2.1.4. Некоторые типы дисфункциональных семейных структур

«Александр Черников Системная семейная терапия Интегративная модель диагностики Москва Независимая фирма «Класс» …»

2.1.4. Некоторые типы дисфункциональных семейных структур
Pages:     | 1 || 3 | 4 |   …   | 6 |

— [ Страница 2 ] —

4) Способ ухода от внутренних проблем пары и их сплочение на основе совместной позиции по отношению к кому-то (или чему-то) третьему. Данный механизм играет особую роль в преодолении кризиса взаимоотношений двух партнеров. Для объяснения этого важного процесса приведем несколько примеров.

После продолжительных ссор супруги собираются разводиться. Они договариваются, что в определенный день муж заедет за женой по дороге в загс, чтобы подать заявление на развод. Однако в этот день угоняют машину мужа, и супруги, позабыв про развод, занимаются выяснением отношений с милицией.

Общая беда помогает забыть старые споры.

Аналогично, если один из супругов заболеет, то другой может пойти на сближение, чтобы бороться с его болезнью.

Другой пример: муж уходит к любовнице, находя у нее утешение от постоянных проблем во взаимоотношениях с женой. Они вместе могут обсуждать недостатки его супруги. Через некоторое время у него почему-то портятся отношения и с этой женщиной.

Тогда он может вернуться к жене и, покаявшись, объединиться с ней против “коварной искусительницы, злонамеренно воспользовавшейся его доверчивостью”. При этом он и его партнерши имеют возможность не смотреть в лицо реальным трудностям в их взаимодействиях.

Этот инфантильный сюжет нашел отражение в телевизионных “мыльных операх”.

В семьях, где ребенок представлен как идентифицированный пациент, его симптомы часто маскируют конфликт между родителями и в результате ребенок становится семейным “козлом отпущения” [Vogel & Bell, 1960].

Допустим, между родителями есть ряд нерешенных проблем, они “застряли” и их брак находится под угрозой.

У ребенка в ответ могут возникнуть свои трудности, которые отвлекут родителей от их конфликтов и заставят обратиться к его проблемам.

Напряжение в семье несколько уменьшится, что позитивно подкрепит и зафиксирует проблемы ребенка. В семье при этом одновременно протекают два процесса: “отклонение в сторону усиления” и “отклонение в сторону снижения” [Hoffman, 1971,1981].

Термин “отклонение в сторону усиления” характеризует в нашем примере процесс возрастания проблем у ребенка, а “отклонение в сторону снижения” — процесс затемнения разногласий между супругами.

Постепенно, по мере углубления, проблемы ребенка затмевают даже разногласия супругов в том, что надо с ним делать, и они начинают демонстрировать псевдосотрудничество по отношению к этой ситуации.

Если все это продолжается в течение длительного времени, то может возникнуть миф об идеальной семье, в которой есть только одна проблема — это “болезнь” или поведенческие трудности ребенка.

Если терапевт слишком открыто попытается вытащить наружу конфликт между супругами, идентифицированный пациент может непроизвольно предпринять действия, отвлекающие внимание терапевта, начав вести себя в его кабинете как-то странно.

Или кто-то из членов семьи предложит терапевту “горячую тему”, лежащую, однако, в стороне от супружеских взаимоотношений.

Более того, следствием таких действий терапевта может быть ухудшение поведения ребенка между встречами, так что на следующей сессии семья предложит терапевту тему обострения ситуации, вынуждая его работать над ней, а не над их супружескими проблемами.

Джексон называет это “спасительной реакцией” [Haley & Hoffman, 1967], представляющей собой, по сути, яркое проявление гомеостатического механизма.

Соотнося процессы отклонения с разными уровнями семейной структуры, можно заметить: то, что ведет к отклонению в сторону увеличения на уровне всей семьи, приводит к процессам отклонения в сторону снижения на уровне подсистемы родителей.

Процессы отклонения в сторону снижения и увеличения могут наблюдаться во всех семьях и в любых подсистемах. Например, мама может использовать боль в сердце, чтобы прекратить конфликт между отцом и сыном. Они должны позабыть ссору и начать ухаживать за ней.

Члены всех семей время от времени забывают о своих разногласиях и объединяются в коалицию по отношению к кому-то третьему. Эти процессы не являются дисфункциональными, если гибко чередуются и не приводят к застреванию кого-то в ролях “больного” или “козла отпущения”.

Член семьи, принявший на себя эти роли, часто разделяет судьбу библейского козла отпущения и удаляется из семьи в соответствующее лечебное или правоохранительное учреждение.

Преимущество размышления над проблемами в терминах процессов в сторону усиления/снижения состоит еще и в том, что они характеризуют степень ригидности/гибкости семейной системы.

Семьи, привыкшие ссылаться только на одну проблему и отрицать различия между своими членами, как правило, более ригидны, чем семьи, готовые обсуждать не только, например, проблему ребенка, но и противоречия между родителями. Используя этот подход, терапевт имеет возможность предсказать, как много усилий и какие стратегии ему потребуются, чтобы создать условия для изменения семьи.

Так, например, проблемно-разрешающие, рациональные стратегии, использующие принципы теории научения, приспособлены к семьям, имеющим хотя бы некоторую степень гибкости и хоть сколько-нибудь ясные тенденции к трансформации.

Для ригидных же семейных структур с сильными гомеостатическими механизмами более приемлем непрямой “дзюдо подход”, использующий парадоксальные предписания [Andolfi, 1979;

Papp, 1977,1980;

Selvini Palazzoli at al., 1978;

Van der Hart & Defares, 1978].

2.1.4.

Некоторые типы дисфункциональных семейных структур Делая акцент на семейной организации, системный семейный терапевт должен диагностировать нефункциональные семейные структуры, следствием которых является индивидуальная проблематика членов семьи. В этом параграфе мы опишем обобщенную классификацию структурных проблем. Характеристика определенных структур как проблемных является следствием применения структурной семейной теории в терапии.

1) Несбалансированность семейной системы в целом по шкалам близости и гибкости (иерархии), описываемая через дисфункциональные типы семейных структур в модели Олсона (см. раздел 2.1.2).

2) Структуры, включающие в себя аутсайдеров, т.е. людей с низким социометрическим выбором.

Например, один из детей рассматривается родителями как нелюбимый, или в семье живет бабушка, с которой остальные члены семьи находятся в состоянии войны. Такие структуры часто бывают поляризованы по принципу “свои — чужие”. Приписывая “плохие” качества одному из своих членов и “хорошие” — всем прочим, семья может поддерживать свою целостность как группы.

Перечисляемые далее пункты дополняют классификацию Олсона на основе применения понятия треугольника.

3) Межпоколенная коалиция. Все живые существа, способные к обучению, вынуждены организовываться и выстраивать иерархию. Группы могут иметь более чем одну иерархию в силу различных функций. (См. раздел 2.1.5 о маневрирующих системах.

) Но существование иерархии является неизбежным, потому что оно заложено в природе организации. Причем иерархический порядок поддерживают все участники организации. Наиболее простая модель иерархии основывается на линиях, прочерчиваемых поколениями. Обычно семьи включают в себя не больше трех-четырех поколений.

Традиционные семьи, например в Азии, как правило, имеют три четко выраженные статусные позиции. В западном мире в эпоху быстрых социальных изменений статус бабушек и дедушек стал ниже, обычно они имеют право совещательного голоса.

“Если и существует фундаментальное правило социальной организации, то оно гласит: организация попадает в беду, когда коалиции складываются поперек уровней иерархии, особенно когда эти коалиции секретные” [Haley, 1976].

Когда руководитель выбирает фаворитов среди подчиненных, когда служащий объединяется с вышестоящим руководителем против своего непосредственного начальника и когда подобные ситуации становятся правилом, возникает организационная проблема и ее участники испытывают стресс.

Относительно семейных структур межпоколенные коалиции имеют следующие варианты:

а) Один из родителей образует устойчивую коалицию с ребенком против другого, дистанцированного родителя. В этом случае ребенок имеет возможность не выполнять требования последнего, так как его всегда поддержит другой родитель. В типичном случае — мать образует коалицию с ребенком, а отец находится на расстоянии.

б) Бабушка (дедушка) образует коалицию с ребенком против родителей. Часто встречающийся вариант в разведенных семьях, когда мать с ребенком живет в доме своей матери, представляет собой коалицию бабушки и ребенка против воспитательных мер матери.

в) Родитель объединяется с любимым ребенком, позволяя ему больше, чем другим детям, и вызывая у них ревность.

г) Один из супругов объединяется со своими родителями против другого супруга и т.д.

Коалиции помогают тем, кто чувствует себя слабым и не способным справиться с теми, кто кажется им сильнее. Они позволяют членам семьи совладать с низким самоуважением, уменьшить тревогу и контролировать третью сторону. Типичные последовательности взаимодействий, связанные с межпоколенными коалициями, рассматриваются в разделе 2.2.3.

