ГОСУДАРСТВЕННАЯ СИСТЕМА ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ

Содержание
  1. Государственно-административная система Османской империи в XVI—XIX вв
  2. Административная система Османской империи
  3. Кризис государственной системы Османской империи
  4. Ид «медина» — современные проблемы и перспективы развития исламоведения, востоковедения и тюркологии. материалы ii всероссийской молодежной научно-практической конференции (нижний новгород, 23 мая 2008 г.)
  5. Государственно-административная система. Армия.Упадок Османской империи
  6. Образование Османской империи
  7. Система власти и управления
  8. Военно-ленная система
  9. Местное управление
  10. Государственная система османской империи: b османском государстве существовало четыре вида земельной
  11. Власть султана. Система власти и управления. Османская империя приняла вид абсолютной монархии. Важной частью высшей администрации был двор султана. Центральная администрация империи

Государственно-административная система Османской империи в XVI—XIX вв

ГОСУДАРСТВЕННАЯ СИСТЕМА ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ

Определение 1

Османская империя – это многонациональное государство, существовавшее в 1299-1922 годах под управлением османских султанов.

В рассматриваемый период Османская империя являлась феодальной деспотией, возглавляемой султаном-халифом. Особый вес среди прочих государственных институтов имели военное и финансовое ведомства, а также по делам религии, которым руководил шейх уль-ислам.

Официально турецкое правительство, которое состояло из великого визиря, руководителей различных ведомств и лиц, приближенных к султану, носило название «Баб-и-Али» («Высокие врата»).

С подачи французов за империей в Европе закрепилось название «Высокая» или «Блистательная порта», или «Порта».

В управлении большую роль играли высшие мусульманские богословы (улемы).

Владея большими фондами вакуфных земель с крестьянами, они обслуживали интересы феодального класса и сами по себе являлись влиятельной прослойкой.

У улемов в руках находились все судебные органы и просвещение, имевшее богословский характер. Культурная жизнь находилась под опекой богословия. Малейшие проявления свободомыслия жестко пресекались.

Ничего непонятно?

Попробуй обратиться за помощью к преподавателям

Административная система Османской империи

В административном отношении империя была разделена на вилайеты и пашалыки.

Наместники этих провинций и областей, эмиры и паши, в своих руках объединяли гражданскую и военную власть; они себя держали как полунезависимые властители, имели свое войско, свой двор, вводили специальные местные налоги, взимали особые таможенные сборы и иногда даже чеканили собственную монету. Они жили и управляли по принципу «сам себе падишах». Из-за гнета пашей часто вспыхивали крестьянские восстания, которые подавлялись с большой жестокостью.

Османская империя постоянно вела захватнические войны и борьбу с национальными движениями внутри самой страны. По этой причине армия играла в государственной жизни большую роль.

Вооруженные силы Османской империи составляли:

  • рыцарская конница (сипахи);
  • янычарская пехота;
  • флот;
  • войска военно-ленных феодалов.

Начиная с XVII века, когда армии европейских стран быстро развивались, экономически отсталая Турция не могла сохранить боеспособность и начала терпеть регулярные поражения.

Не понимая подлинных причин неудач, правительство Турции пыталось военные трудности преодолеть увеличением армии и прежде всего корпуса янычар.

Был взят курс на наделение янычар различными широкими привилегиями, что содействовало общему упадку воинской дисциплины и увеличению их претензий. В конечном счете, это привело к постоянному вмешательству в государственные дела.

Турция в XVII—XIX веках превращалась в отсталое военизированное феодальное государство, в котором внутренняя организация вступила в процесс разложения.

Но даже в этот период Османская империя продолжала захватнические войны, но возможности грабежа теперь сократились, а народы, которым империя угрожала, оказывали ожесточенное сопротивление.

Захватнические войны перестали давать турецким феодалам новые обширные территории и новых данников. Постоянные войны истощали Турцию и обостряли процессы внутреннего разложения.

Замечание 1

Так как войны теперь не приносили турецким феодалам крупной добычи, те с меньшей охотой стали исполнять военную службу и старались откупиться от нее. Это служило важнейшей причиной обострения борьбы султанов с феодалами за передел ленных владений.

Кризис государственной системы Османской империи

В начале XVIII века ведущие европейские страны вступили на новый путь развития, в то время как в империи сохранялись средневековые формы существования экономики. Одновременное увеличение ввоза иностранных товаров и предметов роскоши привели к тому, что феодалы, ощутив нужду в деньгах на приобретение этих товаров, поднимали ренту и усиливали эксплуатацию крестьян.

Если ранее феодалы присваивали прибавочный продукт труда крестьян, то отныне они начали захватывать значительную долю необходимого продукта, вследствие чего разорение крестьянских хозяйств приняло катастрофические масштабы.

В XVII-XVIII веках натуральная форма налогов стала все больше замещаться денежной. Крестьяне, ища деньги для выплаты налогов, все чаще обращались к ростовщикам, что способствовало разорению и дальнейшему закабалению крестьян и росту ростовщичества.

Для увеличения доходов феодалы расширяли размеры поместий. В этом был корень ожесточенной борьбы турецких феодалов и крестьян, так как феодалы просто захватывали земли последних. Также острая борьба за передел ленов развернулась между феодалами.

Вместе с крестьянским хозяйством в упадок приходило и местное ремесло. Многие отрасли ремесла больше не могли конкурировать с мануфактурными производствами Европы. С большим трудом удерживалась расшатанная цеховая организация. В упадок пришли даже такие важные отрасли, как рудное дело, постройка военных судов, изготовление вооружения и чеканка монеты.

Разорение крестьян и ремесленников вызывало народное недовольство, систематические восстания крестьян происходили во многих частях империи, зачастую сливаясь с развернувшимися повсеместно народно-освободительными движениями.

Феодальный гнет вызывал острое противодействие в самых развитых частях империи: в странах, населенных греками, славянами, армянами и грузинами, где под влиянием тесных экономических связей с европейскими странами уровень хозяйства и культуры населения был выше, чем в других османских владениях.

Движения против феодального гнета к концу XVIII века начали принимать здесь выраженный национально-освободительный характер.

Усилилась также борьба против турецкого гнета арабских народов. Уже в 1628 году Йемен фактически смог отделиться от Османской империи. Борьба развернулась в африканских владениях. В Ираке не прекращалась борьба с турецкими властями. Общую картину распада дополняли взаимная борьба феодальных клик и непрерывные янычарские мятежи.

Источник: https://spravochnick.ru/istoriya/gosudarstvenno-administrativnaya_sistema_osmanskoy_imperii_v_xvi_xix_vv/

Ид «медина» — современные проблемы и перспективы развития исламоведения, востоковедения и тюркологии. материалы ii всероссийской молодежной научно-практической конференции (нижний новгород, 23 мая 2008 г.)

ГОСУДАРСТВЕННАЯ СИСТЕМА ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ

Современные проблемы и перспективы развития исламоведения, востоковедения и тюркологии. Материалы II Всероссийской молодежной научно-практической конференции (Нижний Новгород, 23 мая 2008 г.)20.05.2009

Т. В. Григорьева,
аспирантка Казанского государственного университета им. В. И. Ульянова-Ленина

Государственное устройство и правовая система Османской империи в освещении отечественной историографии второй половины XX века

(к постановке проблемы)

Одной из актуальных проблем на современном этапе развития отечественной туркологии является исследование вопросов политико-правового развития Турции, а именно: изучение государственного строя, основных этапов становления правовой системы, основных законодательных актов и других источников права по важнейшим отраслям.

Сегодня Турция по своему экономическому потенциалу среди мусульманских стран Ближнего и Среднего Востока занимает лидирующее положение и играет значительную роль в международных делах.

Эта страна во многом уникальна с точки зрения конституционного права и имеет большую специфику во внутриполитическом государственном развитии.

Вообще историко-правовые вопросы, бесспорно имеющие важное значение в изучении истории любой страны, носят междисциплинарный характер и являются объектом исследования как исторической науки (политическая история), так и юридической (всеобщая история государства и права). Нельзя не согласиться с утверждением: чтобы узнать страну, надо знать ее право; чтобы полнее изучить историю страны, надо изучить и историю ее права.

Несмотря на это, указанные вопросы в правовой литературе освещены крайне неравномерно и по некоторым странам не подвергались еще генеральному и всестороннему исследованию. В первую очередь это относится к Турции, и прежде всего к ее османскому периоду.

Нами были проанализированы современные авторитетные учебники по всеобщей истории государства и права[1]. Однако практически во всех отсутствует раздел, посвященный вопросам государства и права Турции, лишь в некоторых из них имеются фрагментарные сведения, но и они относятся к республиканскому периоду.

Лишь в хрестоматиях представлены некоторые важнейшие законодательные акты и иные источники, раскрывающие вопросы государственного управления Турцией[2].

Нам представляется, что восполнить этот пробел можно привлечением работ отечественных историков, занимающихся изучением политической истории Турции, в которых, как правило, подробно рассматриваются и государственно-правовые вопросы ее развития.

