Иерей Елеазар Спиридонов

Спиридонов елеазар спиридонович — древо

Иерей Елеазар Спиридонов

Статья из энциклопедии «Древо»: drevo-info.ru

Свящ. Елеазар Спиридонов. Фотография ок. 1917 г.

Елеазар Спиридонович Спиридонов (1873/1874 — 1937), священник, священномученик

Память 23 ноября и в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской

Родился в 1873 или 1874 [1] году в городе Евпатории Таврической губернии, в семье крымских греков, отец был приказчиком на соляных приисках, брат мученика Димитрия Спиридонова. Мать, Ольга Павловна, будучи глубоко верующей, мальчиком отдала его на клирос, где он пел дискантом.

В 1893 году на деньги, собранные греческой общиной Евпатории, совершил паломничество в Святую землю, что оставило неизгладимый след в его памяти.

С 1894 года — учитель церковноприходской школы в Евпатории.

Духовным отцом его был известный в Евпатории священник Иаков Чепурин, служивший в Никольском соборе, который он сам построил на свои средства. О. Иаков венчал его с Ксенией Ивановной Янковой, также впоследствии пострадавшей за Христа.

8 ноября 1899 года был рукоположен во иерея Таврическим епископом Николаем (Зиоровым). Назначен на место диакона в церкви селе Ашинхе близ Бахчисарая в Симферопольском уезде Таврической губернии, затем — священник в храме села Керменчик того же уезда (ныне село Высокое Бахчисарайского района).

Преподавал в церковноприходской школе, был отмечен наградами за труды по народному образованию.

В 1912 году купил 15 десятин земли в деревне Шеих-Шая Перекопского уезда Таврической губернии. В 1917 году, когда после революции стали перераспределять землю, без принуждения отдал свою землю и двух коров местным крестьянам.

Пастырь Евпаторийской Ильинской греческой общины

В 1919 году переехал в Евпаторию, где стал служить в храме Илии пророка греческой общины.

В 1920 году был сильный голод, умерли многие родственники о. Елеазара. Своих детей, как и многочисленную паству, о. Елеазар воспитывал в строгости, в любви к Слову Божию и молитве. У него был дар видеть человеческие способности и вызывать к жизни лучшие качества души.

Был священником по призванию, все у него было ладно и стройно. Где бы он ни появился, народ его сразу же принимал. Прихожане любили о.Елеазара за добрый и мягкий нрав, за кротость и бессребреничество.

Кроткий нрав, сердечная доброта, искренняя расположенность ко всем, рождали вокруг него атмосферу любви и взаимопонимания.

Убежденный трезвенник, он не пил вина и в доме его не держал, подавая тем самым пример своей пастве.

Проживал в доме по улице Комиссаровской. В доме было много книг и икон. Когда семью Спиридоновых потеснили местные власти, и они остались в одной комнате, теснота и неудобства не отразились на семейном
мире — у них было уютно и хорошо.

Несмотря на стесненные обстоятельства, о. Елеазар принимал у себя всех нуждающихся, в его семье жили две монахини из разорённого Космо-Дамиановского монастыря.

Большевики подселили батюшке двух солдат, но он их безропотно принял и кормил за свой счет.

В конце 1920-х годов очень подружился с духовным писателем Александром Васильевичем Поповым.

Притеснения, арест и кончина

Случалось, что во время богослужения подстрекаемая властями молодежь била окна. С начала 1930-х годов его неоднократно вызывали в ОГПУ, угрожали, шантажировали, предлагали сотрудничать, доносить на прихожан, требовали не ходить по городу в рясе.

В ответ он сказал: «Я священник и буду ходить в подобающей моему сану одежде«. В 1936 году давление со стороны властей усилилось, от батюшки требовали снять с себя духовный сан, но он оставался тверд и непреклонен. В том же году власти Евпатории наложили запрет на колокольный звон.

После ходатайства греческой приходской общины об отмене запрета городские власти распорядились снять колокола с колокольни Ильинской церкви, тогда же был расторгнут договор с общиной об использовании церковного здания.

Отец Елеазар благословил прихожан отправить письма в Москву греческому консулу с просьбой о поддержке.

После вызывов в ОГПУ отец Елеазар молча садился за фортепиано и погружался в славянские песнопения, которые очень любил и мастерски исполнял. Он понимал, что ареста не избежать, вещи на этот случай были заранее собраны.

Его арестовали 27 октября 1936 года, сразу после разорения Ильинской церкви. Поводом к аресту послужило письмо греческой общины Ильинской церкви к греческому консулу.

