Советские социологи, стремясь максимально объективировать эту категорию, под интеллигенцией стали понимать слой людей, занятых на рабочих местах, требующих высшего или среднего специального образования. Такое понятиие в теории не привилось.

Этот факт еще раз доказывает недостаточность для социологии применения при анализе сложных социальных явлений лишь структурно-функционального метода. В социологической литературе ныне высказывается идея о том, что русская интеллигенция как социальное явление все больше уходит в историю.

На ее месте появился и начинает процветать слой интеллектуалов, не выходящих в своих устремлениях за пределы своих функциональных обязанностей. Именно этот слой обозначен респондентами как интеллигениция : на вопрос «Выражает ли современная интеллигенция интересы народа» 45%опрошенных ответили «нет», 24% – да, затруднились обозначить свою позицию – 31%.

Интеллигенция и власть

Противостояние власти, хотя бы ментальное, было, начиная с середины 19 века, традиционной для немалой части русского образованного слоя.

Власть воспринимала интеллигенцию как противопоставление Уваровской триаде «Правословие, самодержавие, народность»- т.е. как безрелигиозность, оппозиционность, оторванность от народа. Власть менялась, но такое восприятие оставалось.

Проводилась двойная политика- привлечение для руководства культурой и преследование инакомыслящих.

Применялись все методы для создания у власти отрицательного имиджа интеллигенции : начиная с 1740гг применяются перлюстрация писем, доносы, слухи. Практиковались засылка лазутчиков на сходки, собрания или просто в толпу (такую практику ввела Екатерина II), обыски и прочие розыскные меры (борьба с масонством, либералами, декабристами и т.д.

). Советская власть привлекла к строительству нового общества «буржуазных специалистов», основной же упор делался на формирование новой интеллигенции – выходцев и рабочей и крестьянской среды.

В годы советской власти сформировалась «народная интеллигенция», в большинстве своем вышедшая из «социальных низов» – именно она была ведущей силой в борьбе с неграмотностью населения, обеспечила индустриализацию страны – главного технического фактора Победы в годы Великой Отчественной войны.

Однако, в годы сталинских репрессий пострадала в первую очередь именно интеллигенция как наиболее мыслящий и противостоящий насилию слой. Выражение «враги народа» появилось именно по отношению к ней.

В годы войны сложился союз рабочих, крестьян и интеллигенции, обеспечивший победу. Эти годы характеризуются складыванием конструктивно-критического отношения интеллигенции к власти.

Однако, последующее обострение противостояния двух лидеров мира : США и СССР привело к формировапнию диссидентского движения, особенно среди художественной интелллигенции, нуждающейся, в силу своих профессиональных функций, в свободе творчества.

Однако, стало ясно, что «политика как страшная инфекция, заражает и губит писателя как художника. Отдавая свой талант на службу определенной тенденциозности, писатель сужает свой мыслительный потенциал, навешивает ограничительные шоры (или черные очки) на глаза.

Он теряет и значительную часть читательской аудитории, потому что его читают только единомышленники» Последующее изменение строя еще раз показало, что интеллектуально-художественная сила является одной из важных ориентирующих и регулирующих движущих сил общества.

Ныне интеллигенция в большинстве исследований включается в состав «среднего класса» – понятия, весьма пока неопределенного.

В структуре интеллигенции различаются слои, называемые обычно как научная, научно-техническая, художественная, управленческая, военная., педагогическая, медицинская и юридическая интеллигенция. Их можно объединить в две большие группы : естественно-научная и гуманитарная интеллигенция.

У естественно-научной, прежде всего научно-технической, интеллигенции объектом исследования и воздействия (разработка технологий) является природа. Поскольку законы природы всюду на Земле одинаковы, то знания и технологии, разрабатываемые в этой сфере имеют универсальный характер.

Этим предопределяется возможность распространения знаний и технологий в глобальном масштабе. У гуманитарной интеллигенции профессиональные усилия обращены на человека – это врачи, учителя, юристы, научная и художественная интеллигенция (неясен вопрос о духовенстве).

Уровень развития человека, как известно, определяется уровнем культуры, а их в мире насчяитывает свыше 700. Следовательно, наиболее сложным объектом для познания и совершенствования является человек и его общество.

Поставим вопрос – почему непрерывно усложняется объект и предмет гуманитарных наук, в том числе и социологии? Каковы ориентиры развития гуманитарной интеллигенции?

Этот вопрос конкретно – обостренно встает в связи с началом реализации проектов серьезного сокращения преподавания гуманитарного знания в системе высшего образования. Разумеется, этот факт есть лишь один из знаков происходящего в российском обществе общего поворота к бытовому и политическому прагматизму.

«Истинное знание» начинает уступать свое историческое место «Выгодному знанию», также как в этике наступает эпоха девизов «Морально то, что выгодно» или « Деньги не пахнут!».

К сожалению, со стороны многих СМИ идет массированная атака на общественное сознание с позиции местечкового торговца с его железным правилом «Не обманешь – не продашь!».

Требуется еще раз остановиться на, казалось бы, тривиальных и давно решенных вопросах. Однако, уже предварительный анализ сталкивает исследователя с нечто новым, появившимся в вопросе о роли знания и его носителя – интеллигенции в развитии общества и человека.

Попробуем установить общую логику указанной проблемы.