В исторической науке отечественными туркологами также отмечается важность и необходимость разработки данной проблемы. Так, еще в середине 70-х гг. XX в. выдающийся исследователь Турции эпохи нового времени Ю. А.

Петросян, оценивая то, что уже сделано в советской исторической науке, сформулировал те проблемы, решение которых, на его взгляд, возможно и необходимо. Среди прочих им отмечается необходимость исследования всего комплекса государственных учреждений и правовых институтов Турции эпохи нового времени.

Было бы весьма полезно, подчеркивает Юрий Ашотович, «располагать работой, показывающей в динамике их развития не только центральные, но и провинциальные органы власти, роль и значение религиозных установлений и ряда сложившихся традиций в процессе функционирования государственных и правовых институтов»[3].

Такую работу, по его мнению, надо создавать усилиями туркологов, арабистов и балканистов, поскольку она должна показать специфику административного развития различных провинций Османской империи. Нам представляется, что подобная работа необходима и по средневековому периоду Турции.

За вторую половину XX в. многое было сделано в этом направлении, расширилась тематика исследований, были введены в широкий научный оборот не опубликованные ранее источники. И на современном этапе необходим уже историографический анализ того, что уже сделано в отечественной исторической науке, а в перспективе следует рассмотреть также весь опыт зарубежной историографии по данной теме.

Данная статья является попыткой подвести итоги многолетних усилий отечественных туркологов по разработке политико-правовых аспектов. Основная цель заключается в постановке данной проблемы и в попытке доказать необходимость дальнейшего изучения историко-правовых вопросов.

В рамках одной статьи невозможно осветить весь комплекс вопросов, связанных с государственно-правовым развитием Османской империи, поэтому нами будут затронуты лишь ключевые проблемы.

Начиная с 40-х гг. XX в. османское источниковедение переживает бурное развитие. Одним из ведущих направлений исследований является изучение османского законодательства и законодательной практики, проблемы соотношения султанского и шариатского законодательства.

Дело в том, что в Османской империи законодательство развивалось по двум самостоятельным линиям. Первая линия османского законодательства связана с принципами общемусульманского права и соответствовала официально принятому в империи толкованию ханифитской правовой школы.

В соответствии с ее предписаниями решения принимались кадиями. Шариатское право, как известно, не кодифицировано. Однако в Османской империи наряду с шариатской существовала и вторая, параллельная ей система законодательства.

Лишь в одной мусульманской стране – Османской империи – на почве обычного права выросло самостоятельное светское законодательство. Сосуществование канунов и шариата – специфическая особенность османского государства.

Однако история законодательства в Османской империи во всех ее деталях еще не исследована и не написана, здесь имеется немало спорных моментов, особенно если это касается ранних этапов ее становления.

Наиболее серьезные работы, содержащие анализ данных по истории законодательства в Османской империи, принадлежат видному турецкому специалисту в этой области Омеру Лютфи Баркану[4].

Он отмечал, что большие трудности для всестороннего исследования турецкого законодательства в средние века создаются отсутствием в архивах Турции официальных текстов даже тех законодательных сводов, которые известны историкам по различным публикациям.

Что касается характера опубликованных текстов, то вследствие известной их фрагментарности, встречающихся в них повторений и даже некоторых противоречий можно предположить, что они представляют собой весьма распространенные в то время сборники документов (мюншеат) или частного характера записи, составлявшиеся обычно либо в познавательных целях, либо в качестве вспомогательных пособий, необходимых кади и другим причастным к судебно-административным функциям лицам для их юридической, административной или фискальной практики. Именно поэтому в настоящее время еще нет возможности составить уверенные суждения об основных этапах систематизации появившихся в разное время отдельных султанских указов и постановлений, относившихся к различным правовым, военно-административным и фискальным вопросам. Таким образом, только после критического анализа известных списков канун-наме возможно будет проследить развитие правовых концепций турецких законоведов.

В историографии считается, что в той или иной мере законодательная деятельность имела место при всех османских султанах. Тексты постановлений первых османских правителей до нас не дошли.

Лишь из позднейших записей законоведов нам стали известны установления Османа (правила взимания базарных пошлин, закон о порядке раздачи тимарных владений), Орхана (о чеканке собственных монет акче, о создании иррегулярного пехотного войска яя и мюселлемов), Мурада I (о порядке наследования тимаров и исполнения их владельцами военно-ленных обязанностей), Баязида I (установление таксы для кади за исполнение различных судебных обязанностей). Перечисленные и многие другие постановления первых османских султанов оставались в разрозненном, несистематизированном состоянии до второй половины XV в. Первая кодификация их относится к периоду султана Мехмеда II Фатиха (1451–1481). Полный текст этого канун-наме – первого официального государственного свода законов Османской империи, составленного в 1477 г., охватывающего наиболее существенные вопросы социально-экономических и правовых отношений того времени, содержится в опубликованной А. С. Тверитиновой хронике Хюсейна «Удивительные события»[5]. Текст канун-наме Мехмеда II Фатиха, изданный М. Арифом, есть и в переводе Р. И. Керим-заде[6].

Основные этапы в развитии османского законодательства после Мехмеда II историки Турции связывают с именами султанов Сулеймана Кануни (1520–1566), Ахмеда I (1603–1617) и с деятельностью, преимущественно в XVI–XVII вв., многих законоведов (нишанджи, шейх уль-исламов и др.).

В исторической литературе сложилось представление, что именно в законодательстве Сулеймана и получили окончательное оформление и унификацию все правовые положения, основы которых были заложены при султане Мехмеде II. Вопрос о возможном в период между царствованиями этих султанов законодательстве долгое время оставался невыясненным, т. к.

для этого не имелось документальных данных.

Что касается кодекса султана Ахмеда I, известного также под названием «Земельный закон 1609 года», то изучение его приводит к выводу, что содержащиеся в нем постановления, связанные главным образом с землевладением и налогообложением, в целом, лишь подтверждают незыблемость основных законоположений прежних султанов.

О книге законов Селима I (1512–1520) почти до конца 60-х гг. сведений не имелось. Мало что было известно и о законодательной деятельности этого султана вообще. В конце 60-х гг.

выдающимся отечественным туркологом Анной Степановной Тверитиновой были выявлены две рукописи «Книги законов султана Селима I» и был проведен тщательный анализ канун-наме Селима I с кодексом Мехмеда II и кодексом Сулеймана Кануни[7].

На основании этого анализа ею были сделаны следующие выводы:

1. В канун-наме Селима I по сравнению с кодексом Мехмеда II прослеживается дальнейшее развитие основных принципов законодательства, расширение сферы применения правовых норм и регламентаций, основанных на постановлениях султана.

Иными словами, складывание основных элементов правовой системы Османской империи, формирование которых относили лишь к периоду Сулеймана Кануни, было завершено уже при Селиме I, и социальная структура общества тогда же получила все важнейшие правовые основы.

2. Кодекс Сулеймана Кануни, содержащий большую по сравнению с канун-наме Селима I конкретизацию отдельных частных положений, вместе с тем сохраняет ставшую традиционной структуру, состоящую из трех основных частей: 1) уложение о наказаниях, 2) статьи о ленном землевладении, райятах и налогах с них и 3) статьи о рыночных пошлинах.

Исходя из этого, А. С. Тверитинова приходит к заключению, что возможно «придется в известной мере пересмотреть вопрос об оценке законодательной деятельности Сулеймана Кануни, которая теперь несколько утрачивает свое самостоятельное значение, являясь лишь развитием тех основ, которые были заложены его предшественником Селимом I»[8].

На современном этапе большой вклад в дальнейшую разработку этой проблемы внесли турецкие ученые. Так, турецким историком, ныне профессором Чикагского университета, Х. Иналджиком было установлено, что существовал лишь один свод законов, который совершенствовался, дополнялся, подвергался ряду изменений на протяжении длительной истории.

А поэтому вряд ли стоит говорить об отдельных кодексах Мехмеда II, Селима I, Сулеймана I, как это было принято в нашей историографии. Начало этому законотворчеству было положено составлением при Мехмеде II двух дополняющих друг друга канун-наме. Один из них был составлен вскоре после взятия Константинополя в 1453 г.

и содержал законы по административным, финансовым и уголовным вопросам, а также по налогообложению райятов. Второй составлен, вероятно, в 70-х гг. и посвящен государственному устройству Османской империи. Причем, как установлено Х.

Иналджиком, тот свод законов, который известен в истории как канун-наме Сулеймана I, был оформлен еще до его правления, очевидно, при Баязиде II, в 90-х гг. XV в. Идеи, зафиксированные в этом документе, и стали основой политики Селима I и Сулеймана I[9].

Большая заслуга в выявлении и введении в научный оборот многих законодательных источников по средневековому периоду Турции принадлежит А. С. Тверитиновой. Помимо уже указанных (свод законов Селима I и хроника Хюсейна «Удивительные события») ею были опубликованы документы и материалы по аграрному строю Османской империи XV–XVII вв.