Других членов общины, как греческих подданных, арестовать не решились, а взяли подписку о невыезде и по многу раз вызывали на допросы, безуспешно пытаясь получить от них показания на отца Елеазара.

При аресте был обвинён в «агитации против советской власти… клевете на местные органы власти«.

Его церковные и богослужебные книги тоже послужили поводом для обвинения — в обвинительном акте говорилось что в изъятой литературе нашли «элементы монархической пропаганды».

Панихиду по почившему в 1935 году Константинопольскому патриарху Фотию II тоже поставили в вину священнику — отца Елезара обвинили в том, что он «служил панихиды за иностранных подданных и о врагах Советского Союза, проживающих за границей».

На допросах вёл себя с достоинством. Продержав его почти год в симферопольской тюрьме в предварительном заключении, изнуряя пожилого священника частыми и мучительными допросами, власти так и не добились «нужных» показаний от отца Елеазара, который заявлял:

«В предъявленном мне обвинении я себя виновным не признаю, так как я никогда никакой агитации против советской власти не проводил и идей фашизма не проповедовал…»

9 июля 1937 года Особой тройкой при НКВД Крымской АССР приговорен к пяти годам ИТЛ. Вместе с пастырем были осуждены другие члены общины, так как отказались дать показания против своего священника. Сразу после вынесения приговора этапом отправлен на Колыму. Работал на Колымских рудниках.

Скончался 6 декабря 1937 года в Северо-Восточном ИТЛ в Колыме, измученный тяжким трудом, истощенный голодом, холодом и болезнями.

В 1998 году был прославлен к местному почитанию решением Священного Синода Украинской Православной Церкви, с установлением памяти в день кончины.

Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 2000 года, по представлению Украинской Православной Церкви, внес имя иерея Елеазара Спиридонова в Собор новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания. Стал чтиться как небесный покровитель Евпатории.

Награды

  • серебряная медаль (за труды по народному образованию)
  • серебряная медаль (за 25 лет образцовых трудов в церковно-приходской школе)
  • медная медаль (по случаю 300-летия дома Романовых)
  • медная медаль (за труды, понесенные во время переписи населения)

Литература

  • Архив СБУ по Крыму, д. 934.
  • Доненко Н. Н., прот., Претерпевшие до конца: Священнослужители Крымской епархии 30-х годов, Симферополь, 1997, сс. 12-22.
  • Доненко Н. Н., прот., Наследники Царства, Симферополь, 2000, кн. 1, с. 416-435.
  • Деяние Юбилейного Освященного Аpхиеpейского Собоpа Русской Пpавославной Цеpкви о собоpном пpославлении новомучеников и исповедников Российских XX века, Москва, 12-16 августа 2000.
  • Житие священномученика Елеазара Евпаторийского, Евпатория: Крымский Афон. 2000.

Использованные материалы

[1]  Первая дата — по ст. Доненко Николай, прот., «Елеазар Спиридонович Спиридонов», Православная энциклопедия, т. 18, с. 265-266, http://www.pravenc.ru/text/189681.html.

Вторая дата — по Базе данных ПСТГУ Новомученики, исповедники, за Христа пострадавшие в годы гонений на Русскую Православную Церковь в XX в., http://kuz3.pstbi.ru/bin/nkws.

exe/no_dbpath/docum/ans/nm/?HY…b**

Источник: https://drevo-info.ru/articles/26048.html

Священномученик Елеаза́р Спиридонов, пресвитер

Иерей Елеазар Спиридонов

Свя­щен­но­му­че­ник свя­щен­ник Еле­азар Спи­ри­до­нов ро­дил­ся в 1874 го­ду в Кры­му, в Ев­па­то­рии, в се­мье крым­ских гре­ков. Отец его ра­бо­тал при­каз­чи­ком на со­ля­ных про­мыс­лах. С дет­ства он на­чал петь на кли­ро­се гре­че­ской церк­ви в Ев­па­то­рии.

Юно­шей он по­лу­чил от гре­че­ской об­щи­ны по­да­рок – при­хо­жане со­бра­ли день­ги, чтобы он смог со­вер­шить па­лом­ни­че­ство в Иеру­са­лим.Ду­хов­ным от­цом Еле­аза­ра Спи­ри­до­но­ва был из­вест­ный в Ев­па­то­рии свя­щен­ник Иа­ков Чи­пу­рин, слу­жив­ший в Свя­то-Ни­коль­ском со­бо­ре, ко­то­рый он сам по­стро­ил на свои сред­ства.