Гуманитарная интеллигенция – сообщество людей, профессионально занимающихся оказанием услуг человеку и его обществу при удовлетворении ими своих потребностей в интеллектуальном и духовном развитии, в сохранении физического и психического здоровья, в информации, необходимой для формировании групповых и индивидуальных картин мира, содействующих саморегуляции поведения миллионов людей. Услуги эти оказывают учителя, врачи, преподаватели вузов –«гуманитарии», юристы, работники масс – медиа и т.д. Шоковый поворот к рыночной экономике привел к резкому сокращению и обесценению ряда их услуг, что немедленно сказалось и на индексе человеческого развития : за 10 лет Россия с первых мест в третьей десятке в мире по показателям образованности, уровню жизни и продолжительности жизни населения скатилась на 71- Россия сейчас, по данным ООН, находится ниже Мексики и Турции. Обесценение гуманитарных услуг привело даже к возникновению протестных движений (забастовки учителей, врачей…), усилению общественной озабоченности происходящей духовной деградацией людей, ростом преступности и самоубийств, особенно среди молодежи.

Встал вопрос и о судьбах гуманитарной интеллигенции, ее воспроизводстве в России. Остановимся на этом.

В стране начинается процесс все более свободного развертывания экономических, политических и интеллектуально-художественных сил людей. Каждая из этих сил обладает своей природой.

Анализ показывает, что экономическая и политическая силы не имеют в самих себе норм самовоздержания, самоограничения, вызываемого социальной ответственностью. Предоставленные сами себе эти силы порождают «беспредел». В этом и сила их и слабость.

Однако, есть сила, связанная с непосредственным производством знания в любых сферах жизнедеятельности людей – интеллектуальная сила. Эта сила олицетворена научно-технической, гуманитарной, управленческой и художественной интеллигенцией.

В отличие от других групп интеллигенции, гуманитарная интеллигенция производит и внедряет в массы социокультурное знание. Социализация знаний об обществе и человеке позволяет формировать и развивать экономическую, политическую и повседневную культуру населения.

Итак, основная социальная функция гуманитарной интеллигенции : производство, трансляция и применение социокультурного знания.

Так обычно называют знание, необходимое для самоорганизации и поддержания социальной и индивидуальной жизни, для ориентации, духовной регуляции и саморегуляции поведения масс, социализации поколений, а также для духовно-правовой интеграции групп, классов и этносов.

Говоря в целом, социокультурное знание есть прежде всего знание об образе, уровне и качестве жизни человека (индивидуального, массового или группового), знание о степени оснащенности всех аспектов жизнедеятельности людей конкретными элементами принятой в данном обществе культуры (знаниями, ценностями, правовыми, моральными и художественными нормами и образцами).

Такое знание производит также каждый врач, юрист и учитель, причем степень личной ответственности за точность применения знания усиливается по мере движения от общего к конкретному знанию – диагностирование больного, оценка воспитуемого или конкретной социально-правовой ситуации требуют ответственного приложения творческих усилий и знаний специалиста.

Основная функция интеллектуальной силы любого характера – познание ради созидания. Ее интенциональность (напряженная направленность на что-либо) вытекает из этой функции. Стремление добыть истину, т. е.

правду предмета или дела – ведет к получению и накоплению достоверных знаний, поступающих в распоряжение общества и формирующих особую общественную силу.

Поэтому интеллигенция в целом объективно является носителем силы, способной не только создавать научно-технические и управленческие технологии, но и осознавать социально-гуманистические последствия действия других сил и потому призванная ставить разумные пределы их проявлениям.

Эти пределы суть нормы, нарушение которых ведет к санкциям – т.е. это и законы государства, и моральный климат сообщества, и уровень престижа (репутации) конкретного лица или группы, поддерживаемый либо снижаемый средствами массовой информации и локальным общественным мнением и т.д.

В связи с процессом исторического возвышения ценности человеческой жизни роль гуманитарного знания усиливается, следовательно, расширяются и функции гуманитарной интеллигенции. Она становится основным т.е. грамотным арбитром в процессе «человеческого измерения» социальных, политических и экономических процессов.

На наших глазах происходит стихийная, т.е.

по спросу времени, антропологизация общественных наук – так развиваются политическая, социальная, педагогическая, экономическая антропологии, появились труды по деонтологиям полицейского, юридического и военного характера. Последние призваны оказать гуманистическое воспитательное воздействие на будущих профессионалов в областях, связанных с применением принуждения.

Постепенно человек, вопросы сохранения, обеспечения и совершенствования его жизни становятся стержневой линией, смысловым ориентиром развития всех наук, ибо наступает понимание того, что только от его действий происходят все изменения в обществе и в культуре.

События последних десяти лет, свидетельствуют, что на практике, тем не менее происходит «обесчеловечивание» социальных процессов : растет число преступлений против личности, насилие, в том числе и экономическое, приобрело социально-государственную масштабность, смертность превысила показатели рождаемости, более половины населения живет за чертой бедности и т.д.

Эти показатели свидетельствуют, что в российском обществе усиливаются процессы отчуждения человека. В этих условиях роль гуманитарной интеллигенции как единственной интеллектуальной силы в обществе, владеющей знанием и техникой «человеческого измерения», способной предвидеть социогуманитарные последствия решений общественного масштаба, объективно возрастает.

Предвидеть значит еще и проводить социальную профилактику, т.е.

с помощью просвещения и ценностной ориентации населения средствами науки и искусства, возбуждением прогрессивного общественного мнения через СМИ, творения и применения необходимых законов государства – обуздывать разрушительные действия экономических и политических сил, не имеющих в структуре своей природы нравственных пределов и смысловых ориентиров самодвижения.

Ныне главной задачей на пути превращения России в великую державу «…становится опора на интеллигенцию как на главный класс общества. А это возможно, только всемерно развивая культуру, образование и прежде всего демократию – среду, необходимую для развития интеллекта».

⇐ Предыдущая22232425262728293031Следующая ⇒

Дата добавления: 2016-03-25; просмотров: 553 | Нарушение авторских прав

Рекомендуемый контект:

Похожая информация:

Поиск на сайте:

Источник: https://lektsii.org/5-9941.html

Book for ucheba
Добавить комментарий