Это издание представляет собой собрание важнейших общегосударственных законодательных актов (приводятся выдержки из Книги законов султана Мехмеда II Фатиха и Книги законов султана Сулеймана Кануни) и законоположений вилайетов Османской империи, образцов султанских указов, жалованных и вакуфных грамот, дефтеров земельных владений и других документов, касающихся вопросов землевладения и налогообложения[10].

Вообще в советской историографии значительное внимание уделялось вопросам землевладения и особенностям налогообложения в Османской империи. В научный оборот было введено большое количество документов, раскрывающих эти вопросы.

В частности, это проблемы вакуфного землевладения, разрабатывавшиеся А. М. Шамсутдиновым[11] на основе анализа акта Ибрагима бея из княжества Караман, который в 1432 г. основал вакуф в городе Ларенде; изучение османских налогов и налоговой системы Н. Н.

Шенгелией[12] (на примере «Пространного реестра вилайета Гюрджюстан») и др.

Основные этапы складывания османской политической системы и особенности функционирования государственно-правовых институтов Турции средневекового периода нашли отражение в исследованиях А. В. Витола, Р. Градевой, И. Л. Фадеевой, С. Ф. Орешковой, М. С. Мейера, А. Ф.

Миллера, А. Д. Новичева и др.[13] Среди прочих активно разрабатываются вопросы о соотношении светской и духовной власти в османской политической системе, о роли ислама в социально-политической жизни Турции[14].

О возрастании интереса отечественных туркологов к данной проблематике свидетельствует издание специальных тематических сборников статей: «Османская империя: система государственного управления, социальные и этнорелигиозные проблемы», «Османская империя: государственная власть и социально-политическая структура» (под редакцией С. Ф. Орешковой)[15].

Среди ключевых проблем истории Османской империи нового времени важное место занимают танзиматские реформы, их роль и значение в истории Турции. Отечественными туркологами, а именно: А. Д. Новичевым, Н. А. Дулиной, Ф. Ш. Шабановым и другими проделана значительная работа в этом направлении[16].

Работа Ф. Ш. Шабанова – первое специальное монографическое исследование, посвященное вопросам государственного устройства и правовой системы Турции в период Танзимата.

Подробно рассматриваются реформы в организации государственной власти и государственного управления, деятельность центральных и местных органов власти, военное и финансовое устройство.

Отдельная глава посвящена правовой системе Турции периода Танзимата, здесь нашли отражение все основные отрасли права: гражданское, земельное, обязательственное, брачно-семейное и наследственное, уголовное право, а также организация суда и судопроизводства.

Советские туркологи уделили значительное внимание и изучению прогрессивных общественных движений в Османской империи второй половины XIX – начала XX вв.

В специальных работах о «новых османах», конституции 1876 г., младотурецком движении конца XIX – начала XX вв.

подробно освещены и вопросы функционирования основных государственно-правовых институтов в этот период и значительные изменения в этой сфере[17].

Таким образом, анализ отечественной туркологии второй половины XX в. показывает, что проделана огромная работа в области разработки проблем государственно-правового развития Турции османского периода. Однако есть еще ряд спорных вопросов и недостаточно изученных проблем.

В связи с этим необходимо углубление и расширение источниковедческой базы. Нельзя считать, что с достаточной полнотой выявлен весь комплекс источников, необходимых для изучения сложных проблем политико-правового развития Турции.

Более того, необходимо обновить и теоретико-методологический инструментарий исследований.

Итак, мы попытались обозначить лишь главные темы, ставшие предметом исследования отечественных историков Турции. Несомненно, что координация усилий различных специалистов, прежде всего историков и правоведов, позволит создать специальное монографическое исследование по данной теме.

Оно должно включать сведения о государственном устройстве страны; общую характеристику правовой системы, включая анализ основных исторических этапов ее становления, и источников права; обзор важнейших отраслей права (вопросы гражданского права и смежных с ним отраслей и вопросы уголовного законодательства, а также вопросы процессуального законодательства).

При анализе отдельных отраслей права необходимо выделить важнейшие из законодательных актов в соответствующей области. Завершить можно описанием судебной системы (структура судов различных инстанций и различной компетенции). Бесспорно, в этой монографии должны быть названы те отечественные туркологи, которые внесли значительный вклад в разработку историко-правовых вопросов.

Создание подобного исследования – это, на наш взгляд, не только увлекательная научная задача, но и насущная необходимость.

Весьма полезной как с научной, так и с практической точки зрения, на наш взгляд, будет работа, содержащая опыт сравнительно-типологической характеристики различных правовых систем стран Востока.

Специалистам-востоковедам необходима ценная информация, касающаяся деятельности основных государственно-правовых институтов в этих странах, которая бы позволила выявить особенности развития политических систем на Востоке.

Таким образом, дальнейшее углубленное изучение правовых аспектов турецкой истории и создание специальных монографических исследований по данной теме является одним из перспективных направлений развития отечественной тюркологии.

[1]       См., например: Автономов А. С. Конституционное (государственное) право зарубежных стран. – М., 2006; Вологдин А. А. История государства и права зарубежных стран. – М., 2005; Графский В. Г. Всеобщая история права и государства. – М., 2008; Златопольский Д.Л. Государственное право зарубежных стран: Вост. Европы и Азии. – М., 2000; Конституции зарубежных стран / Сост. В.

Н. Дубровин. – М., 2003; Конституционное право зарубежных стран / под ред. М. В. Баглая. – М., 2008; Косарев А. И. Всеобщая история государства и права. – М., 2007; Прудников М. Н. История государства и права зарубежных стран. Ростов н/Д, 2005; Решетников Ф. М. Правовые системы стран мира: справочник. – М., 1993; Чиркин В. Е. Конституционное право зарубежных стран. М., 2005 и др.

[2]       См., например: Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран / сост. В. Н. Садиков. – М., 2008. С. 234–240, 464–476, 479–484, 711–718.

[3]       Петросян Ю. А. Некоторые узловые проблемы исследования истории Османской империи в новое время // Тюркологический сборник 1978 г. – М., 1984. – С. 218.

[4]       Barkan Ö. L. Kanun-name. – IA, 1955; Barkan Ö. L. Osmanl Kanun-nameleri. – Ankara, 1948.

[5]       Хюсейн. Беда’ и‛ ул-века’ и‛ (Удивительные события): в 2 ч. / Изд. текста, введение и общая ред. А. С. Тверитиновой. – М., 1961.

[6]       «Канун-наме» Мехмеда II Фатиха о военно-административной и гражданской бюрократии Османской империи в XV в. / Пер. Р. И. Керим-заде // Османская империя: государственная власть и социально-политическая структура: сб. ст. – М., 1990. – С. 81–96.

[7]       Книга законов султана Селима I / Публ. текста, пер., коммент. А. С. Тверитиновой. – М., 1969.

[9]       Inalcik H. Suleiman the Lawgiver and the Ottoman Law. – L., 1969.

[10]     Аграрный строй Османской империи XV–XVII вв.: документы и материалы / Сост., пер. и коммент. А. С. Тверитиновой. – М., 1963.

[11]     Шамсутдинов А. М. «Вакф-наме» Ибрагима бея из княжества караман // Краткие сообщения ИВ АН СССР. – 1956. – Т. 22. – С.75–81.

[12]     Шенгелия Н. Н. Османские налоги и повинности по «Пространному реестру вилайэта Гюрджюстан» // Труды ТГУ. Т. 91. Сер. востоковедения. – 1960. – № 2. – С. 277–304.

[13]     Витол А. В. К вопросу о значении института великих везиров в системе государственного управления Османской империи конца XVII – начала XVIII вв. // ППиПИКНВ. XIII годичная науч. сессия (краткие сообщения). – М., 1977. – С. 3–5; Градева Р. О некоторых проблемах формирования османской системы управления (XIV – начало XVI в.

) // Османская империя: государственная власть и социально-политическая структура. – М., 1990. С. 40–65; Мейер М. С. Османская империя в XVIII веке: черты структурного кризиса. – М., 1991; Фадеева И. Л. Концепция власти на Ближнем Востоке: средневековье и новое время. – М., 1993; Орешкова С. Ф.

Османская автократия: опыт типологической характеристики // Государство в докапиталистических обществах Азии: сб. ст. – М., 1987. С. 190–202 и др.

[14]     См., например: Мейер М. С. Роль ислама в социально-политической жизни Турции // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 13, Востоковедение. – 1986. № 4. – С. 33–42.

[15]     Османская империя: система государственного управления, социальные и этнорелигиозные проблемы: сб. ст. / Отв. ред. С. Ф. Орешкова. – М., 1986; Османская империя: государственная власть и социально-политическая структура: сб. ст. / Отв. ред. С. Ф. Орешкова. – М., 1990.

[16]     См., например: Новичев А. Д. История Турции. Т. 3. – Л., 1973; Он же. История Турции. – Т. 4. – Л., 1978; Дулина Н. А. Танзимат и Мустафа Решид-паша. – М., 1984; Она же.