4) Скрытая коалиция. В этом случае наличие коалиции между участниками может не признаваться членами семьи. Обычно она возникает на основе совместного секрета через идентификацию двух членов семьи и часто выражается в подкреплении симптоматического поведения. Например, ребенок отказывается ходить в школу. Оба родителя согласны, что ему нужно учиться.

Они вместе обсуждают эту проблему и планируют совместные действия. Отец отводит ребенка утром в школу, однако тот через полчаса сбегает домой. Мать, втайне сочувствуя ребенку и считая его чересчур робким, таким же, какой она сама была в детстве, разрешает ему остаться дома, принимает всерьез его жалобы на головную боль, укладывает в постель и кормит чем-нибудь вкусным.

Когда вечером приходит отец, она говорит ему, что не смогла справиться с ребенком, и просит его уговорить ребенка ходить в школу. Коалиция здесь является скрытой, так как мать внешне солидарна с отцом и может даже поддерживать его требования. И если отец не будет выходить из себя и бить ребенка, то коалиция может так и остаться непроявленной.

Хейли (1967) характеризует треугольник с тайной коалицией как “испорченную триаду”.

Шефлен (1981), описывая семьи шизофреников, даже вводит понятие “симбиозного поля”, которое характеризуется тем, что на первый взгляд кажется противоположным: необычно сильно выраженная привязанность и необычно низкий уровень взаимодействия друг с другом. Сильная привязанность становится намного очевидней из невербальной коммуникации.

Члены семьи, находящиеся в симбиозном поле, могут сидеть вдали друг от друга, не обращаться друг к другу, но при этом удивительным образом походить друг на друга типом и цветом одежды, прической, манерой поведения и выражением лица.

Шефлен сравнивает это с хором или танцевальным ансамблем, когда члены группы имеют определенные общие признаки, бросающиеся в глаза, и поступают синхронно. В то время как один лагерь во время сеанса семейной терапии сидит бесцветно, без движений, с опущенными руками, другие члены семьи могут вести себя совершенно иначе.

Если кто-либо внутри симбиозного поля изменяется, остальные члены поля также меняются. В такой патологической ситуации можно говорить об отсутствии автономии, личностной дифференциации или “эго-массе” [Оудсхоорн, 1993].

5) Перевернутая иерархия. Это понятие описывает ситуацию, когда по каким-либо причинам статус ребенка в семье становится выше, чем статус одного или обоих родителей. Например, отец с дочкой могут вести себя как супруги и относиться к матери и остальным детям как к младшим в семье.

Другой случай: когда один из родителей заболевает и теряет трудоспособность, тогда ребенок выступает в роли родителя по отношению к больному и остальным детям, отодвинув в сторону собственные чувства и желания. Такая позиция ребенка в литературе известна как “парентификация”.

Иногда благодаря симптоматическому поведению ребенок может приобрести чрезмерное влияние в семье и регулировать супружеские взаимоотношения. Так, например, у дочери возникают тики, когда родители ссорятся.

Стремясь создать спокойную обстановку для девочки, родители вынуждены замалчивать свои разногласия.

6) Отсутствие разницы в статусе среди детей. Несбалансированность иерархии в детской подсистеме может выглядеть или как чрезмерная ее иерархизированность, когда кто-то из детей обретает особый статус, становясь, например, чрезмерно ответственным за других детей и приобретая непосильные для него функции родителя (см. п.

5), или как отсутствие в ней иерархической структуры. Последний вариант можно представить в виде колеса, где спицами являются дети, а осью — мать, которая в ответе за каждую мелочь, происходящую с детьми, без передачи им некоторых своих полномочий. Такая мать кажется перегруженной их постоянными требованиями.

Эту структуру легко увидеть, если терапевт даст какое-нибудь задание детям, пока он беседует с матерью. Дети будут постоянно прерывать их разговор, что-нибудь спрашивая у матери, показывая ей, что они сделали, прося ее уладить споры и стараясь свериться с ней, прежде чем что-то предпринять.

Такая структура является типичной в организации, где администратор не может делегировать власть и, таким образом, остается за все в ответе.

2.1.5. Семья как маневрирующая система Как мы уже отмечали, для понимания процессов в системе очень важной является идея осцилляции. В русле развития структурной теории мы предлагаем использовать в семейной терапии понятие маневрирующей системы.

Действительно, о семье удобно думать не как о системе с абсолютно неизменной структурой, а представлять ее в виде маневрирующей системы, то есть системы, переходящей из одного состояния в другое и обратно.

В результате система колеблется между разными, зачастую противоположными состояниями (миром и войной в семье;

обострением симптомов у ребенка и периодом некоторого затишья;

ситуацией алкогольного запоя и состоянием семьи, когда муж относительно трезвый и т.п.). Очевидно, что параметры иерархии и сплоченности (близости) могут меняться от состояния к состоянию, оставаясь в целом неизменными за период, сравнимый со стадией жизненного цикла. На рисунке 2.1.4 показано маневрирование семейной системы между состояниями с разной коалиционной структурой.

Состояние А характеризуется коалицией мужа со своей матерью против жены. Состояние Б — коалиция мужа с женой против своей матери.

Маневрирование системы между состояниями включено в общий циркуляционный процесс. Вернее будет сказать спиралевидный, так как вследствие постоянного развития система никогда не возвращается в полностью тождественное состояние (см. рис 2.1.5). Однако для упрощения мы будем считать изоморфизм состояний полным и говорить, таким образом, о циркуляционном процессе.

Семейный процесс может быть, конечно, более сложным и включать в себя более чем два состояния. Однако для терапевтических целей обычно полезно описывать не больше двух-трех структурных состояний семейной системы на данном рабочем промежутке времени.

Так, Геринг для диагностики семейной системы предлагает исследовать параметры сплоченности и иерархии в типичной, конфликтной и идеальной семейных ситуациях [Gehring, 1993].

Процессы, переводящие семью из состояния в состояние, в виде последовательностей взаимодействий будут анализироваться в параграфе, посвященном коммуникации (2.2).

Говоря о процессе постоянной смены коалиций, отметим также несколько важных ролей, которые может играть третий участник в конфликтах между двумя другими. Кроме уже описанных нами ролей партнера коалиции, больного (слабого, несамостоятельного, т.е.

того, кому нужна помощь) и козла отпущения, третий участник может выбрать более активную роль, переходя от одного конфликтующего к другому. Зук описывает роль посредника (go-between), который, пытается сгладить разногласия, например, говоря одному из участников, что другой не имел в виду ничего серьезного, и вообще, он его, несомненно, любит [Zuk, 1966].

В некоторых семьях определенные люди всегда сражаются, а другие всегда посредничают. Например, отец и сын конфликтуют, а мать является посредником. Между супругами и между матерью и сыном никогда не происходит конфликтов.

Зук склонен рассматривать такую ситуацию как нежелательную и будет иногда пытаться сделать мать скорее открытым участником конфликта, чем средством коммуникации между враждующими сторонами. Возможно, посредничество матери является манерой ее ухода от открытого столкновения с мужем.

Симмель проводит различие между ролью посредника и ролью “наслаждающегося третьего”, который получает преимущества от конфликта между двумя другими [Simmel, 1950].

Оппоненты соревнуются за его поддержку и хотят привлечь его на свою сторону.

Примером подобной ситуации может быть соперничество родителей за любовь ребенка, который, не занимая ничью сторону, становится наиболее могущественным членом семьи.

Симмель выделяет также роль “подстрекателя”, который стимулирует конфликты между двумя “партиями” и использует их для собственных выгод, сознательно применяя политику “разделяй и властвуй”.

Подстрекатель попеременно объединяется то с одной партией против другой, то с другой против первой, усиливая конфронтацию и разрыв отношений между ними.

Подстрекатель всегда настороже и старается не допускать возможных коалиций без своего участия.

Следовательно, его позиция не является такой уж надежной. Посредник, как правило, настолько уверенно чувствует себя в своей роли, что может позволить себе разрешить коалицию между двумя другими членами триады.

Анализируя “игровые” взаимодействия в маневрирующем треугольнике, нельзя не упомянуть широко используемые роли “преследователя”, “жертвы” и “спасателя”, которые поочередно могут принимать члены семьи [Берн, 1992;

Джеймс и Джонгвард, 1993;

Ричардсон, 1994].

Использование терминологии ролей может обеспечить ценной информацией о силовой борьбе внутри семьи. Однако существует опасность “ролевой навязчивости”, и конкретные поведенческие паттерны, с помощью которых люди запутанно влияют друг на друга, могут остаться незамеченными.

Для терапевта важно не только разобраться в структуре семьи и в ее колебании между различными состояниями, но и отмечать последовательности взаимодействий, переводящие ее из одного состояния в другое, улавливать их общий рисунок.