Отец Иа­ков вен­чал Еле­аза­ра Спи­ри­до­но­ва с Ксе­ни­ей Ива­нов­ной Ян­ко­вой, так­же впо­след­ствии по­стра­дав­шей за Хри­ста. В 1899 го­ду Еле­азар Спи­ри­до­нов был ру­ко­по­ло­жен во свя­щен­ни­ка. Слу­жил в Та­ври­че­ской гу­бер­нии, пре­по­да­вал в цер­ков­но-при­ход­ской шко­ле в Ев­па­то­рии.

На скоп­лен­ные за 12 лет слу­же­ния сред­ства отец Еле­азар ку­пил в гу­бер­нии 15 де­ся­тин зем­ли, за­вел двух ко­ров. Од­на­ко вско­ре про­изо­шла ре­во­лю­ция, и бы­ло объ­яв­ле­но о пе­ре­рас­пре­де­ле­нии зем­ли и дру­гой соб­ствен­но­сти, то­гда свя­щен­ник пред­ло­жил мест­ным кре­стья­нам за­брать у него ко­ров и зе­мель­ный уча­сток.

Ли­шив­шись это­го иму­ще­ства, отец Еле­азар пе­ре­брал­ся в го­род, в Ев­па­то­рии он стал слу­жить в церк­ви Илии про­ро­ка. Цер­ковь бы­ла по­стро­е­на на день­ги гре­че­ской об­щи­ны и су­до­вла­дель­ца П. Е. Да­вы­до­ва, ко­то­рый ру­ко­во­дил стро­и­тель­ством. В 1920 г. был силь­ный го­лод, умер­ли мно­гие род­ствен­ни­ки от­ца Еле­аза­ра.

При­хо­жане лю­би­ли от­ца Еле­аза­ра за доб­рый и мяг­кий нрав, за кро­тость и бес­среб­ре­ни­че­ство. Сер­деч­ная доб­ро­та, ис­крен­няя рас­по­ло­жен­ность ко всем, рож­да­ли во­круг него ат­мо­сфе­ру люб­ви и вза­и­мо­по­ни­ма­ния. Убеж­ден­ный трез­вен­ник, он не пил ви­на и в до­ме его не дер­жал, по­да­вая тем са­мым при­мер сво­ей пастве.

Несмот­ря на стес­нен­ные об­сто­я­тель­ства, отец Еле­азар при­ни­мал у се­бя всех нуж­да­ю­щих­ся. В его се­мье жи­ли две мо­на­хи­ни из ра­зо­рен­но­го Кос­мо-Да­ми­а­нов­ско­го мо­на­сты­ря. Боль­ше­ви­ки под­се­ли­ли ба­тюш­ке двух сол­дат, он их без­ро­пот­но при­нял и кор­мил за свой счет.

В кон­це 1920 го­дов отец Еле­азар очень по­дру­жил­ся с ду­хов­ным пи­са­те­лем Алек­сан­дром Ва­си­лье­ви­чем По­по­вым. Их взгля­ды и ду­хов­ный на­строй сов­па­да­ли. Алек­сандр По­пов был аре­сто­ван в кон­це 1934 или в на­ча­ле 1935 го­да и умер в од­ном из под­мос­ков­ных ла­ге­рей.По­сле ре­во­лю­ции быст­ро и страш­но ме­ня­лась жизнь.

Слу­ча­лось, что во вре­мя бо­го­слу­же­ния под­стре­ка­е­мая вла­стя­ми мо­ло­дежь би­ла ок­на. Свя­щен­ни­ка по­сто­ян­но вы­зы­ва­ли для до­про­сов. От него тре­бо­ва­ли со­труд­ни­че­ства с вла­стью, угро­жа­ли ре­прес­си­я­ми, ели не от­ре­чет­ся от са­на, тре­бо­ва­ли не по­яв­лять­ся в го­ро­де в ря­се.

Отец Еле­азар от­ка­зал­ся до­но­сить на при­хо­жан и снять ря­су: «Я свя­щен­ник и бу­ду хо­дить в по­до­ба­ю­щей мо­е­му са­ну одеж­де». Ря­су с него сня­ли толь­ко по­сле аре­ста. По­сле та­ких вы­зо­вов отец Еле­азар мол­ча са­дил­ся за фор­те­пи­а­но и по­гру­жал­ся в сла­вян­ские пес­но­пе­ния, ко­то­рые очень лю­бил и ма­стер­ски ис­пол­нял.