Первое светское уголовное уложение в Османской империи (1840 г.) // ППиПИКНВ. XIII годичная науч. сессия (краткие сообщения). – М., 1977. – С. 11–14; Шабанов Ф. Ш.

Государственный строй и правовая система Турции в период Танзимата. – Баку, 1967 и др.

[17]     Алиев Г. З. Турция в период правления младотурок (1908–1918). – М., 1972; Петросян Ю. А. Первая турецкая конституция (к столетию со дня провозглашения) // Народы Азии и Африки. – 1976. – № 6. – С. 76–85; Петросян Ю. А. Младотурецкое движение (вторая половина XIX – начало XX вв.). – М., 1971; Шпилькова В. И. Младотурецкая революция (1908–1909 гг.). – М., 1977 и др.

Источник: http://www.idmedina.ru/books/materials/?1461

Государственно-административная система. Армия.Упадок Османской империи

ГОСУДАРСТВЕННАЯ СИСТЕМА ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ

ВXVII—XVIIIвв. Османская империя представляласобой феодальную деспотию во главе ссултаном-халифом.Средигосударственных институтов особый весимели военное ведомство, налоговое (оноже финансовое) и по делам религии, воглаве которого стоял шейхулъ-ислам.

Турецкоеправительство, состоящее из великоговезира, руководителейведомств и приближенных к султану лиц,а также дворец, в котором оно помещалось,носило официальное название «Баб-и-Али»(«Высокиеврата»).

С легкой руки французов заОсманской империей в Европе укрепилосьназвание «Блистательная»или«Высокаяпорта», илипросто «Порта»(врата).

Большуюроль в управлении империей играло высшеемусульманское богословие (улемы).

Владеяобширными фондами вакуфных земель сприкрепленными к ним крестьянами, ононе только обслуживало интересыгосподствующего феодального класса,но и являлось его влиятельной прослойкой.

В руках улемов находились все судебныеорганы, а также просвещение, имевшееисключительно богословский характер.Вся культурная жизнь страны находиласьпод жесткой опекой богословия,преследовавшего малейшее проявлениесвободомыслия.

Вадминистративном отношении Османскаяимперия делилась на области (вилайеты)ивассальные земли — пашалыки—в Африке и Аравии.

Наместники провинцийи областей, эмиры и паши, объединяли всвоих руках военную и гражданскуювласть; они держали себя как полунезависимыевластители, имели свой двор, свое войско,вводили особые местные налоги, взималитаможенные сборы и даже иногда чеканилимонету.

Жили они и управляли по принципу«сам себе падишах». Гнет пашей частовызывал крестьянские восстания,подавляемые с большой жестокостью.

Османская империявела постоянно захватнические войны ивооруженную борьбу с народными движениямивнутри страны. Поэтому армия игралабольшую роль в государственной жизни.«Могущество и сила в государстве и ввойске» — таков был девиз турецкихфеодалов.

Вооруженные силыОсманской империи состояли из рыцарскойконницы (сипахи), янычарской пехоты ифлота, к которым присоединялись войскавоенно-ленных феодалов.

Однаков XVII—XVIIIвв., в то время, когда европейские страныи их армии быстро развивались, армияэкономически отсталой Турции не моглав полной мере сохранить свою боеспособностьи начала терпеть поражения.

Не отдаваясебе отчета в подлинной причине неудач,правящие круги Турции пытались преодолетьвоенные трудности численным увеличениемармии и, прежде всего, янычар.

Они всталина опасный путь наделения янычарразличными привилегиями, что лишьсодействовало упадку воинской дисциплины,увеличивало их претензии и привело ких постоянному и пагубному вмешательствув государственные дела. Все это подорвалобоеспособность янычарского войска.

Турцияв XVII—XVIIIвв. неуклонно превращалась в отсталоевоенно-феодальное государство, внутренняяорганизация которого вступила в процессеразложения. Но и в этот период Турцияпродолжала вести захватнические войны.

Однако теперь возможности внешнегограбежа значительно сократились, анароды, которым империя угрожала,оказывали ей решительное сопротивление.Захватнические войны больше не давалитурецким феодалам новых обширныхтерриторий и новых данников.

Войныистощали Турцию и обостряли процессвнутреннего разложения.

Посколькувойны больше не приносили крупной добычитурецким феодалам, они стали с гораздоменьшей охотой исполнять военную службуи старались под всяким предлогомоткупиться от нее. Официальные документыконца XVII— начала XVIIIв.

свидетельствуют, что займы и тимариотыстали выставлять не больше 10 тыс.ополченцев, да и то в основном из пленныхи рабов, тогда как раньше феодальноеополчение достигало 120—150 тыс. воинов.

Все это служило одной из важнейшихпричин обострения борьбы между султанскойвластью и феодалами за передел ленныхвладений.

В XVII— начале XVIIIв. передовые страны Европы вступили нановый путь развития, а в империисохранились средневековые формыпроизводства, примитивная, рутиннаятехника сельского хозяйства и ремесла.

В то же время увеличивающийся ввозиностранных товаров, а также предметовроскоши привел к тому, что феодалы,ощущая нужду в деньгах для приобретенияэтих товаров, повышали ренту и усиливалиэксплуатацию крестьянства.

Если раньше феодалыприсваивали весь прибавочный продукткрестьянского труда, то теперь онизахватывали и значительную частьнеобходимого продукта, вследствие чегоразорение крестьянского хозяйстваприняло катастрофические размеры.

ВXVII—XVIIIвв. натуральная форма налогов все вбольшей степени замещалась денежной.В поисках денег на выплаты налоговкрестьяне чаще были вынуждены обращатьсяк ростовщикам, что еще больше способствовалоразорению и закабалению крестьянскогохозяйства и росту ростовщичества.

Чтобы увеличитьсвои доходы, феодалы стремились расширитьразмеры своих поместий. Отсюда ожесточеннаяборьба между турецкими феодалами икрестьянами, так как первые захватывализемли последних. Острая борьба шла имежду феодалами за передел ленов.

Нарядус крестьянским хозяйством приходило вупадок и местное ремесло. Некоторыеотрасли турецкого ремесла не моглибольше конкурировать с европейскиммануфактурным производством. С большимтрудом в XVIIи особенно в XVIIIв. удерживалась сильно расшатаннаяцеховая организация.

Упадок коснулсядаже таких важных отраслей, как рудноедело, изготовление вооружения (ружья,пушки, ядра), постройка военных судов ичеканка монет.

Разорениекрестьянского и ремесленного хозяйствавызывало рост народного недовольства,и восстания крестьян систематическипроисходили во всех частях империи,часто сливаясь с народно-освободительнымидвижениями, также развернувшимисяповсеместно.

Гнет турецких феодаловвызывал особо острое противодействиев наиболее развитых частях империи, аименно в странах, населенных славянами,греками, грузинами и армянами, где подвлиянием более тесных экономическихсвязей с соседними европейскими странами

хозяйственныйи культурный уровень населения былвыше, чем в большинстве других османскихвладений. Мощные освободительныедвижения против османского гнета здесьначали принимать к концу XVIIIв.национально-освободительный характер.

Усилилась и борьбаарабских народов против турецкогогнета. Еще в 1628 г. Йемен фактическиотделился от Османской империи. Борьбаразвертывалась во всех африканскихвладениях империи. Не прекращаласьборьба против турецких властей и вИраке. Общая картина распада дополняласьвзаимной борьбой феодальных клик инепрерывными янычарскими мятежами.

Правящие феодальныекруги были твердо уверены, что предотвратитьраспад государства, укрепить султанскуювласть и ликвидировать народные восстанияможно только путем возрождения былоговоенного могущества империи и возобновлениязахватнических войн.

Вчастности, эту политику стали проводитьверховные ве-зиры из семьи Кепрюлю,приблизившиеся к власти во второйполовине XVIIв. История Турции этого времени заполненабеспрерывными войнами и подавлениемвосстаний. Турция вела войны с Венецией(1645—1669 гг.) за захват о. Крит; с Австрией(1663—1664 гг.); с Польшей (1672 г.); с Россией(1677—1678 гг.

) за Украину и с коалициейдержав (1683— 1698 гг.). Новым в этих войнахбыло то, что теперь основное вниманиеуделялось странам Восточной Европы,включая Россию (против которой такжеактивно вовлекали в борьбу вассальноеКрымское ханство). В то же время Турцияумело пользовалась поддержкой Англиии Франции, которые поощряли ее агрессиюв Восточной Европе.

Эти войны уже неприносили побед ослабевшей империи.Наоборот, она терпела и сокрушительныепоражения, самое страшное из которыхпроизошли под стенами Вены. В 1682 г. туркивмешались в австро-венгерский конфликт,поддержав Эмериха Текелли, восставшегопротив Австрии. Это послужило поводомк австро-турецкой войне, в которой настороне Австрии выступила Польша.

В 1683 г. турки подпредводительством верховного везиряКара-Мустафы Кепрелю разбили австрийцевна тс /ятории Венгрии и вопреки советамТекелли вторглись в пределы Австрии иосадили Вену. Вена была в отчаянномположении,

потому что городскиестены из-за ветхости не могли выдержатьдлительной осады, а гарнизон в 20 тыс.солдат вряд ли мог устоять противпревосходивших сил противника.