Такому анализу и будет посвящен следующий параграф.

2.2.

СЕМЬЯ КАК КОММУНИКАТИВНАЯ СИСТЕМА Данный параграф обращается к двум наиболее важным, с нашей точки зрения, проблемам взаимодействия членов семьи друг с другом и терапевтом: коммуникативному парадоксу и модели циркулярных последовательностей, в которые закономерно попадает система, имеющая трудности функционирования. В разделе 2.2.1 приводятся шесть аспектов “правил взаимодействия” и показывается применение этого понятия к анализу семейных коммуникаций. В разделе 2.2. проводится разграничение между линейными и циркулярными способами описания процессов в семье и обосновывается преимущество последнего для семейной терапии. Кроме того, в данном разделе рассматриваются несколько типичных циркулярных последовательностей, обслуживающих проблемную триаду в семье и многократно отмеченных в терапевтической практике автора (см.

также анализ случаев в главе 4).

2.2.

1. Проблемы коммуникации Анализу взаимодействий особенно много внимания уделяют представители коммуникативного подхода в семейной терапии [Jackson, 1968;

Haley, 1963;

Watzlawick et al., 1967]. Терапевты этого направления обучаются изменять рисунок взаимодействия таким образом, чтобы члены семьи смогли разрешать свои проблемы сами. В связи с этим принято выделять ряд нарушений коммуникативного процесса, которые мешают конструктивно справляться с жизненными задачами и приводят к появлению симптоматического поведения.

Источник: http://libed.ru/knigi-nauka/354159-2-aleksandr-chernikov-sistemnaya-semeynaya-terapiya-integrativnaya-model-diagnostiki-moskva-nezavisimaya-firma-klass.php

Типы дисфункциональных семейных структур

2.1.4. Некоторые типы дисфункциональных семейных структур

Материалы, присланные пользователями

1) Несбалансированность семейной системы в целом по шкалам близости и гибкости (иерархии)

2) Структуры, включающие в себя аутсайдеров, т.е. людей с низким со­циометрическим выбором. Например, один из детей рассматривается родителями как нелюбимый, или в семье живет бабушка, с которой остальные члены семьи находятся в состоянии войны. Такие структуры часто бывают поляризованы по принципу «свои — чужие». Приписывая «плохие» качества одному из своих членов и «хорошие» — всем прочим, семья может поддерживать свою целостность как группы.

3) Межпоколенная коалиция. Все живые существа, способные к обучению, вынуждены организовываться и выстраивать иерархию. Группы могут иметь более чем одну иерархию в силу различных функций.

Но существование иерархии является неизбежным, потому что оно заложено в природе организации. Причем иерархический порядок поддерживают все участники организации.

Наиболее простая модель иерархии основывается на линиях, прочерчиваемых поколениями. Обычно семьи включают в себя не больше трех-четырех поколений. Традиционные семьи, например в Азии, как правило, имеют три четко выраженные статусные позиции.

В западном мире в эпоху быстрых социальных изменений статус бабушек и дедушек стал ниже, обычно они имеют право совещательного голоса.

«Если и существует фундаментальное правило социальной организации, то оно гласит: организация попадает в беду, когда коалиции складываются поперек уровней иерархии, особенно когда эти коалиции секретные» [Haley, 1976].

Когда руководитель выбирает фаворитов среди подчиненных, когда служащий объединяется с вышестоящим руководителем против своего непосредственного начальника и когда подобные ситуации становятся правилом, возникает организационная проблема и ее участники испытывают стресс.

Относительно семейных структур межпоколенные коалиции имеют следующие варианты:

а) Один из родителей образует устойчивую коалицию с ребенком против другого, дистанцированного родителя. В этом случае ребенок имеет возможность не выполнять требования последнего, так как его всегда поддержит другой родитель. В типичном случае — мать образует коалицию с ребенком, а отец находится на расстоянии.

б) Бабушка (дедушка) образует коалицию с ребенком против родителей. Часто встречающийся вариант в разведенных семьях, когда мать с ребенком живет в доме своей матери, представляет собой коалицию бабушки и ребенка против воспитательных мер матери.

в) Родитель объединяется с любимым ребенком, позволяя ему больше, чем другим детям, и вызывая у них ревность.

г) Один из супругов объединяется со своими родителями против другого супруга и т.д.

Коалиции помогают тем, кто чувствует себя слабым и не способным справиться с теми, кто кажется им сильнее. Они позволяют членам семьи совладать с низким самоуважением, уменьшить тревогу и контролировать третью сторону.

4) Скрытая коалиция. В этом случае наличие коалиции между участниками может не признаваться членами семьи. Обычно она возникает на основе совместного секрета через идентификацию двух членов семьи и часто выражается в подкреплении симптоматического поведения. Например, ребенок отказывается ходить в школу. Оба родителя согласны, что ему нужно учиться. Они вместе обсуждают эту проблему и планируют совместные действия. Отец отводит ребенка утром в школу, однако тот через полчаса сбегает домой. Мать, втайне сочувствуя ребенку и считая его чересчур робким, таким же, какой она сама была в детстве, разрешает ему остаться дома, принимает всерьез его жалобы на головную боль, укладывает в постель и кормит чем-нибудь вкусным. Когда вечером приходит отец, она говорит ему, что не смогла справиться с ребенком, и просит его уговорить ребенка ходить в школу. Коалиция здесь является скрытой, так как мать внешне солидарна с отцом и может даже поддерживать его требования. И если отец не будет выходить из себя и бить ребенка, то коалиция может так и остаться непроявленной. Хейли (1967) характеризует треугольник с тайной коалицией как «испорченную триаду». Шефлен (1981), описывая семьи шизофреников, даже вводит понятие «симбиозного поля», которое характеризуется тем, что на первый взгляд кажется противоположным: необычно сильно выраженная привязанность и не­обычно низкий уровень взаимодействия друг с другом. Сильная привязанность становится намного очевидней из невербальной коммуникации. Члены семьи, находящиеся в симбиозном поле, могут сидеть вдали друг от друга, не обращаться друг к другу, но при этом удивительным образом походить друг на друга типом и цветом одежды, прической, манерой поведения и выражением лица. Шефлен сравнивает это с хором или танцевальным ансамблем, когда члены группы имеют определенные общие признаки, бросающиеся в глаза, и поступают синхронно. В то время как один лагерь во время сеанса семейной терапии сидит бесцветно, без движений, с опущенными руками, другие члены семьи могут вести себя совершенно иначе. Если кто-либо внутри симбиозного поля изменяется, остальные члены поля также меняются. В такой патологической ситуации можно говорить об отсутствии автономии, личностной дифференциации или «эго-массе» [Оудсхоорн, 1993].

5) Перевернутая иерархия. Это понятие описывает ситуацию, когда по каким-либо причинам статус ребенка в семье становится выше, чем статус одного или обоих родителей.

Например, отец с дочкой могут вести себя как супруги и относиться к матери и остальным детям как к младшим в семье.

Другой случай: когда один из родителей заболевает и теряет трудоспособность, тогда ребенок выступает в роли родителя по отношению к больному и остальным детям, отодвинув в сторону собственные чувства и желания. Такая позиция ребенка в литературе известна как «парентификация».

Иногда благодаря симптоматическому поведению ребенок может приобрести чрезмерное влияние в семье и регулировать супружеские взаимоотношения. Так, например, у дочери возникают тики, когда родители ссорятся. Стремясь создать спокойную обстановку для девочки, родители вынуждены замалчивать свои разногласия.

6) Отсутствие разницы в статусе среди детей. Несбалансированность иерархии в детской подсистеме может выглядеть или как чрезмерная ее иерархизированность, когда кто-то из детей обретает особый статус, становясь, например, чрезмерно ответственным за других детей и приобретая непосильные для него функции родителя (см. п.

5), или как отсутствие в ней иерархической структуры. Последний вариант можно представить в виде колеса, где спицами являются дети, а осью — мать, которая в ответе за каждую мелочь, происходящую с детьми, без передачи им некоторых своих полномочий. Такая мать кажется перегруженной их постоянными требованиями.

Эту структуру легко увидеть, если терапевт даст какое-нибудь задание детям, пока он беседует с матерью. Дети будут постоянно прерывать их разговор, что-нибудь спрашивая у матери, показывая ей, что они сделали, прося ее уладить споры и стараясь свериться с ней, прежде чем что-то предпринять.

Такая структура является типичной в организации, где администратор не может делегировать власть и, таким образом, остается за все в ответе.

Tweet В Мой Мир
Группа Семья Растет на !

Нам очень важно знать Ваше мнение. Пожалуйста, напишите что вы думаете об этом.