Он по­ни­мал, что аре­ста не из­бе­жать, ве­щи на этот слу­чай уже бы­ли со­бра­ны. Его аре­сто­ва­ли сра­зу по­сле ра­зо­ре­ния Ильин­ской церк­ви. По­во­дом к аре­сту по­слу­жи­ло пись­мо гре­че­ской об­щи­ны Ильин­ской церк­ви к гре­че­ско­му кон­су­лу.

Пись­мо бы­ло от­прав­ле­но по бла­го­сло­ве­нию от­ца Еле­аза­ра, в нем го­во­ри­лось о ра­зо­ре­нии церк­ви и при­тес­не­ни­ях об­щи­ны. Дру­гих чле­нов об­щи­ны, как гре­че­ских под­дан­ных, аре­сто­вать не ре­ши­лись, а взя­ли под­пис­ку о невы­ез­де.

Каж­до­го при­хо­жа­ни­на под­верг­ли мно­го­чис­лен­ным до­про­сам, пы­та­ясь по­лу­чить от них по­ка­за­ния на их свя­щен­ни­ка. Но чле­ны об­щи­ны дер­жа­лись му­же­ствен­но. Несмот­ря на угро­зы сле­до­ва­те­ля, ви­нов­ны­ми се­бя не при­зна­ли и по­ка­за­ний на сво­е­го свя­щен­ни­ка не да­ли.

По­во­дом для вы­не­се­ния при­го­во­ра свя­щен­ни­ку ста­ли кни­ги, ко­то­рые бы­ли изъ­яты из церк­ви, в ко­то­рой отец Еле­азар слу­жил. Свя­щен­ни­ка по­ме­сти­ли в го­род­скую тюрь­му в Сим­фе­ро­по­ле. Из об­ви­ни­тель­но­го ак­та: «Под­верг­нув про­вер­ке ли­те­ра­ту­ру, изъ­ятую при обыс­ке в гре­че­ской церк­ви г.

Ев­па­то­рии, на­шли в ней эле­мен­ты мо­нар­хи­че­ской про­па­ган­ды». В 1936 г. умер Кон­стан­ти­но­поль­ский Пат­ри­арх, и, ра­зу­ме­ет­ся, в Ильин­ском хра­ме бы­ла от­слу­же­на па­ни­хи­да, на этом ос­но­ва­нии от­ца Еле­аза­ра об­ви­ни­ли в том, что он «слу­жил па­ни­хи­ды за ино­стран­ных под­дан­ных и о вра­гах Со­вет­ско­го Со­ю­за, про­жи­ва­ю­щих за гра­ни­цей».

На до­про­сах отец Еле­азар вел се­бя с до­сто­ин­ством. Про­дер­жав его по­чти год в тюрь­ме в пред­ва­ри­тель­ном за­клю­че­нии, из­ну­ряя по­жи­ло­го свя­щен­ни­ка ча­сты­ми и му­чи­тель­ны­ми до­про­са­ми вла­сти так и не до­би­лись «нуж­ных» по­ка­за­ний от от­ца Еле­аза­ра: «В предъ­яв­лен­ном мне об­ви­не­нии я се­бя ви­нов­ным не при­знаю, так как я ни­ко­гда ни­ка­кой аги­та­ции про­тив со­вет­ской вла­сти не про­во­дил и идей фа­шиз­ма не про­по­ве­до­вал…» Вме­сте с от­цом Еле­аза­ром бы­ли осуж­де­ны дру­гие чле­ны об­щи­ны, так как от­ка­за­лись дать по­ка­за­ния про­тив сво­е­го свя­щен­ни­ка. В июле 1937 го­да от­ца Еле­аза­ра при­го­во­ри­ли к 5 го­дам в ис­пра­ви­тель­но-тру­до­вом ла­ге­ре на Ко­лы­ме. Он про­ра­бо­тал в Ко­лым­ских руд­ни­ках мень­ше 5 ме­ся­цев, скон­чав­шись 6 де­каб­ря 1937 го­да в воз­расте 64 лет.

Ис­точ­ник: http://pstgu.ru

Источник: https://azbyka.ru/days/sv-eleazar-spiridonov

Русская линия / Библиотека периодической печати: Священномученик Елеазар Спиридонов

Иерей Елеазар Спиридонов

Елеазар Спиридонович Спиридонов родился в 1874 году в семье крымских греков в Евпатории. Отец был приказчиком, работал на Евпаторийских соляных промыслах. Семья была бедной, из имущества ценного ничего не было.

Мать Ольга Павловна, женщина глубоко верующая, ещё мальчиком отдала Елеазара на клирос, где он пел дискантом.