Нопольский король Ян Собесский сумелскрытно подвести к австрийской столицесаксонскую пехоту и польскую конницуи обрушился на турок с тыла. В результатеразгром был сокрушительный: туркипотеряли 20 тыс. убитыми.

Разгневанныйсултан приказал доставить ему головувезиря.

Разгром турецкихвооруженных сил под стенами Вены не былслучайностью в истории Турции. Это былнеизбежный результат длительного идалеко зашедшего упадка турецкоговоенно-феодального государства.

Военныенеудачи немедленно отразились навнутреннем положении Турции. Балканскиенароды (особенно после поражения турокот войск Евгения Савойского при р. Тисса)открыто взялись за оружие.

Османскиевойска были изгнаны из Венгрии иТрансильвании, Подо лий, части Долмациии Морей. Россия получила в результатеэтих событий Азов.

Источник: https://studfile.net/preview/6015931/page:51/

Образование Османской империи

ГОСУДАРСТВЕННАЯ СИСТЕМА ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ

Начало государственно-политического определения турецкого народа пришлось на X-XI вв. Во второй половине Х в. племенные объединения тюрок-огузов (сельджуков), скотоводов и земледельцев, были вытеснены из Средней Азии и Ирана на Армянское нагорье к границам Византии. С распадом государственно-племенного союза Великих Сельджуков (в XI-XIII вв.

занимавшего Иран), орда огузов обрела самостоятельность. Как это было типично для кочевых и полукочевых народов, первая протогосударственная организация у тюрок имела военно-клановые черты. Такая организация исторически взаимосвязана с агрессивной военной политикой. Начиная с сер. XI в., сельджуки повели завоевание Ирана, Малой Азии, Месопотамии.

В 1055 г. армия сельджуков захватила Багдад, и их правитель получил от халифа титул султана. Успешно шло завоевание византийских владений. В ходе этих завоеваний были захвачены крупные города Малой Азии, турки вышли на побережье. Только крестовые походы отбросили сельджуков от Византии, вытеснив в Анатолию.

Здесь окончательно оформилось раннее государство.

Сельджукский султанат (конец XI-нач. XIV в.) был ранним государственным образованием, сохранявшим черты военно-кочевого объединения. Объединению покоренных народов под властью новых султанов способствовало то, что первый правитель Сулейман Кутулмуш дал свободу византийским крепостным, а установленный единый общий налог был значительно меньше прежнего податного бремени.

На покоренных землях вместе с тем стала возрождаться византийская система государственного феодализма (близкая к военно-служилым отношениям арабского халифата): земля объявлялась государственной собственностью, которая раздавалась султаном в большие пожалования (икта) и малые, вторичные (тимар). С наделов соответственно доходу ленники должны были нести военную службу.

Это создало основу для мощной, преимущественно конной армии (примерно в 250 тыс.), ставшей ударной силой новых завоеваний.

Тогда же племенная монархия султана начала приобретать организацию, привычную для оседлого раннего государства: собрания военной знати (меджлис) стали исполнять общеполитическую функцию, в том числе избирали правителя, появились административные канцелярии (капу).

После распада Византии в начале XIII в. султанат достиг высшей мощи. Возобновились внешние завоевания. Однако в ходе монгольского нашествия (см. § 44.2) он был разгромлен и сохранился на правах вассального султаната в улусе Хулагу. Высшие администраторы (везиры) при султане получали свои посты от великого хана.

Государство было разорено налоговым бременем (в 5-6 раз большим, чем в западных государствах той эпохи). Ослабленный в том числе и внутренними смутами, племенными восстаниями, султанат распался к концу XIII в. на 12-16 отдельных княжеств – бейликов. В 1307 г. монголы задушили последнего сельджукского султана.

Новым и более исторически значительным этапом формирования турецкого государства стал Османский султанат.

Один из самых слабых бейликов бывшего Сельджукского султаната – Османский (по имени правящих султанов) – к началу XIV в. стал мощным военным княжеством.

Возвышение его связано с династией правителя одного из туркменских племен, вытесненных монголами, – Эртогрула, а главное, его сына – Османа (с 1281 г. султана)*. В конце XIII в.

(1299) княжество стало практически самостоятельным; это было начало нового независимого государства.

* Основанная Османом династия из 37 султанов правила в Турции до 1922 г. – времени падения монархии.

Княжество расширилось за счет владений ослабевшей Византии в Малой Азии, вышло к морям, подчинило себе бывшие бейлики прежнего сельджукского государства. В сер. XIV в. турки разгромили остатки монгольского государства в Иране. Во второй половине XIV в.

под власть турок подпали феодальные государства Балканского п-ва, установлен сюзеренитет даже над Венгрией. В правление султана Орхана (1324-1359) в образующемся государстве стала складываться новая политико-административная организация, представленная феодальной бюрократией.

Страна получила административное деление на 3 удела и десятки округов, которые возглавили поставленные из центра паши. Наряду с основной военной силой – ленным ополчением – стало формироваться постоянное войско на жалованье из военнопленных (иени черы – «новое войско»), ставшее позднее гвардией правителей.

В правление Баязида I Молниеносного (1389-1402) Османское государство одержало ряд важных побед над византийскими и европейскими войсками, стало важнейшим субъектом международных дел и политики на Черном и Средиземном морях.

От полного разгрома турками Византию спасло только вторжение возродившегося монгольского государства под главенством Тимура; Османское государство распалось на несколько частей.

Султанам удалось сохранить власть, и в начале XV в. возродилось единое государство. В протяжении XV в. были ликвидированы остатки прежней раздробленности, начались новые завоевания. В 1453 г. османы взяли осадой Константинополь, положив конец Византии.

Переименованный в Стамбул город стал столицей империи. В XVI в. завоевания были перенесены на Грецию, Молдавию, Алабанию, Южную Италию, подчинены Иран, Египет, Алжир, Кавказ, побережье Северной Африки.

В правление Сулеймана I (1520-1566) государство получило законченную внутреннюю административную и военную организацию. Османская империя стала крупнейшим по территории и населению (25 млн.

жителей) государством тогдашнего европейско-ближневосточного мира и одним из самых влиятельных в политическом отношении. Она включила в себя земли разных народов и самые разные политические структуры на правах вассалитета, другой политической подчиненности.

С конца XVII в. Османская империя, оставаясь крупнейшей державой, вступила в длительную полосу кризиса, внутренних смут и военных неудач. Поражение в войне с коалицией европейских держав (1699) привело к частичному разделу империи.

Обозначились центробежные тенденции в наиболее отдаленных владениях: Африке, Молдавии и Валахии. Существенно сократились владения империи в XVIII в. после неудачных войн с Россией.

Государственно-политическое устройство империи в основном сохранялось таким, каким оно сложилось в XVI в.

Система власти и управления

Своеобразие исторического пути становления турецкой государственности: от военно-кочевой империи к централизованному государству, влияние византийской и арабской государственных традиций, религиозно-политический дух мусульманства – отразилось на той форме, которую она приняла в сложившемся виде. Практически с момента своего государственного определения (XV в.) Османская империя приняла вид абсолютной монархии. Особые черты турецкого абсолютизма определялись особенностями военной системы, а также традиционной восточной организацией государственной администрации.

Власть султана (официально он именовался падишахом) была политической и юридической осью государства. Согласно закону, падишах был «устроителем духовных, государственных и законодательных дел», ему в равной степени принадлежали и духовно-религиозные, и светские полномочия («Обязанности имама, хатиба, государственная власть – всё принадлежит падишаху»).

По мере укрепления Османского государства правители принимали титулы хана (XV в.), султана, «кайсера-и Рум» (по византийскому образцу), худавендиляра (императора). При Баязиде императорское достоинство было даже признано европейскими державами. Султан считался главой всех воинов («мужей меча»).

В качестве духовного главы мусульман-суннитов он имел неограниченное право карать своих подданных. Традиция и идеология налагали на власть султана чисто морально-политические ограничения: государю следовало быть богобоязиенну, справедливу и мудру.

Однако несоответствие правителя этим качествам не могло служить основанием для отказа в государственном повиновении: «Но если он не таков, то народ обязан помнить, что халиф имеет право быть несправедливым».

Наиболее важным отличием власти турецкого султана от халифата было изначальное признание за ним законодательных прав; в этом отразилась тюркско-монгольская традиция власти.

(По тюркской политической доктрине, государство было только политической, а не религиозно-политической общностью народа; поэтому власть султана и духовных авторитетов сосуществуют при главенстве первого – «царство и вера».

) После взятия Константинополя была воспринята и традиция коронации: опоясания мечом.

Турецкая монархия держалась принципа родового наследия трона. Женщины безусловно исключались из числа возможных претендентов («Горе народу, которым управляет женщина», – говорилось в Коране). До XVII в.