Top

Я хочу знать, что люди говорят об этом

Источник: http://www.semya-rastet.ru/razd/tipy_disfunkcionalnykh_semejjnykh_struktur/

дисфункциональных семейных структур

2.1.4. Некоторые типы дисфункциональных семейных структур

Делая акцент на семейной организации, системный семейный терапевт должен диагностировать

нефункциональные семейные структуры, следствием которых является индивидуальная

проблематика членов семьи. В этом параграфе мы опишем обобщенную классификацию

структурных проблем. Характеристика определенных структур как проблемных является

следствием применения структурной семейной теории в терапии.

1) Несбалансированность семейной системы в целом по шкалам близости и гибкости (иерархии),

описываемая через дисфункциональные типы семейных структур в модели Олсона (см. раздел

2.1.2).

2) Структуры, включающие в себя аутсайдеров, т.е. людей с низким социометрическим выбором.

Например, один из детей рассматривается родителями как нелюбимый, или в семье живет

бабушка, с которой остальные члены семьи находятся в состоянии войны. Такие структуры часто

бывают поляризованы по принципу “свои — чужие”. Приписывая “плохие” качества одному из

своих членов и “хорошие” — всем прочим, семья может поддерживать свою целостность как

группы.

Перечисляемые далее пункты дополняют классификацию Олсона на основе применения понятия

треугольника.

3) Межпоколенная коалиция. Все живые существа, способные к обучению, вынуждены

организовываться и выстраивать иерархию. Группы могут иметь более чем одну иерархию в силу

различных функций. (См. раздел 2.1.5 о маневрирующих системах.) Но существование иерархии

является неизбежным, потому что оно заложено в природе организации. Причем иерархический

порядок поддерживают все участники организации. Наиболее простая модель иерархии

основывается на линиях, прочерчиваемых поколениями. Обычно семьи включают в себя не больше

трех-четырех поколений. Традиционные семьи, например в Азии, как правило, имеют три четко

выраженные статусные позиции. В западном мире в эпоху быстрых социальных изменений статус

бабушек и дедушек стал ниже, обычно они имеют право совещательного голоса. “Если и

существует фундаментальное правило социальной организации, то оно гласит: организация

попадает в беду, когда коалиции складываются поперек уровней иерархии, особенно когда эти

коалиции секретные” [Haley, 1976]. Когда руководитель выбирает фаворитов среди подчиненных,

когда служащий объединяется с вышестоящим руководителем против своего непосредственного

начальника и когда подобные ситуации становятся правилом, возникает организационная

проблема и ее участники испытывают стресс.

Относительно семейных структур межпоколенные коалиции имеют следующие варианты:

а) Один из родителей образует устойчивую коалицию с ребенком против другого,

дистанцированного родителя. В этом случае ребенок имеет возможность не выполнять

требования последнего, так как его всегда поддержит другой родитель. В типичном

случае — мать образует коалицию с ребенком, а отец находится на расстоянии.

б) Бабушка (дедушка) образует коалицию с ребенком против родителей. Часто

встречающийся вариант в разведенных семьях, когда мать с ребенком живет в доме своей

матери, представляет собой коалицию бабушки и ребенка против воспитательных мер

матери.

в) Родитель объединяется с любимым ребенком, позволяя ему больше, чем другим детям, и

вызывая у них ревность.

г) Один из супругов объединяется со своими родителями против другого супруга и т.д.

Коалиции помогают тем, кто чувствует себя слабым и не способным справиться с теми, кто

кажется им сильнее. Они позволяют членам семьи совладать с низким самоуважением, уменьшить

тревогу и контролировать третью сторону. Типичные последовательности взаимодействий,

связанные с межпоколенными коалициями, рассматриваются в разделе 2.2.3.

4) Скрытая коалиция. В этом случае наличие коалиции между участниками может не признаваться

членами семьи. Обычно она возникает на основе совместного секрета через идентификацию двух

членов семьи и часто выражается в подкреплении симптоматического поведения. Например,

ребенок отказывается ходить в школу. Оба родителя согласны, что ему нужно учиться. Они вместе

обсуждают эту проблему и планируют совместные действия. Отец отводит ребенка утром в школу,

однако тот через полчаса сбегает домой. Мать, втайне сочувствуя ребенку и считая его чересчур

робким, таким же, какой она сама была в детстве, разрешает ему остаться дома, принимает

всерьез его жалобы на головную боль, укладывает в постель и кормит чем-нибудь вкусным. Когда

вечером приходит отец, она говорит ему, что не смогла справиться с ребенком, и просит его

уговорить ребенка ходить в школу. Коалиция здесь является скрытой, так как мать внешне

солидарна с отцом и может даже поддерживать его требования. И если отец не будет выходить из

себя и бить ребенка, то коалиция может так и остаться непроявленной. Хейли (1967)

характеризует треугольник с тайной коалицией как “испорченную триаду”.

Шефлен (1981), описывая семьи шизофреников, даже вводит понятие “симбиозного поля”, которое

характеризуется тем, что на первый взгляд кажется противоположным: необычно сильно

выраженная привязанность и необычно низкий уровень взаимодействия друг с другом. Сильная

привязанность становится намного очевидней из невербальной коммуникации. Члены семьи,

находящиеся в симбиозном поле, могут сидеть вдали друг от друга, не обращаться друг к другу, но

при этом удивительным образом походить друг на друга типом и цветом одежды, прической,

манерой поведения и выражением лица. Шефлен сравнивает это с хором или танцевальным

ансамблем, когда члены группы имеют определенные общие признаки, бросающиеся в глаза, и

поступают синхронно. В то время как один лагерь во время сеанса семейной терапии сидит

бесцветно, без движений, с опущенными руками, другие члены семьи могут вести себя совершенно

иначе. Если кто-либо внутри симбиозного поля изменяется, остальные члены поля также

меняются. В такой патологической ситуации можно говорить об отсутствии автономии, личностной

дифференциации или “эго-массе” [Оудсхоорн, 1993].

5) Перевернутая иерархия. Это понятие описывает ситуацию, когда по каким-либо причинам статус

ребенка в семье становится выше, чем статус одного или обоих родителей. Например, отец с

дочкой могут вести себя как супруги и относиться к матери и остальным детям как к младшим в

семье. Другой случай: когда один из родителей заболевает и теряет трудоспособность, тогда

ребенок выступает в роли родителя по отношению к больному и остальным детям, отодвинув в

сторону собственные чувства и желания. Такая позиция ребенка в литературе известна как

“парентификация”. Иногда благодаря симптоматическому поведению ребенок может приобрести

чрезмерное влияние в семье и регулировать супружеские взаимоотношения. Так, например, у

дочери возникают тики, когда родители ссорятся. Стремясь создать спокойную обстановку для

девочки, родители вынуждены замалчивать свои разногласия.

6) Отсутствие разницы в статусе среди детей. Несбалансированность иерархии в детской

подсистеме может выглядеть или как чрезмерная ее иерархизированность, когда кто-то из детей

обретает особый статус, становясь, например, чрезмерно ответственным за других детей и

приобретая непосильные для него функции родителя (см. п. 5), или как отсутствие в ней

иерархической структуры. Последний вариант можно представить в виде колеса, где спицами

являются дети, а осью — мать, которая в ответе за каждую мелочь, происходящую с детьми, без

передачи им некоторых своих полномочий. Такая мать кажется перегруженной их постоянными

требованиями. Эту структуру легко увидеть, если терапевт даст какое-нибудь задание детям, пока

он беседует с матерью. Дети будут постоянно прерывать их разговор, что-нибудь спрашивая у

матери, показывая ей, что они сделали, прося ее уладить споры и стараясь свериться с ней,

прежде чем что-то предпринять. Такая структура является типичной в организации, где

администратор не может делегировать власть и, таким образом, остается за все в ответе.

2.1.5. Семья как маневрирующая система

Как мы уже отмечали, для понимания процессов в системе очень важной является идея

осцилляции. В русле развития структурной теории мы предлагаем использовать в семейной

терапии понятие маневрирующей системы. Действительно, о семье удобно думать не как о системе

с абсолютно неизменной структурой, а представлять ее в виде маневрирующей системы, то есть

системы, переходящей из одного состояния в другое и обратно. В результате система колеблется

между разными, зачастую противоположными состояниями (миром и войной в семье; обострением

симптомов у ребенка и периодом некоторого затишья; ситуацией алкогольного запоя и состоянием

семьи, когда муж относительно трезвый и т.п.). Очевидно, что параметры иерархии и

сплоченности (близости) могут меняться от состояния к состоянию, оставаясь в целом

неизменными за период, сравнимый со стадией жизненного цикла. На рисунке 2.1.4 показано

маневрирование семейной системы между состояниями с разной коалиционной структурой.

Состояние А характеризуется коалицией мужа со своей матерью против жены. Состояние Б —

коалиция мужа с женой против своей матери.