Благая Евангельская весть предполагает благое вместилище, а что может быть чище и лучше молящейся детской души! В 1893-м или 1894 году на деньги, собранные греческой общиной, Елеазар Спиридонов ездил в Иерусалим поклониться Гробу Господню. Это паломничество оставило неизгладимый след в его памяти.

Он рассказывал о виденном и пережитом в Святой Земле как о самом светлом и лучшем в его жизни. Получив образование, Елеазар Спиридонович с 1894-го по 1900 год работал учителем в церковноприходской школе.

Семинарист Елеазар Спиридонов

Женился Спиридонов на девице Ксении Ивановне Янковой.

Таинство венчания совершил известный в Евпатории священник Иаков Чепурин, строитель и благоукраситель величественного Свято-Никольского собора, на устроение которого он положил все свои средства и силы.

По признанию самого Елеазара Спиридоновича, отец Иаков сыграл в его жизни огромную роль. Духовный наставник, добрый друг и советник, отец Иаков был поистине благодетелем.

Ксения Ивановна была русской, родом из Евпатории. Родители ее, Иван Кириллович и Мария Гордеевна Янковы, переехали из Севастополя. Отец — человек заслуженный, почётный гражданин Евпатории, участник русско-турецкой войны, имел Георгиевский крест за храбрость.

Иван Кириллович и Мария Гордеевна Янковы

В 1899 году Елеазар Спиридонович был рукоположен в священный сан. Хиротонию совершил Таврический епископ Николай (Зиоров) в праздник Архистратига Божия Михаила и всех Небесных сил. Очень тепло и с большой любовью отец Елеазар отзывался о владыке, чей портрет до конца дней висел у него на стене.

Первое диаконское место Спиридонова было недалеко от Бахчисарая, в селе Ашинха. Позже, уже священником, отец Елеазар служил в селе Керменчик. Сохранилась замечательная фотография, сделанная в 1904 году на Троицу. На фоне векового дерева в центре за столом сидит благообразный молодой священник в окружении своей паствы.

Из другого мира смотрят на нас сосредоточенные, внимательные лица православных людей.

Священник Елеазар Спиридонов с прихожанами. Троица, 1904 год. Село Керменчик

В 1904 году в семье Спиридоновых родилась первая дочь — Вера, позже на свет появились Мария и Надежда. Детей отец Елеазар воспитывал строго, в религиозном духе и любви к труду. С раннего детства приучал к молитве и церковным службам.

Сам будучи музыкально одарённым человеком, хорошо играл на скрипке и фортепиано, учил музыке и детей. Тихо и мирно трудился молодой священник во славу Христа.

Материальное положение в семье улучшилось, и в 1912 году он купил 15 десятин земли при деревне Шеих-Шаях в Перекопском уезде. Землю обрабатывал совместно с крестьянином Пивоваренко, не привлекая наёмных работников.

В 1917 году, когда грянула революция и все заговорили о перераспределении имущества, кроткий священник без всякого принуждения отдал свою землю и двух коров местным крестьянам, не потребовав никакой компенсации.

Отец Елеазар был отмечен начальством на ниве общественного служения. За свое усердие он получил четыре медали.

Первая серебряная медаль была вручена священнику за труды по народному образованию, вторую серебряную медаль он получил на свой юбилей — 25 лет образцовых трудов в церковноприходской школе.

Две медные медали — по случаю 300-летия Дома Романовых и за труды, понесённые во время переписи населения.

В 1919 году семья Спиридоновых перебралась в Евпаторию. К тому времени был закончен храм в честь пророка Божия Илии. Построен он был на деньги греческой общины, значительную сумму дал известный судовладелец Панаиот Елеферович Давыдов. Он и руководил всей постройкой.

Освящать храм приехал архиепископ Таврический Димитрий (Абашидзе). Мария Елеазаровна маленькой девочкой присутствовала на торжестве. Запомнились только свет и цвет. Всё было прозрачно-белым и светящимся. Архиерей с библейским лицом и её отец священнодействовали в алтаре.

В 1920 году в Евпатории начался ужасный голод. Отцу Елеазару приходилось непрестанно отпевать умерших. Его семья также голодала. Умерла от недоедания тёща Мария Гордеевна. От голода скончалась тётя отца Елеазара, мать заболела сыпным тифом. Хлеба катастрофически не хватало.

Мололи ячмень в кофейной мельнице, поджаривали и затем варили. Отец Елеазар запрещал употреблять сахарин, считал его вредным. К весне стало легче. Поступила американская помощь АРА. Открыли в городе столовую, стали кормить маленьких детей и школьников супом и кашей из кукурузы.