правилом был переход трона от отца к сыну. Законом 1478 г. не только дозволялось, но и предписывалось во избежание междуусобиц тому из сыновей, кто наследует трон, убить своих братьев. С XVII в.

установился новый порядок: престол наследовал старший по возрасту из династии Османов.

Важной частью высшей администрации был двор султана (уже в XV в. он насчитывал до 5 тыс. слуг и управителей). Двор подразделялся на внешнюю (султанскую) и внутреннюю части (женские покои).

Внешнюю возглавлял управитель (глава белых евнухов), который был практически министром двора и распоряжался имуществами султана.

Внутреннюю – глава чёрных евнухов, который был особо приближенным к султану.

Центральная администрация империи сложилась в основном в сер. XVI в. Её главной фигурой был великий визирь, пост которого был учреждён с самого начала династии (1327).

Великий визирь считался как бы государственным заместителем султана (к религиозным вопросам он касательства не имел). Он всегда имел доступ к султану, в его распоряжении была государственная печать.

Великий визирь практически располагал самостоятельными государственными полномочиями (кроме законодательных); ему подчинялись местные правители, воинские начальники и судьи.

Кроме великого, высший круг сановников составляли простые визири (число их не превышало семи), обязанности и назначение которых определял султан. К XVIII в.

визири (считавшиеся как бы заместителями великого визиря) обрели устойчивые специализированные полномочия: визирь-кийяши был делопроизводителем великого визиря и уполномоченным по внутренним делам, реис-эфенди ведал иностранными делами, чауш-баши начальствовал низшим административным и полицейским аппаратом, капудан – флотом и т. д.

Великий визирь и его помощники составляли великий имперский совет – Диван. Это был совещательный орган при великом визире. С начала XVIII в. Диван стал и непосредственно исполнительным органом, своего рода правительством.

В него также входили двое кадиаскеров (верховных судей войска, ведавших вообще юстицией и просвещением, хотя и подведомственных духовной власти), дефтердар (правитель финансового ведомства; позднее их также стало несколько), нишанджи (правитель канцелярии великого визиря, первое время ведавший и иностранными делами), командующий военной гвардией – корпусом янычар, высшие военные начальники.

Вместе с канцелярией великого визиря, управлениями дел кадиаскеров, дефтердаров, все это составляло как бы единую администрацию – Высокие врата (Баб-и али)*.

* По французскому эквиваленту (врата – la porte), администрация получила название Порта, позднее перенесенное на всю империю (Оттоманская Порта).

При султане существовал и совещательный Высочайший Совет из членов дивана, министров дворца, высших военачальников и, обязательно, наместников отдельных областей.

Собирался он от случая к случаю и никаких определенных полномочий не имел, а был как бы выразителем мнения правительственной и военной знати. С начала XVIII в.

он перестал существовать, но в конце века возродился в виде меджлиса.

Духовно-религиозную часть государственных дел возглавлял шейх-уль-ислам (пост учрежден в 1424 г.). Он возглавлял все сословие улемов (мусульманских священнослужителей, куда также относились судьи – кади, богословы и правоведы – муфтии, преподаватели духовных училищ и др.

) Шейх-уль-ислам располагал не только административной властью, но и влиянием на законодательство и правосудие, поскольку многие законы и решения султана и правительства предполагали его правовое одобрение в виде фетвы.

Однако в турецком государстве (в отличие от халифата) мусульманское духовенство стояло под верховной властью султана, и шейх-уль-ислам назначался султаном.

Его большее или меньшее влияние на ход государственных дел зависело от общеполитических взаимоотношений светских властей с правом шариата, менявшихся на протяжении веков.

Многочисленные чиновники самых разных рангов (обязанности и статус всех расписывался в специальных султанских кодексах с XV в.) считались «рабами султана». Важнейшей особенностью социального строя Турции, важной для характеристики правительственной бюрократии, было отсутствие, в собственном смысле слова, дворянства.

И титулы, и доходы, и почет зависели только от места на службе султана. Теми же кодексами расписывалось положенное жалованье чиновникам и высшим сановникам (выраженное в денежном доходе с земельных наделов). Нередко высшие сановники, даже визири начинали свой жизненный путь самыми настоящими невольниками, иногда даже из немусульман.

Поэтому считалось, что и положение, и жизнь чиновников вполне во власти султана. Нарушение служебных обязанностей рассматривалось соответственно государственному преступлению, ослушанию падишаха, и каралось смертью. Ранговые привилегии чиновников проявлялись лишь в том, что законы предписывали, на каком подносе (золотом, серебряном и т. д.

) будет выставлена голова ослушника.

Военно-ленная система

Несмотря на внешнюю жесткость высшей власти, центральная администрация Оттоманской империи была слабой. Более прочным связующим элементом государственности была военно-ленная система, которая подчинила власти султана основную массу самостоятельного свободного населения страны в организации, бывшей одновременно и военной, и хозяйственно-распределительной.

Аграрные и единые с ними военно-служилые отношения установились в империи по традициям Сельджукского султаната. Многое было воспринято от Византии, в частности от ее фемного строя. Юридически они были узаконены уже при первых самовластных султанах. В 1368 г.

было постановлено, что земля считается собственностью государства. В 1375 г. принят первый акт, закрепленный потом султанскими кодексами, о служилых наделах-ленах. Лены были двух основных видов: крупные – зеаметы и малые – тимары.

Зеамет выделялся обыкновенно или за особые служилые заслуги, или военачальнику, который в дальнейшем обязывался собирать соответствующее количество воинов.

Тимар давался непосредственно всаднику (сипахи), который давал обязательства выступать в поход и привести с собой соответствующее размеру его тимара количество воинов из крестьян. И зеаметы, и тимары были условными и пожизненными владениями.

В отличие от западноевропейских, от российских феодально-служилых ленов османские различались не по собственно размерам, а по доходу с них, зарегистрированному переписью, утвержденному налоговой службой и предписанному законом соответственно служилому рангу.

Тимар максимально исчислялся в 20 тыс. акче (серебряных монет), зеамет – в 100 тыс. Большие по доходу владения имели особый статус – хасс. Хассом считались домениальные владения членов султанского дома и самого правителя. Хассами наделялись высшие сановники (визири, наместники).

Теряя свой пост, чиновник лишался и хасса (возможная собственность на иных правах за ним сохранялась).

В рамках таких ленов крестьяне (райя – «паства») обладали довольно стабильными правами на надел, с которого несли натуральные и денежные повинности в пользу ленника (составлявшие его ленный доход), а также платили государственные налоги.

Со второй половины XV в. зеаметы и тимары стали подразделяться на две юридически не равноценные части. Первая – чифтлик – была особым жалованным наделом персонально за «храбрость» воина, с нее впредь не следовало исполнять никаких государственных повинностей. Вторая – хиссе («излишек») предоставлялась в обеспечение военно-служилых потребностей, и с него следовало строго исполнять службу.

Турецкие лены всех видов отличались от западных еще одним свойством. Давая ленникам административные и налоговые полномочия в отношении крестьян (или иного населения) своих наделов, они не предоставляли судебного иммунитета. Ленники, таким образом, были финансовыми агентами верховной власти без судебной самостоятельности, нарушавшей централизацию.

Распад военно-ленной системы обозначился уже в XVI в. и сказался на общем военном и административном состоянии Османского государства.

Неурегулирование наследственных прав ленников вместе с присущей мусульманским семьям многодетностью стало вести к чрезмерному дроблению зеаметов и тимаров.

Сипахи закономерно усиливали налоговый гнет на райя, что вело к скорому обнищанию и тех и других. Наличие особой части – чифтлика – в лене вызывало закономерный интерес к превращению всего лена в надел без службы.

Правители провинций в интересах близких им людей стали сами наделять землями.

Распаду военно-ленной системы способствовало и центральное правительство. С XVI в. султан все чаще прибегал к практике повальных конфискаций земель у сипахи. Взимание налогов переводилось на откупную систему (ильтезим), которая стала глобальным ограблением населения. С XVII в.

откупщики, финансовые чиновники постепенно заменили в государственно-финансовых делах ленников. Социальный упадок военно-служилого слоя привел к ослаблению военной организации империи, это, в свою очередь, – к серии чувствительных военных поражений с конца XVII в.

А военные поражения – к общему кризису Османского государства, созидавшегося и державшегося завоеваниями.

Основной военной силой империи и султана в таких условиях стал корпус янычар. Это было регулярное воинское формирование (впервые набранное в 1361-1363 гг.), новое по отношению к сипахи («ени чери» – новое войско). Набирали в него исключительно христиан. Во второй четверти XV в.

для комплектования янычар была введена особая рекрутская система – дефширме. Раз в 3 (5, 7) года вербовщики силой забирали христианских мальчиков (преимущественно из Болгарии, Сербии и т. п.) с 8 до 20 лет, отдавали в мусульманские семьи на воспитание, а затем (при наличии физических данных) – в корпус янычар.

Янычары отличались особым фанатизмом, близостью к некоторым агрессивным мусульманским нищенствующим орденам. Они размещались преимущественно в столице (корпус делился на орта – роты по 100-700 чел.; всего до 200 таких орт). Они стали своего рода гвардией султана.