Маневрирование системы между состояниями включено в общий циркуляционный процесс. Вернее

будет сказать спиралевидный, так как вследствие постоянного развития система никогда не

возвращается в полностью тождественное состояние (см. рис 2.1.5). Однако для упрощения мы

будем считать изоморфизм состояний полным и говорить, таким образом, о циркуляционном

процессе.

Семейный процесс может быть, конечно, более сложным и включать в себя более чем два

состояния. Однако для терапевтических целей обычно полезно описывать не больше двух-трех

структурных состояний семейной системы на данном рабочем промежутке времени. Так, Геринг

для диагностики семейной системы предлагает исследовать параметры сплоченности и иерархии в

типичной, конфликтной и идеальной семейных ситуациях [Gehring, 1993]. Процессы, переводящие

семью из состояния в состояние, в виде последовательностей взаимодействий будут

анализироваться в параграфе, посвященном коммуникации (2.2).

Говоря о процессе постоянной смены коалиций, отметим также несколько важных ролей, которые

может играть третий участник в конфликтах между двумя другими. Кроме уже описанных нами

ролей партнера коалиции, больного (слабого, несамостоятельного, т.е. того, кому нужна помощь) и

козла отпущения, третий участник может выбрать более активную роль, переходя от одного

конфликтующего к другому. Зук описывает роль посредника (go-between), который, пытается

сгладить разногласия, например, говоря одному из участников, что другой не имел в виду ничего

серьезного, и вообще, он его, несомненно, любит [Zuk, 1966]. В некоторых семьях определенные

люди всегда сражаются, а другие всегда посредничают. Например, отец и сын конфликтуют, а

мать является посредником. Между супругами и между матерью и сыном никогда не происходит

конфликтов. Зук склонен рассматривать такую ситуацию как нежелательную и будет иногда

пытаться сделать мать скорее открытым участником конфликта, чем средством коммуникации

между враждующими сторонами. Возможно, посредничество матери является манерой ее ухода от

открытого столкновения с мужем.

Симмель проводит различие между ролью посредника и ролью “наслаждающегося третьего”,

который получает преимущества от конфликта между двумя другими [Simmel, 1950]. Оппоненты

соревнуются за его поддержку и хотят привлечь его на свою сторону. Примером подобной

ситуации может быть соперничество родителей за любовь ребенка, который, не занимая ничью

сторону, становится наиболее могущественным членом семьи.

Симмель выделяет также роль “подстрекателя”, который стимулирует конфликты между двумя

“партиями” и использует их для собственных выгод, сознательно применяя политику “разделяй и

властвуй”. Подстрекатель попеременно объединяется то с одной партией против другой, то с

другой против первой, усиливая конфронтацию и разрыв отношений между ними. Подстрекатель

всегда настороже и старается не допускать возможных коалиций без своего участия.

Следовательно, его позиция не является такой уж надежной. Посредник, как правило, настолько

уверенно чувствует себя в своей роли, что может позволить себе разрешить коалицию между

двумя другими членами триады.

Анализируя “игровые” взаимодействия в маневрирующем треугольнике, нельзя не упомянуть

широко используемые роли “преследователя”, “жертвы” и “спасателя”, которые поочередно могут

принимать члены семьи [Берн, 1992; Джеймс и Джонгвард, 1993; Ричардсон, 1994].

Использование терминологии ролей может обеспечить ценной информацией о силовой борьбе

внутри семьи. Однако существует опасность “ролевой навязчивости”, и конкретные поведенческие

паттерны, с помощью которых люди запутанно влияют друг на друга, могут остаться

незамеченными. Для терапевта важно не только разобраться в структуре семьи и в ее колебании

между различными состояниями, но и отмечать последовательности взаимодействий, переводящие

ее из одного состояния в другое, улавливать их общий рисунок. Такому анализу и будет посвящен

следующий параграф.

Источник: https://sdamzavas.net/4-19234.html

Системная семейная терапия

2.1.4. Некоторые типы дисфункциональных семейных структур

Основные параметры интегративной модели и диагностируемые проблемы

41

ребенок становится семейным “козлом отпущения” [Vogel & Bell, 1960].

Допустим, между родителями есть ряд нерешенных проблем, они “застря

ли” и их брак находится под угрозой. У ребенка в ответ могут возникнуть

свои трудности, которые отвлекут родителей от их конфликтов и заставят

обратиться к его проблемам. Напряжение в семье несколько уменьшится, что позитивно подкрепит и зафиксирует проблемы ребенка. В семье при

этом одновременно протекают два процесса: “отклонение в сторонууси

ления” и “отклонение в сторону снижения” [Hoffman, 1971,1981]. Термин

“отклонение в сторону усиления” характеризует в нашем примере процесс

возрастания проблем у ребенка, а “отклонение в сторону снижения” —

процесс затемнения разногласий между супругами. Постепенно, по мере

углубления, проблемы ребенка затмевают даже разногласия супругов в

том, что надо с ним делать, и они начинают демонстрировать псевдосо

трудничество по отношению к этой ситуации. Если все это продолжается в

течение длительного времени, то может возникнуть миф об идеальной се

мье, в которой есть только одна проблема — это “болезнь” или поведен

ческие трудности ребенка.

Если терапевт слишком открыто попытается вытащить наружу конфликт

между супругами, идентифицированный пациент может непроизвольно

предпринять действия, отвлекающие внимание терапевта, начав вести себя

в его кабинете как то странно. Или кто то из членов семьи предложит те

рапевту “горячую тему”, лежащую, однако, в стороне от супружеских взаи

моотношений. Более того, следствием таких действий терапевта может

быть ухудшение поведения ребенка между встречами, так что на следую

щей сессии семья предложит терапевту тему обострения ситуации, вынуж

дая его работать над ней, а не над их супружескими проблемами. Джексон

называет это “спасительной реакцией” [Haley & Hoffman, 1967], представ

ляющей собой, по сути, яркое проявление гомеостатического механизма.

Соотнося процессы отклонения с разными уровнями семейной структуры, можно заметить: то, что ведет к отклонению в сторону увеличения на

уровне всей семьи, приводит к процессам отклонения в сторону снижения

на уровне подсистемы родителей.

Процессы отклонения в сторону снижения и увеличения могут наблюдать

ся во всех семьях и в любых подсистемах. Например, мама может исполь

зовать боль в сердце, чтобы прекратить конфликт между отцом и сыном.

Они должны позабыть ссору и начать ухаживать за ней. Члены всех семей

время от времени забывают о своих разногласиях и объединяются в коали

цию по отношению к кому то третьему. Эти процессы не являются дисфун

кциональными, если гибко чередуются и не приводят к застреванию кого

то в ролях “больного” или “козла отпущения”. Член семьи, принявший на

себя эти роли, часто разделяет судьбу библейского козла отпущения и уда

42

Диагностика в системной семейной терапии

ляется из семьи в соответствующее лечебное или правоохранительное уч

реждение.

Преимущество размышления над проблемами в терминах процессов в сто

рону усиления/снижения состоит еще и в том, что они характеризуют сте

пень ригидности/гибкости семейной системы. Семьи, привыкшие ссылать

ся только на одну проблему и отрицать различия между своими членами, как правило, более ригидны, чем семьи, готовые обсуждать не только, на

пример, проблему ребенка, но и противоречия между родителями. Исполь

зуя этот подход, терапевт имеет возможность предсказать, как много уси

лий и какие стратегии ему потребуются, чтобы создать условия для изме

нения семьи. Так, например, проблемно разрешающие, рациональные стра

тегии, использующие принципы теории научения, приспособлены к семь

ям, имеющим хотя бы некоторую степень гибкости и хоть сколько нибудь

ясные тенденции к трансформации. Для ригидных же семейных структур с

сильными гомеостатическими механизмами более приемлем непрямой

“дзюдо подход”, использующий парадоксальные предписания [Andolfi, 1979; Papp, 1977,1980; Selvini Palazzoli at al., 1978; Van der Hart & Defares, 1978].

2.1.4. Некоторые типы

дисфункциональных семейных структур

Делая акцент на семейной организации, системный семейный терапевт

должен диагностировать нефункциональные семейные структуры, след

ствием которых является индивидуальная проблематика членов семьи. В

этом параграфе мы опишем обобщенную классификацию структурных

проблем. Характеристика определенных структур как проблемных являет

ся следствием применения структурной семейной теории в терапии.

1) Несбалансированность семейной системы в целом по шкалам близости и

гибкости (иерархии), описываемая через дисфункциональные типы семей

ных структур в модели Олсона (см. раздел 2.1.2).

2) Структуры, включающие в себя аутсайдеров, т.е. людей с низким со

циометрическим выбором. Например, один из детей рассматривается роди

телями как нелюбимый, или в семье живет бабушка, с которой остальные

члены семьи находятся в состоянии войны. Такие структуры часто бывают

поляризованы по принципу “свои — чужие”. Приписывая “плохие” каче

ства одному из своих членов и “хорошие” — всем прочим, семья может

поддерживать свою целостность как группы.