Постепенно всё стало выравниваться.

Священником отец Елеазар был по призванию. Всё у него было ладно и стройно. Где бы он ни появлялся, народ сразу же его принимал. Любили его за добрый и мягкий нрав, за кротость и бессребреничество.

В отличие от других, он не назначал плату за требы: сколько дадут (если дадут), то и принимал. Вина сам не пил и в доме никогда не держал.

Только после ареста прихожане ощутили и оценили по-настоящему, «кто с ними был и кого они потеряли».

В доме по улице Комиссаровской, где жили Спиридоновы, было много книг и икон. Всё было устроено по-семейному уютно и хорошо. Когда их потеснили новые власти и они остались в одной комнате, пришлось перегородить её на несколько частей. Но теснота и неудобства никак не сказались на семейном мире.

Проповедовал отец Елеазар с прежним усердием, но всё больше на евангельские темы, чтобы избежать каких-либо обвинений в контрреволюционной агитации.

В 1928 году, 24 июня, отец Елеазар, всё яснее осознавая перемены вокруг, записал в назидание домашним: «Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его и сия вся приложится вам.

То есть ставьте прежде всего задачею и целью вашей жизни жизнь благочестивую и спасение души; земные блага дадутся вам по вере вашей и без ваших особенных забот Отцом вашим Небесным, Который даёт всем всё благопотребное, и жизнь, и дыхание, и вся».

Быстро и страшно менялась жизнь. Помышлять о каком-либо земном благополучии, пусть даже благочестивом, уже не приходилось. Официальные выпады против религии и церкви стали слишком явными. Закрывались храмы и монастыри. Всё чаще на улице священник мог услышать в свой адрес оскорбление или насмешку. Случалось, что во время богослужения подстрекаемая властями молодёжь била окна.

В «Информационном отчете обкома ВКП (б) о его работе за март 1925 года» читаем: «Так, например, 11 апреля в двух церквах Симферополя, а также в евпаторийском соборе во время торжественного богослужения группа комсомольцев и пионеров с шумом в шапках ворвалась в церковь; вырывали из рук верующих вербы и избили их».

В другом секретном постановлении за тот же 1925 год говорилось: «В связи с благополучными видами на урожай в некоторых районах замечается оживление духовенства. Организуются молебствия, крестные ходы и т[ак] д[алее]. Активизировать атеистическую пропаганду. Отметить значение науки и техники в сельском хозяйстве, причины урожая и неурожая. Активизировать все виды пропаганды».

Власти создавали множество циркуляров, вдохновлявших и направлявших атеистическую работу.

Священник Елеазар Спиридонов

Несмотря на стеснённые обстоятельства, отец Елеазар принимал у себя всех нуждающихся. Дольше всего оставались у Спиридоновых монахиня Лариса и инокиня Евфросиния, совсем молодая сирота, обе из разорённого Космо-Дамиановского монастыря.

Они помогали по дому, пели на клиросе. Одним словом, были как члены семьи. Кстати говоря, когда большевики пришли в Евпаторию, батюшке на квартиру подселили двух солдат. Принял их отец Елеазар кротко, без ропота и кормил за свой счёт.

В конце 20-х годов отец Елеазар подружился с фотографом и духовным писателем Иваном Васильевичем Поповым. Их взгляды и внутренний настрой совпадали. Иван Васильевич перебрался из Ялты в Евпаторию в 1927 году после землетрясения вместе с женой Еленой Васильевной. С ними приехала и его мать схимонахиня Евгения.

В своё время отец Ивана Васильевича из-за болезни матушки (она была парализована) переехал из Перми в Ялту, где вскоре умер. А матушка приняла схиму. Иван Васильевич окончил духовную семинарию, но по стопам отца, который был священником, не пошёл — стал популярным фотографом. Несколько раз даже получал приглашение в Ливадию снимать царскую семью.

Но основным своим призванием считал писание духовных книг. Подписывался Попов-Пермский. После революции его, разумеется, не печатали, писал «в стол», показывал свои произведения только близким знакомым и говорил со вздохом: «Никто теперь не печатает, никому это сейчас не нужно». Мать Ивана Васильевича была особенным человеком, отличалась глубокой верой и проницательностью.

Со всего Крыма к ней приезжали за духовным советом и утешением. Её прозорливость была вне сомнения, и многие убеждались в этом на собственном опыте. От пришедших из любопытства посмотреть на прозорливую матушка Евгения отворачивалась и оставалась так до их ухода. Другим же предлагала помолиться вместе и только потом беседовала на душеспасительные темы.