И в качестве такой гвардии со временем стремились больше отличиться во внутридворцовой борьбе, нежели на поле боя. С корпусом янычар, его восстаниями связано также немало смут, ослабивших центральную власть в XVII-XVIII вв.

Нарастанию кризиса османской государственности способствовала и организация местного, провинциального управления в империи.

Местное управление

Провинциальная организация империи своими корнями была тесно связана с военно-феодальными принципами турецкой государственности. Местные начальники, которые назначались султаном, были одновременно воинскими командирами территориального ополчения, а также финансовыми главноуправляющими.

После первого исторического этапа завоеваний (в XIV в.) империя подразделилась на две условные области – пашалыка: Анатолийский и Румелийский (европейские территории). Во главе каждого был поставлен наместник – бейлербей.

Ему практически принадлежало полное верховенство на своей территории, включая распределение земельных служебных наделов и назначение должностных лиц. Деление на две части находило соответствие и в существовании двух постов верховных войсковых судей – кадиаскеров: первый был учрежден в 1363 г., второй – в 1480 г.

Однако кадиаскеры подчинялись только султану. И в целом судебная система находилась вне административного контроля местных властей. Каждая из областей подразделялась, в свою очередь, на уезды – санджаки во главе с санджак-беями. Первоначально их насчитывалось до 50. В XVI в. было введено новое административное деление разросшейся империи.

Количество санджаков было доведено до 250 (некоторые были уменьшены), а более крупными единицами стали провинции – эйлаэты (и таких было 21). Во главе провинции традиционно ставился бейлербей.

Администраторы бейлербейств и санджаков поначалу были только назначенцами центральной власти. Они утрачивали свои земельные владения, лишаясь своего поста. Хотя законом еще XV в. предусматривалось, что «ни бей, ни бейлербей, пока он жив, не должен быть смещен с поста». Произвольная смена местных начальников считалась несправедливой.

Однако также обязательным считалось смещение беев за проявленную в управлении «несправедливость» (для чего всегда находились подходящие поводы или «жалобы с мест»). Проявление «несправедливости» рассматривалось как нарушение султанских указов или законов, поэтому смещение с поста, как правило, заканчивалось расправой с должностными лицами.

Для каждого санджака все существенные вопросы налогообложения, размеров податей и земельных наделов устанавливались особыми законами – провинциальными канун-наме.

Подати и налоги в каждом санджаке варьировались: по всей империи были только общеустановленные типы налогов и сборов (денежные и натуральные, с немусульман или со всего населения и т. п.). Учет земель и налогов осуществлялся регулярно, на основе переписей, проводившихся примерно каждые 30 лет.

Один экземпляр писцовой книги (дефтера) отправлялся в столицу в финансовое управление, второй оставался в провинциальной администрации в качестве учетного документа и ориентира для текущей деятельности.

Со временем самостоятельность провинциальных правителей усилилась. Они превратились в самостоятельных пашей, причем некоторые наделялись султаном особыми полномочиями (командованием корпусом пехоты, флотом и т. п.). Это усугубляло административный кризис имперского устройства уже с конца XVII в.

Особые военно-феодальные черты турецкой государственности, почти абсолютный характер власти султана сделали Османскую империю в глазах историков и политических писателей Запада, начиная с XVII-XVIII вв.

, примером особой восточной деспотии, где жизнь, имущество и личное достоинство подданных ничего не значили перед лицом произвольно действующей военно-административной машины, в которой административная власть якобы вполне заменяла судебную.

Такое представление далеко не отражало принципы государственной организации империи, хотя режим верховной власти в Турции отличался особыми чертами. Простор самовластному режиму предоставляло и отсутствие каких бы то ни было сословных корпораций, представительств правящих слоев.

Омельченко О.А. Всеобщая история государства и права. 1999

Источник: http://be5.biz/pravo/i014/163.htm

Государственная система османской империи: b османском государстве существовало четыре вида земельной

ГОСУДАРСТВЕННАЯ СИСТЕМА ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ

B османском государстве существовало четыре вида земельной собственности: государственные земли (мири), земли султанской фамилии (xacc), земли мусульманских религиозных учреждений (вакф), и частновладельческие земли типа аллода (мульк).

Большая часть государственных земель была роздана в наследственное условное пожалование военным чинам конного феодального ополчения (сипахи). Мелкие лены назывались тимарами, крупные — зиа- метами. Ленники-сипахи обязаны были жить в своих владениях и по указу султана являться в ополчение начальника округа с определенным, в зависимости от

J

доходности лена, числом вооруженных всадников из подвластных людей.

Так образовалась османская военно-ленная система. Она в значительной мере способствовала военным успехам Турции.

Bo владения крупным военным и гражданским сановникам раздавалась часть султанских доменов на время отправления определенной должности. Такие пожалования назывались, как и султанские домены, xacc и были закреплены за определенными должностями.

Собственность на землю и воду в крупных масштабах сочеталась в Османском государстве с мелким крестьянским держанием. Крестьяне были прикреплены к своим земельным наделам и без разрешения владельца земли не имели права перехода.

Был определен срок сыска беглых крестьян.

Рента взималась частью в пользу государства, частью в пользу землевладельцев, в смешанной форме — в продуктах, деньгах и в виде принудительных работ. Земледельцы-мусульмане платили десятину (ашар), а христиане от двадцати до пятидесяти процентов урожая (харадж).

Постепенно появилось и много других налогов.

Султанская власть, чтобы обеспечить интересы военной и гражданской знати, вела постоянные войны с немусульманскими государствами. Завоевательные войны создавали обильный приток и дешевизну pa- бов-пленников.

Часть их использовалась в качестве дворовых, челяди, евнухов и так далее, но труд рабов применялся и в производстве — в кочевом и полукочевом скотоводстве, на пахотных работах, в садоводстве и виноградарстве, в султанских рудниках, а также на военных галерах, которые назывались каторгами, где гребцами были рабы.

Таким образом государственная организация Османской империи представляла из себя военнофеодальную деспотию.

Наследственный султан из династии Османов с неограниченной светской властью соединял в своих руках и духовную власть (инамат) над мусульманами Турции. Первым сановником султана был великий визир.

C XV века появились также другие визиры. Вместе с великим визиром они составляли диван — высший совет.

Bo время походов великий визир имел право составлять указы от имени султана, назначать сановников и раздавать лены.

Важными сановниками считались те чиновники, что занимались сбором податей и финансами. Был ,особый сановник, который подготовлял указы от имени султана и вычерчивал на них тугру — шифр с монограммой государя. Большую государственную печать к указам прикладывал великий визир.

Власть визира, второго лица в государстве, была велика, но султан в любой момент мог сместить его и даже казнить, что часто и случалось.

За исключением тяжб между иноверцами сун находился в руках мусульманских духовных людей — кади.

Округами управляли санджак-беи, которые вместе с тем командовали местными ополчениями, собирая их по указу султана и являясь с ними на место сбора войск всей империи.

Османское войско состояло из трех главных частей — конного ополчения, конницы — акынджы и корпуса регулярной пехоты — янычаров.

Акынджы составляли иррегулярный конный авангард войск, они получали не лены, а только долю военной добычи. По этой причине они снискали репутацию самых свирепых грабителей.

Ряды янычаров комплектовались в первое время из пленных юношей, но с XV века янычарские войска стали пополнять путем принудительных наборов. Сначала эти сборы проводились раз в пять лет, а позже все чаще. Проводились они из христианского населения Румелии — сербов, болгар, албанцев и греков, иногда из армян и грузин. При этом подбирались наиболее физически полноценные мальчики и юноши.

Янычары все без исключения воспитывались в духе мусульманского фанатизма и считались дервишами ордена бекташиев. Вплоть до XVI века им запрещалось вступать в брак.

Янычары делились на роты, питались из общего котла. Котел — казан — считался символом их войска. Янычары пользовались рядом привилегий. Они получали щедрые подачки. Из янычарских командиров многие выдвигались на высшие военные и административные должности империи.

Наподобие мамлюкской гвардии в Египте и в других мусульманских государствах юридически янычары считались рабами султана. Захват многочисленных рабов, наборы мальчиков и юношей в янычары служили средством насильственной ассимиляции покоренного населения.

Высокое податное обложение немусульман — гяуров, их неравноправие и режим произвола также служили средствами той же ассимиляции. Ho именно эта политика в конечном счете потерпела неудачу.

Сыну и преемнику Баязида I Мехмеду (1402— 1421) пришлось вести войну со своими братьями — претендентами на престол, с сельджукскими эмирами, восстановленными Тимуром в их владениях, особенно с эмиром караманским, который ограбил и сжег Бурсу, а также с венецианцами, разгромившими османский флот у Галлиполи.

C Византией же Мехмед I, напротив, заключил союз, вернув ей некоторые приморские города.

Бесконечные войны разоряли мелких ленников. B результате они подняли восстание. K ним присоединились крестьяне и ремесленники.