Перечисляемые далее пункты дополняют классификацию Олсона на основе

применения понятия треугольника.

Основные параметры интегративной модели и диагностируемые проблемы

43

3) Межпоколенная коалиция. Все живые существа, способные к обучению, вынуждены организовываться и выстраивать иерархию. Группы могут

иметь более чем одну иерархию в силу различных функций. (См. раздел

2.1.5 о маневрирующих системах.) Но существование иерархии является

неизбежным, потому что оно заложено в природе организации. Причем

иерархический порядок поддерживают все участники организации. Наибо

лее простая модель иерархии основывается на линиях, прочерчиваемых

поколениями. Обычно семьи включают в себя не больше трех четырех по

колений. Традиционные семьи, например в Азии, как правило, имеют три

четко выраженные статусные позиции. В западном мире в эпоху быстрых

социальных изменений статус бабушек и дедушек стал ниже, обычно они

имеют право совещательного голоса. “Если и существует фундаментальное

правило социальной организации, то оно гласит: организация попадает в

беду, когда коалиции складываются поперек уровней иерархии, особенно

когда эти коалиции секретные” [Haley, 1976]. Когда руководитель выбира

ет фаворитов среди подчиненных, когда служащий объединяется с выше

стоящим руководителем против своего непосредственного начальника и

когда подобные ситуации становятся правилом, возникает организацион

ная проблема и ее участники испытывают стресс.

Относительно семейных структур межпоколенные коалиции имеют следу

ющие варианты:

а) Один из родителей образует устойчивую коалицию с ребенком

против другого, дистанцированного родителя. В этом случае ре

бенок имеет возможность не выполнять требования последнего, так как его всегда поддержит другой родитель. В типичном слу

чае — мать образует коалицию с ребенком, а отец находится на

расстоянии.

б) Бабушка (дедушка) образует коалицию с ребенком против роди

телей. Часто встречающийся вариант в разведенных семьях, ког

да мать с ребенком живет в доме своей матери, представляет со

бой коалицию бабушки и ребенка против воспитательных мер

матери.

в) Родитель объединяется с любимым ребенком, позволяя ему боль

ше, чем другим детям, и вызывая у них ревность.

г) Один из супругов объединяется со своими родителями против

другого супруга и т.д.

Коалиции помогают тем, кто чувствует себя слабым и не способным спра

виться с теми, кто кажется им сильнее. Они позволяют членам семьи совла

44

Диагностика в системной семейной терапии

дать с низким самоуважением, уменьшить тревогу и контролировать тре

тью сторону. Типичные последовательности взаимодействий, связанные с

межпоколенными коалициями, рассматриваются в разделе 2.2.3.

4) Скрытая коалиция. В этом случае наличие коалиции между участника

ми может не признаваться членами семьи. Обычно она возникает на осно

ве совместного секрета через идентификацию двух членов семьи и часто

выражается в подкреплении симптоматического поведения. Например, ре

бенок отказывается ходить в школу. Оба родителя согласны, что ему нужно

учиться. Они вместе обсуждают эту проблему и планируют совместные

действия. Отец отводит ребенка утром в школу, однако тот через полчаса

сбегает домой. Мать, втайне сочувствуя ребенку и считая его чересчур

Источник: https://nemaloknig.com/read-2130/?page=11

Нарушение функционирования семьи. Некоторые типы дисфункциональных семейных структур

2.1.4. Некоторые типы дисфункциональных семейных структур

1)Несбалансированные семейные структуры (например, проблемные типы семьи по Д. Олсону, 100% обследованных семей наркоманов).
2) Структуры, несущие в себе аутсайдеров, то есть людей с низким со-циометрическим статусом. Например, один из детей рассматривается родителями как нелюбимый (64% обследованных семей наркоманов).

3)Структура, стабилизирующаяся на основе дисфункции одного из ее членов. Такие структуры поляризованы по принципу: «здоровые члены семьи» -«козел отпущения» или «больной» член семьи (89% обследованных семей наркоманов).
4) Коалиции через поколения, которые помогают членам семьи, чувствующим слабость, справиться с теми, кто кажется им сильнее.

Коалиция позволяет ее членам совладать с низким самоуважением, уменьшить тревогу и контролировать третью сторону. Например, когда один из родителей (мать) образует коалицию с ребенком против другого (отца); когда бабушка (дедушка) образует коалицию с ребенком против родителей и так далее (67% обследованных семей наркоманов).

5)Скрытая коалиция, когда ее наличие не признается членами семьи. Обычно она возникает на основе совместного секрета через идентификацию двух членов семьи и часто выражается в подкреплении симптоматического поведения (42% обследованных семей наркоманов).

6) Перевернутая иерархия, когда по каким-либо причинам статус ребенка в семье становится больше, чем статус одного или обоих родителей. Например, отец с дочерью могут вести себя как супруги и относиться к матери и остальным членам семьи как к младшим.

Другой случай, когда один из родителей заболевает, и тогда ребенок может выступать в роли родителя по отношению к больному и остальным детям [66] (41% обследованных семей наркоманов). Негативные, «невротические» стили супружеских взаимоотношений при всем своем многообразии условно сгруппированы Т.М. Мишиной [43] в три основных типа: соперничество, псевдосотрудничество и изоляция.

Критериями выделения этих типов являются: наличие или отсутствие соглашения пары в отношении норм поведения, формальный или неформальный характер этого соглашения.

Типы взаимодействия можно определить по соотношениям следующих характеристик: — мотивационные структуры, составляющие содержательную основу противоречия в совместной деятельности супругов; — способы компенсации, позволяющие паре устойчиво существовать, несмотря на наличие этого противоречия; — обстоятельства, вызывающие декомпенсацию (кризис) и создающие неустойчивость, обостряющиеся в конфликтных ситуациях; — способы выхода из конфликтной ситуации и их отношения к мотивационной структуре данной супружеской пары.

СОПЕРНИЧЕСТВО. Структура отношений носит противоречивый характер, дружелюбно-враждебный. Оба партнера характеризуются незрелостью семейной роли и оказываются не в состоянии принимать на себя ответственность за поведение супружеской пары как целого. Конфликты могут быть представлены как противоречия главным образом в сферах заботы и опеки, эмоционального принятия, где сталкиваются значимые потребности партнеров. Одной из сфер, где проявления соперничества супругов наиболее опасны своими последствиями, является воспитание детей. Как показали исследования О.В.Шапатиной в сфере семейного воспитания пермаменентно воспроизводится специфическая конфликтная ситуация между супругами. Конфликтная ситуация является результатом стремления супругов к максимальной персонализации в ребенке. Здесь соперничество может проявляться в рассогласованности воспитательных позиций, требований по отношению к ребенку.

Нередко это приводит к возникновению ситуаций типа «двойного зажима», систематическое попадание, в которые способствует формированию «шизофреничного» поведения. Наши клинические данные показывают, что среди опийных наркоманов довольно значительная часть (от 10 до 15%) составляют люди, для которых наркомания выступает как реальная альтернатива «шизофреническому» поведению. В выраженной форме соперничество между супругами обнаружено нами в 31% «наркоманских» семей, где были оба родителя.

ПСЕВДОСОТРУДНИЧЕСТВО. С внешней стороны отношения этого типа выглядят согласованными, с элементами преувеличения заботы о партнере.

Поводы к возникновению конфликтов в семье лежат за ее пределами и связаны с индивидуальными трудностями и неудачами, которые касаются, как правило, работы или негативного общения с другими людьми.

Проявления псевдосотрудничества супругов в сфере воспитания детей также опасны своими последствиями, так как в зависимости от внешних обстоятельств воспитательные позиции у родителей постоянно видоизменяются.

Псевдосотрудничество как стиль взаимоотношений обнаружен нами в 24% семей наркоманов в период, предшествовавший наркотизации подростка.

ИЗОЛЯЦИЯ. В совместной жизнедеятельности супруги остаются эмоционально обособленными и не заинтересованными друг в друге.

Если такой характер взаимоотношений проявляется и в воспитательной сфере, то ребенок ощущает себя ненужным, отвергнутым и нелюбимым, что, в свою очередь, может способствовать формированию у него внутриличностных и поведенческих отклонений.

Наши данные позволяют нам говорить о том, что примерно в 29% семей наркоманов проявляется изоляция как стиль внутрисемейных отношений в период до начала употребления подростком наркотиков.

В остальных 16% семей обнаружен смешанный, либо невыраженный стиль отношений.

Обзор основных проблем родителей в сфере общения и воспитания с учетом возраста ребенка.

Общение и воспитание как детерминант развития ребенка Объективные и субъективные факторы развития личности ребенка.

2. Отказы и опоздания на кон­сультацию. Вовлечение в консультативный процесс отсутствующих членов семьи.