Величие её духа было таково, что приходившие, увидев парализованную схимонахиню, становились сразу же на колени и в таком положении продолжали говорить о своих нуждах и печалях. Часто спрашивали, вступать ли в колхозы, и, как правило, получали отрицательный ответ. Многим она предсказала будущее. Иван Васильевич и его жена весьма почитали матушку Евгению.

В церковь её носили на руках. Жили они у деревенских людей на квартире. Когда матушка Евгения в 1934 году отошла ко Господу, отпевал её отец Елеазар.

Схимонахиня Евгения Попова

Вскоре, в конце 1934-го или в начале 1935 года, Ивана Васильевича арестовали. При аресте были конфискованы все дневники и рукописи. Умер И.В.Попов в одном из подмосковных лагерей.

Сжималось страшное кольцо сатанинской злобы и вокруг отца Елеазара. Всё отчётливее ощущалась ненависть ко всему православному и, в первую очередь, к священству. Иногда отец Елеазар, уставший и измученный, приходил домой в оплёванной рясе, и матушка, чистя её по вечерам, тихо плакала. Но это было только начало.

Вскоре власти вызвали отца Елеазара на собеседование. Говорили с ним грубо и раздраженно, угрожали, предлагали сотрудничать, доносить на прихожан, не допуская и мысли, что кто-то может отказаться или уклониться от такого «доверия». Священник отказался. Потребовали, чтобы он больше не ходил по городу в рясе.

И на это отец Елеазар не согласился: «Я священник и буду ходить в подобающей моему сану одежде». Рясу с него сняли только после ареста. Придя домой, о «встрече» и «предложениях» рассказал только своей матушке Ксении Ивановне, дочерям не стал говорить: не хотел огорчать.

С этого времени у батюшки были собраны все необходимые вещи на случай ареста, в котором он уже не сомневался и к которому внутренне готовился. Его вызывали ещё много раз, угрожали, шантажировали. Требования были всё те же: сотрудничать и не ходить по городу в рясе.

От сознания того, что каждая служба может стать последней, мир видится и переживается по-другому. Перед лицом неминуемой беды многое меняется в христианском сердце, суетные попечения расточаются, земные заботы уступают место страху Божию и молитве. Страдающая душа переплавляется, становится чистой, обновлённой и прозрачной свету Христову.

Ощущая это, прихожане становились ещё ближе и роднее пастырю и друг другу. Всё чаще исполненный скорби отец Елеазар молча садился за фортепиано и погружался в любимые славянские песнопения, которые мастерски исполнял.

Давление в последние годы возрастало, становилось ужасным, ощущалось физически, как будто священник был вне всякого закона. Перед самым арестом его несколько раз вызывали и требовали не только снять рясу, но и отказаться от сана. Священник был твёрд и непреклонен.

В 1936 году, когда местная власть, выполняя директивы правительства, взяла курс на стирание «родимых пятен капитализма» — религии, греческая община храма пророка Илии ощутила на себе весь ужас неотвратимой гибели. С прихожанами общины — греческими подданными — власть обходилась более аккуратно, чем со своими гражданами. Начали издалека.

Был поставлен вопрос о колокольном звоне как явлении неприемлемом. И местная власть наложила на него запрет. В связи с этим активисты отправились в горисполком ходатайствовать о снятии запрета. Там коротко ответили: «Разберёмся, а пока идите, откройте храм и приготовьте документы. Мы сейчас же придём за вами с проверкой.

Если у вас всё в порядке, на месте и решим все ваши проблемы».

Евпатория. Соборная площадь. Вид на Никольский храм

Доверчивые греки так и сделали. Но в обещанное время пришло не руководство горисполкома, а приехали пожарники с начальником милиции и членами культкома и сняли колокола на глазах парализованных от удивления прихожан. Кроме того, культком забрал договор с общиной на церковь. Прихожане, придя в себя, не захотели смириться с вероломным актом.

Председатель церковной двадцатки Савва Федорович Кириакиди, хотя и был простым и малообразованным человеком (всего несколько начальных классов в Салониках), оказался в этой ситуации весьма предприимчивым. На улице Революции он имел маленькую мастерскую по ремонту и чистке обуви. Там-то и собралась греческая община, чтобы решить, что делать.

Отец Елеазар благословил составить и отправить письмо в Москву греческому консулу и рассказать всё, что произошло. Так и сделали. Поехать в столицу вызвался тот же С.Ф.Кириакиди. Письмо было вручено консулу через секретаря и возымело действие. Правда, обратное тому, которого ожидала община.