Это восстание переросло в настоящую гражданскую войну. Сторону восставших возглавлял дерви- шеский шейх Бедр-ад-дин Симави. Он развернул свою деятельность в Румелии.

Действовавшие от его имени в Малой Азии дервиши Берклюдже Мустафа и Торлак Кемаль требовали установления социального равенства всех людей и общности всякого имущества, «кроме жен», а именно — чпшци, одежды, запряжки, пашни». Главное — это общность владения землей.

Восставшие ввели одинаковую для всех простую одежду и общие трапезы. Они провозгласили равенство трех монотеистических религий — мусульманской, христианской и иудейской.

Берклюдже Мустафа при посредстве своего друга, христианского монаха с острова Хиос, призывал греческих крестьян восстать против османской знати во главе с султаном. И действительно, крестьяне Эгейского побережья Малой Азии, как турки, так и греки, восстали почти поголовно.

Только года через два султан, наконец, подавил движение и учинил жестокую расправу над непокорными.

Уже после этого, к концу 1418 года, в Румелии было разбито ополчение шейха Бедр-ад-дина.

Источник: https://sci-lib.biz/vsemirnaya-istoriya/gosudarstvennaya-sistema-osmanskoy-58604.html

Власть султана. Система власти и управления. Османская империя приняла вид абсолютной монархии. Важной частью высшей администрации был двор султана. Центральная администрация империи

ГОСУДАРСТВЕННАЯ СИСТЕМА ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ

Своеобразие исторического пути ста­новления турецкой государственности: от военно-кочевой империи к центра­лизованному государству, влияние византийской и арабской госу­дарственных традиций, религиозно-политический дух мусульманст­ва – отразилось на той форме, которую она приняла в сложившем­ся виде. Практически с момента своего государственного определе­ния (XV в.) Османская империя приняла вид абсолютной монархии. Особые черты турецкого абсолютизма определялись особенностями военной системы, а также традиционной восточной организацией государственной администрации.

Власть султана (официально он именовался падишахом) была политической и юридической осью государства. Согласно за­кону, падишах был «устроителем духовных, государственных и за­конодательных дел», ему в равной степени принадлежали и духов­но-религиозные, и светские полномочия («Обязанности имама, хатиба, государственная власть – всё принадлежит падишаху»).

По мере укрепления Османского государства правители принимали ти­тулы хана (XV в.), султана, «кайсера-и Рум» (по византийскому образцу), худавендиляра (императора). При Баязиде импе­раторское достоинство было даже признано европейскими держава­ми. Султан считался главой всех воинов («мужей меча»).

В качест­ве духовного главы мусульман-суннитов он имел неограниченное право карать своих подданных. Традиция и идеология налагали на власть султана чисто морально-политические ограничения: госуда­рю следовало быть богобоязиенну, справедливу и мудру.

Однако несоответствие правителя этим качествам не могло служить осно­ванием для отказа в государственном повиновении: «Но если он не таков, то народ обязан помнить, что халиф имеет право быть несправедливым».

Наиболее важным отличием власти турецкого султана от хали­фата было изначальное признание за ним законодательных прав; в этом отразилась тюркско-монгольская традиция власти.

(По тюркской политической доктрине, государство было только по­литической, а не религиозно-политической общностью народа; поэ­тому власть султана и духовных авторитетов сосуществуют при главенстве первого – «царство и вера».

) После взятия Кон­стантинополя была воспринята и традиция коронации: опоясания мечом.

Турецкая монархия держалась принципа родового наследия тро­на. Женщины безусловно исключались из числа возможных претен­дентов («Горе народу, которым управляет женщина», – говорилось в Коране). До XVII в.

правилом был переход трона от отца к сыну. Законом 1478 г. не только дозволялось, но и предписывалось во из­бежание междуусобиц тому из сыновей, кто наследует трон, убить своих братьев. С XVII в.

установился новый порядок: престол насле­довал старший по возрасту из династии Османов.

Важной частью высшей администрации был двор султана (уже в XV в. он насчитывал до 5 тыс. слуг и управителей). Двор подразде­лялся на внешнюю (султанскую) и внутреннюю части (женские по­кои).

Внешнюю возглавлял управитель (глава белых евну­хов), который был практически министром двора и распоряжался имуществами султана.

Внутреннюю – глава чёрных евну­хов, который был особо приближенным к султану.

Центральная администрация империи сложилась в основном в сер. XVI в. Её главной фигурой был великий визирь, пост которого был учреждён с самого начала династии (1327).

Великий визирь считался как бы государственным заместителем султана (к религиозным вопросам он касательства не имел). Он всегда имел до­ступ к султану, в его распоряжении была государственная печать.

Великий визирь практически располагал самостоятельными государ­ственными полномочиями (кроме законодательных); ему подчиня­лись местные правители, воинские начальники и судьи.

Кроме великого, высший круг сановников составляли простые визири (число их не превышало семи), обязанности и назначе­ние которых определял султан. К XVIII в.

визири (считавшиеся как бы заместителями великого визиря) обрели устойчивые специализи­рованные полномочия: визирь-кийяши был делопроизводи­телем великого визиря и уполномоченным по внутренним делам, реис-эфенди ведал иностранными делами, чауш-баши начальствовал низшим административным и полицейским аппара­том, капудан – флотом и т. д.

Великий визирь и его помощники составляли великий имперский совет – Диван. Это был совещательный орган при великом визире. С начала XVIII в. Диван стал и непосредственно исполнительным органом, своего рода правительством.

В него также входили двое кадиаскеров (верховных судей войска, ведавших вообще юс­тицией и просвещением, хотя и подведомственных духовной вла­сти), дефтердар (правитель финансового ведомства; позднее их также стало несколько), нишанджи (правитель канцелярии великого визиря, первое время ведавший и иностранными делами), командующий военной гвардией – корпусом янычар, высшие воен­ные начальники. Вместе с канцелярией великого визиря, управлениями дел кадиаскеров, дефтердаров, все это составляло как бы еди­ную администрацию – Высокие врата (Баб-и али)*.

* По французскому эквиваленту (врата – la porte), администрация получила назва­ние Порта, позднее перенесенное на всю империю (Оттоманская Порта).

При султане существовал и совещательный Высочайший Совет из членов дивана, министров дворца, высших военачальников и, обязательно, наместников отдельных областей.

Собирался он от слу­чая к случаю и никаких определенных полномочий не имел, а был как бы выразителем мнения правительственной и военной знати. С начала XVIII в.

он перестал существовать, но в конце века возро­дился в виде меджлиса.

Духовно-религиозную часть государственных дел возглавлял шейх-уль-ислам (пост учрежден в 1424 г.). Он возглавлял все сосло­вие улемов (мусульманских священнослужителей, куда также относились судьи – кади, богословы и правоведы – муф­тии, преподаватели духовных училищ и др.

) Шейх-уль-ислам располагал не только административной властью, но и влиянием на законодательство и правосудие, поскольку многие законы и реше­ния султана и правительства предполагали его правовое одобрение в виде фетвы.

Однако в турецком государстве (в отличие от хали­фата) мусульманское духовенство стояло под верховной властью султана, и шейх-уль-ислам назначался султаном.

Его большее или меньшее влияние на ход государственных дел зависело от общепо­литических взаимоотношений светских властей с правом шариата, менявшихся на протяжении веков.

Многочисленные чиновники самых разных рангов (обязанности и статус всех расписывался в специальных султанских кодексах с XV в.) считались «рабами султана». Важнейшей особенностью социаль­ного строя Турции, важной для характеристики правительственной бюрократии, было отсутствие, в собственном смысле слова, дворян­ства.

И титулы, и доходы, и почет зависели только от места на службе султана. Теми же кодексами расписывалось положенное жа­лованье чиновникам и высшим сановникам (выраженное в денеж­ном доходе с земельных наделов). Нередко высшие сановники, даже визири начинали свой жизненный путь самыми настоящими неволь­никами, иногда даже из немусульман.

Поэтому считалось, что и по­ложение, и жизнь чиновников вполне во власти султана. Наруше­ние служебных обязанностей рассматривалось соответственно госу­дарственному преступлению, ослушанию падишаха, и каралось смертью. Ранговые привилегии чиновников проявлялись лишь в том, что законы предписывали, на каком подносе (золотом, серебря­ном и т. д.

) будет выставлена голова ослушника.

К содержанию  Всеобщая история государства и права

История государства и права зарубежных стран 

История государства и права   Теория права    История русского права

Конституции и законодательные акты буржуазных государств

Гражданское и торговое право

Теория государства и права   Теория государства и права    Теория государства и права

“Основы права” (под редакцией Крыловой)

История государства и права России

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО ДРЕВНЕЙ РУСИ. “РУССКАЯ ПРАВДА” – ПАМЯТНИК ПРАВА ПЕРИОДА РАННЕФЕОДАЛЬНОЙ МОНАРХИИ

Источник: http://www.bibliotekar.ru/istoriya-gosudarstva-i-prava-2/260.htm

Book for ucheba
Добавить комментарий