3. Планирование терапии и проектирование тера­певтических стратегий. Основные способы коррекции родительского поведения в ситуации неконструктивного взаимодействия с ребёнком.

Понятие семьи. Структура, функции семьи. Модель Олсона.

Профессиональная позиция семейного консультанта. Типичные ошибки в процессе консультирования.

Родительские установки и стили родительского воспитания. Детерминанты родительских установок и стилей воспитания.

7. Родительско — детские отношения. Структура и дина­мика родительско — детских отношений.

Семья как система коммуникации. Проблемы коммуникации. Циркулярность семейных взаимодействий.

9. Системная семейная терапия с одним членом семьи и традици­онная индивидуальная терапия, сходства и различия. Особенности работы с семьей как группой.

10. Стратегический подход в семейной терапии. Стадии трансформации семейной системы. Преодоление реак­ции семьи на изменение.

11. Структура консультативной беседы. Первая встреча с семьей. Продолжительность консультативной сессии. Ко­личество и планирование встреч с семьей. Заключение психологического контракта.

Структурированные техники семейного консультирования.

Супружеские отношения. Детерминанты супружеских отношений.

14. Техники «Воспоминание» и «Супружеская хореография» как метод опреде­ления основного дисфункционального конфликта.

Техники диагностического интервью. Оценочное интервью как диагностико-терапевтический эксперимент.

Техники установления контакта с семьей.

Типы директив и домашних заданий. Позитивное переформулирование проблемы. Техника парадоксальных предписаний. Техника тяжелого испытания.

18. Типы психологической помощи. Семейная психотерапия. Семейная психологи­ческая консультация.

19. Формирование системных гипотез и выбор терапевтических интер­венций.

Цели, задачи и стадии супружеской терапии.

Циркулярное интервью миланской школы. Прослеживание последовательностей взаимодействий.

Литература

Основная

1. Эйдемиллер Э.Г. Семейный диагноз и семейная психотерапия : Учеб. пособие для врачей и психологов / Э.Г. Эйдемиллер, И.В. Добряков, И.М. Никольская. — СПб.: Речь, 2003. — 336с.: ил. — (Мэтры мировой психологии).

2. Алешина Ю.Е. Индивидуальное и семейное психологическое консуль­тирование. — М.: Независимая фирма «Класс»2004.

3. Витакер К. Полночные размышления семейного терапевта. М.: Независимая фирма «Класс», 2002.

4. Маданес К. Стратегическая семейная терапия. М.: Независимая фирма «класс»,2002 (Гриф Российской медицинской академии; 25 экземпляров)

5. Меновщиков В.Ю. Введение в психологическое консультирование. Теория и практика психологической помощи. — М. Смысл 2004.

6. Методы современной психотерапии: Учебное пособие / Составители Л.М. Кроль, Е.А. Пуртова. (Библиотека психологии и психотерапии, вып.90). – М.: Независимая фирма «класс»,2003. (Гриф Минобразования;)

7. Минухин С., Фишман Ч. Техники семейной терапии. – М.: Независимая фирма «Класс», 1999. – 296 с.

8. Пэпп П. Семейная терапия, и её парадоксы. – М.: Независимая фирма «Класс», 2007. – 278 с.

9. Сатир В. Психотерапия семьи. СПб.: Речь, 2000.

10. Смирнова Е.О., Быкова М.В. Опыт исследования структуры и динамики родительского отношения. Вопросы психологии 2000. № 3. С. 3-14.

11. Черников А.В. Системная семейная терапия. Интегративная модель диагностики.

12. Шерман Р., Фредман Н. Структурированные техники семейной и супружеской терапии. М., 2001.

Дополнительная

1. Березин С.В. Кинотерапия: практическое пособие для психологов и социальных работников. – Самара, 2003.

2. Березин С.В., Шапатина О.В. Согласование родительских позиций как условие первичной профилактики наркомании в семье. – Самара: Изд-во «Самарский университет», 2001.

3. Березин, Сергей Викторович. Наркомания глазами семейного психолога : учеб. пособие для вузов / С. В. Березин, К. С. Лисецкий. — СПб.: Речь, 2005. — 238 с: ил

4. Гарфилд, Сол. Практика краткосрочной психотерапии: пер. с англ. / С. Гарфилд. — 2-е междунар. изд. — СПб. : Питер, 2002

5. Горячев, Александр Павлович. Проблемы семейных отношений / А.П. Горячев. — Ростов н/Д. : Феникс, 2005.

6. Грецов, Андрей Геннадьевич. Практическая психология для подростков и родителей / А.Г. Грецов. — СПб. : Питер, 2006

7. Елизаров А.Н. Психологическое консультирование семьи. Учебное пособие. – М.: «Ось-89», 2004. (Гриф Минобразования;)

8. Емельянов С.М. Практикум по конфликтологии.- 2-е изд.- СПб.: Питер,2005. (Гриф Минобразования)

9. Захаров А.И. Ребенок до рождения и психотерапия последствий психических травм. – СПб.: Союз, 1998

10. Игумнов С.А. Основы психотерапии детей и подростков : справочное пособие / С.А. Игумнов; Под ред. В.Т. Кондрашенко. — М.: Изд-во Института Психотерапии, 2001. — 176с. — (Золотой фонд психотерапии).

11. Клусман, Рудольф. Справочник по психотерапии : пер. с нем. / Р. Клусман. — 3-е изд. — СПб.: Питер, 2004. — 368 с.: ил.

12. Колесникова Г.И.. Основы психопрофилактики и психокоррекции. – Ростов-на – Дону: Феникс, 2005 (Гриф Минобразования)

13. Колесникова, Галина Ивановна. Психологические виды помощи : психопрофилактика, психокоррекция, консультирование : учеб. пособие для вузов / Г.И. Колесникова. — Ростов н/Д. : Феникс, 2006.

14. Косарева, Ирина Олеговна. Основы современной психоаналитической диагностики и консультирования : Учеб. пособие для вузов / И.О. Косарева; Самарский гос. ун-т, Психол. фак., Каф. общей психол. и психол. развития. — Самара : Универс-групп, 2006

15. Лаврова, Оксана Владимировна. Практика психологического консультирования : Учеб. пособие для психол. специальностей / Самарский гос.ун-т. — Самара : Самарский университет, 2001

16. Лебединский В.В. Нарушение психического развития в детском возрасте. Учебное пособие для психологических факультетов вузов. – М.: Академия, 2004.

17. Мейер В. Методы поведенческой терапии — СПб.: Речь, 2001. — 256с. — (Психотерапия на практике).

18. Немов, Роберт Семенович. Психологическое консультирование: Учебник для вузов / Р.С. Немов. — М. : Владос, 2003.

19. Овчарова Р.В. Психология родительства: Учебное пособие для вузов. / Л.Г.Жедунова, И.А.Можаровская, Н.Н.Посысоев. – М.:Владос – Пресс, 2004.

20. Основы психологии семьи и семейного консультирования: Учеб. пособ. для вузов Под ред. Н.Н. Посысоева — М.: ВЛАДОС-ПРЕСС, 2004 — 328с

21. Палмад Ги. Психотерапия : Пер. с фр. / Г. Палмад. — 11-е изд. — СПб. : Питер, 2003

22. Паттерсон Сесил. Теории психотерапии: Пер. с англ. / С. Паттерсон, Э. Уоткинс. — 5-е изд. — СПб. : Питер, 2003

23. Пахальян Виктор Эдуардович. Психологическое консультирование : учеб. пособие для вузов / В.Э. Пахальян. — СПб.: Питер: Лидер, 2006. — 256 с.: ил. — (Учебное пособие). (Реком. УМО)

24. Практикум по общей, экспериментальной и прикладной психологии. /В.Д.Балин, В.К.Гайдара, В.К.Гербачевский. под. Общей ред. А.А.Крылова, С.А.Маничева. – 2е изд., доп. и перераб.- СПб.: Питер,2004. (Гриф Минобразования;)

25. Психологическое консультирование и психотерапия: Учебное пособие / Под ред. А.Б. Фенько; Под ред. Н.С. Игнатьевой; Под ред. М.Ю. Локтаева. — М.: Мрсковский психотерапевтический журнал, 1998-

26. Психологическое обследование детей дошкольного – младшего школьного возраста: Тексты и методические материалы: Учебное пособие для вузов. / Ред. – сост. Г.В.Бурменская – М.:Психология, 2003.

27. Психология развития. Учебник для вузов / Под.ред. Т.Д.Марцинковской. – М.: Академия, 2001.

28. Психология семьи : учебное пособие для вузов / ред.-сост. Д.Я. Райгородский. — Самара : БАХРАХ-М, 2007. — 752 с. — (Психология семейных отношений).

29. Психотерапевтическая энциклопедия / Под ред. Б.Д. Карвасарского. — 3-е изд., перераб. и доп. — СПб. : Питер, 2006. — 944 с.

30. Психотерапия. / Под.ред. Б.Д.Карвасарского – СПб.: Изд.- во «Питер», 2000

31. Семейная психотерапия. /Сост. Эйдемиллер Э.Г., Александрова Н.В., Юстицкий В. СПб.-М.-Харьков-Минск: Питер, 2000.

32. Семья в психологической консультации. Опыт и проблемы психологического консультирования / Под ред. А.А. Бодалева и В.В. Сталина. М., 1989.

33. Справочник по психологии и психиатрии детского и подросткового возраста / Под ред. Циркина С.Ю.; Ассоц. дет. психиатров и психологов. — СПб.,М.,Харьков,Минск : Питер, 2000. — 752с. — (Золотой фонд психотерапии).

34. Справочник практического психолога: психотерапия. — М. : АСТ; СПб.: Сова, 2007. — 575 с.

35. Таланов, Виктор Львович. Справочник практического психолога / В.Л. Таланов, И.Г. Малкина-Пых. — М.: Эксмо; СПб.: Сова, 2005. — 928 с.: ил.



Источник: https://infopedia.su/11x955.html

2.1.4. Некоторые типы дисфункциональных семейных структур

2.1.4. Некоторые типы дисфункциональных семейных структур
Делая акцент на семейной организации, системный семейный терапевт должен диагностировать нефункциональные семейные структуры, следствием которых является индивидуальная проблематика членов семьи. В этом параграфе мы опишем обобщенную классификацию структурных проблем.

Характеристика определенных структур как проблемных является следствием применения структурной семейной теории в терапии. 1)

Несбалансированность семейной системы в целом по шкалам близости и гибкости (иерархии), описываемая через дисфункциональные типы семейных структур в модели Олсона (см.

раздел 2.1.2). 2)

Структуры, включающие в себя аутсайдеров, т.е. людей с низким социометрическим выбором.

Например, один из детей рассматривается родителями как нелюбимый, или в семье живет бабушка, с которой остальные члены семьи находятся в состоянии войны. Такие структуры часто бывают поляризованы по принципу «свои — чужие».

Приписывая «плохие» качества одному из своих членов и «хорошие» — всем прочим, семья может поддерживать свою целостность как группы.

Перечисляемые далее пункты дополняют классификацию Олсона на основе применения понятия треугольника.

3) Межпоколенная коалиция. Все живые существа, способные к обучению, вынуждены организовываться и выстраивать иерархию. Группы могут иметь более чем одну иерархию в силу различных функций. (См. раздел 2.1.5 о маневрирующих системах.

) Но существование иерархии является неизбежным, потому что оно заложено в природе организации. Причем иерархический порядок поддерживают все участники организации. Наиболее простая модель иерархии основывается на линиях, прочерчиваемых поколениями. Обычно семьи включают в себя не больше трех-четырех поколений.

Традиционные семьи, например в Азии, как правило, имеют три четко выраженные статусные позиции. В западном мире в эпоху быстрых социальных изменений статус бабушек и дедушек стал ниже, обычно они имеют право совещательного голоса.

«Если и существует фундаментальное правило социальной организации, то оно гласит: организация попадает в беду, когда коалиции складываются поперек уровней иерархии, особенно когда эти коалиции секретные» [Haley, 1976].

Когда руководитель выбирает фаворитов среди подчиненных, когда служащий объединяется с вышестоящим руководителем против своего непосредственного начальника и когда подобные ситуации становятся правилом, возникает организационная проблема и ее участники испытывают стресс.

Относительно семейных структур межпоколенные коалиции имеют следующие варианты:

а) Один из родителей образует устойчивую коалицию с ребенком против другого, дистанцированного родителя. В этом случае ребенок имеет возможность не выполнять требования последнего, так как его всегда поддержит другой родитель. В типичном случае — мать образует коалицию с ребенком, а отец находится на расстоянии.

б) Бабушка (дедушка) образует коалицию с ребенком против родителей. Часто встречающийся вариант в разведенных семьях, когда мать с ребенком живет в доме своей матери, представляет собой коалицию бабушки и ребенка против воспитательных мер матери.

в) Родитель объединяется с любимым ребенком, позволяя ему больше, чем другим детям, и вызывая у них ревность.

г) Один из супругов объединяется со своими родителями против другого супруга и т.д.

Коалиции помогают тем, кто чувствует себя слабым и не способным справиться с теми, кто кажется им сильнее. Они позволяют членам семьи совла- дать с низким самоуважением, уменьшить тревогу и контролировать третью сторону. Типичные последовательности взаимодействий, связанные с межпоколенными коалициями, рассматриваются в разделе 2.2.3. 4)

Скрытая коалиция. В этом случае наличие коалиции между участниками может не признаваться членами семьи. Обычно она возникает на основе совместного секрета через идентификацию двух членов семьи и часто выражается в подкреплении симптоматического поведения. Например, ребенок отказывается ходить в школу. Оба родителя согласны, что ему нужно учиться.

Они вместе обсуждают эту проблему и планируют совместные действия. Отец отводит ребенка утром в школу, однако тот через полчаса сбегает домой. Мать, втайне сочувствуя ребенку и считая его чересчур робким, таким же, какой она сама была в детстве, разрешает ему остаться дома, принимает всерьез его жалобы на головную боль, укладывает в постель и кормит чем-нибудь вкусным.

Когда вечером приходит отец, она говорит ему, что не смогла справиться с ребенком, и просит его уговорить ребенка ходить в школу. Коалиция здесь является скрытой, так как мать внешне солидарна с отцом и может даже поддерживать его требования. И если отец не будет выходить из себя и бить ребенка, то коалиция может так и остаться непроявленной.

Хейли (1967) характеризует треугольник с тайной коалицией как «испорченную триаду».

Шефлен (1981), описывая семьи шизофреников, даже вводит понятие «симбиозного поля», которое характеризуется тем, что на первый взгляд кажется противоположным: необычно сильно выраженная привязанность и необычно низкий уровень взаимодействия друг с другом. Сильная привязанность становится намного очевидней из невербальной коммуникации.

Члены семьи, находящиеся в симбиозном поле, могут сидеть вдали друг от друга, не обращаться друг к другу, но при этом удивительным образом походить друг на друга типом и цветом одежды, прической, манерой поведения и выражением лица.

Шефлен сравнивает это с хором или танцевальным ансамблем, когда члены группы имеют определенные общие признаки, бросающиеся в глаза, и поступают синхронно. В то время как один лагерь во время сеанса семейной терапии сидит бесцветно, без движений, с опущенными руками, другие члены семьи могут вести себя совершенно иначе.

Если кто-либо внутри симбиозного поля изменяется, остальные члены поля также меняются. В такой патологической ситуации можно говорить об отсутствии автономии, личностной дифференциации или «эго-мас- се» [Оудсхоорн, 1993]. 5)

Перевернутая иерархия. Это понятие описывает ситуацию, когда по каким-либо причинам статус ребенка в семье становится выше, чем статус одного или обоих родителей. Например, отец с дочкой могут вести себя как супруги и относиться к матери и остальным детям как к младшим в се- мье.

Другой случай: когда один из родителей заболевает и теряет трудоспособность, тогда ребенок выступает в роли родителя по отношению к больному и остальным детям, отодвинув в сторону собственные чувства и желания. Такая позиция ребенка в литературе известна как «парентифика- ция».

Иногда благодаря симптоматическому поведению ребенок может приобрести чрезмерное влияние в семье и регулировать супружеские взаимоотношения. Так, например, у дочери возникают тики, когда родители ссорятся.

Стремясь создать спокойную обстановку для девочки, родители вынуждены замалчивать свои разногласия.

6) Отсутствие разницы в статусе среди детей. Несбалансированность иерархии в детской подсистеме может выглядеть или как чрезмерная ее иерархизированность, когда кто-то из детей обретает особый статус, становясь, например, чрезмерно ответственным за других детей и приобретая непосильные для него функции родителя (см. п.

5), или как отсутствие в ней иерархической структуры. Последний вариант можно представить в виде колеса, где спицами являются дети, а осью — мать, которая в ответе за каждую мелочь, происходящую с детьми, без передачи им некоторых своих полномочий. Такая мать кажется перегруженной их постоянными требованиями.

Эту структуру легко увидеть, если терапевт даст какое-нибудь задание детям, пока он беседует с матерью. Дети будут постоянно прерывать их разговор, что-нибудь спрашивая у матери, показывая ей, что они сделали, прося ее уладить споры и стараясь свериться с ней, прежде чем что-то предпринять.

Такая структура является типичной в организации, где администратор не может делегировать власть и, таким образом, остается за все в ответе.

Источник: https://bookucheba.com/psihologiya-semeynaya/214-nekotoryie-tipyi-disfunktsionalnyih-3810.html

Book for ucheba
Добавить комментарий