Власти Евпатории пришли в ярость: как, «клевета» на органы и социалистическую действительность, да ещё от кого?!

Арестовывать отца Елеазара пришли во второй половине дня 27 октября 1936 года. Он был советским подданным, и с ним можно было не церемониться.

Несмотря на то, что отец Елеазар в последние годы готовился к аресту и не сомневался, что это рано или поздно произойдёт, он смутился. По натуре своей он был человеком очень домашним. Если приходилось ехать куда-нибудь по церковным делам, он накануне ночь не спал.

«Мне лучше всего дома», — повторял он неоднократно. Можно только представить, какое мучение и боль доставили ему арест и тюрьма.

Других членов общины как греческих подданных арестовывать не решились, а взяли подписку о невыезде: не хотелось снова привлекать внимание греческого консула.

Господь готовил отцу Елеазару венец исповедника. Обвиняли священника, в первую очередь, за письмо к консулу, в котором усматривали «клевету на органы местной власти»: зачем благословил и участвовал в его составлении, зачем разрешил казначее общины выдать деньги на поездку в Москву?

Произвели обыск в храме и в доме священника. Мария Елеазаровна жила отдельно от родителей, так как была замужем. Зайдя к родителям после работы, чтобы забрать ребёнка, она увидела, что весь дом перевернут: книги выложены из шкафов, иконы разбросаны. Это напоминало, по её словам, скорее погром, чем обыск. Ксения Ивановна отдала дочери внучку и попросила уйти, чтобы не пугать ребёнка.

Священник Елеазар. 1916 год

Церковные и богослужебные книги показались властям вполне достаточным поводом для обвинения священника. В официальном акте было записано:

«Подвергнув проверке литературу, изъятую при обыске в греческой церкви г. Евпатории, нашли в ней элементы монархической пропаганды.

1). Книга на славянском языке «Часослов» полностью посвящена воспеванию монархического строя и призыву к верующим стойко стоять за самодержавие императора Николая Александровича и святую православную веру. На стр. 12 говорится: «Слава Тебе, Царю Вседержителю» и т[ак] д[алее].

2). «Божественная литургия» — книга на славянском языке, полностью посвящена восхвалению и воспеванию монархического строя с указанием имен царей и т[ак] д[алее].

3). «Акафист» — содержит в себе элементы монархической пропаганды.

4). «Псалтирь» на славянском языке содержит в себе призывы к верующим быть преданным царю и вере русской.

5). Два журнала «Нива» с портретами царей и всего царственного дома».

Всё это на первом же допросе предъявили священнику как факт его несомненной вины. Не теряя чувства собственного достоинства, батюшка пытался объяснить следователю:

«В предъявленном мне обвинении я себя виновным не признаю, так как я никогда никакой агитации против советской власти не проводил и идей фашизма не проповедовал. В том, что хранил и пользовался книгами, содержащими в себе элементы монархической пропаганды, даю следующее разъяснение. Вся служба в греческой церкви совершается по греческим книгам.

Все церковные каноны читаются на греческом языке, а если я когда-либо служил на церковнославянском языке, то ектении произносил не из книг, а по памяти. Книги, изъятые при обыске в греческой церкви, принесены и оставлены в церкви русскими верующими.

Изъятые духовные книги у меня на квартире при обыске принадлежали лично мне, но я ими при службе в греческой церкви не пользовался».

Следователь не отступал, интересовался, с какой целью отец Елеазар хранил эти книги. Священник сказал: «В квартире хранил лишь потому, что эти книги являлись моей личной собственностью.

Я же уничтожить или выбросить их не мог, поскольку они являются духовными писаниями, а посему и хранил.

Что же касается журнала „Нива“, то я в своё время выписывал этот журнал, а потом сшил в один том, и так они сохранились у меня без всякой конкретной цели».

Этим обвинения не исчерпались.

Выяснили, что у отца Елеазара были родственники за границей — жена троюродного брата Ирина Митрофановна Василькиди, которая несколько раз писала Спиридоновым и даже дважды присылала денежные переводы.

Один раз на 10 долларов, другой — на 5. Оба раза отец Елеазар получил на эту сумму для семьи продукты в торгсине. По ходу следствия оказалось, что были ещё дальние родственники в Греции и Литве, которые иногда присылали письма.

Но и это ещё не всё: отца Елеазара Спиридонова обвинили в том, что он «служил панихиды за иностранных подданных и о врагах Советского Союза, проживающих за границей», как записано в протоколе.

Оказывается, что, когда в 1936 году умер Константинопольский Патриарх, в Ильинском храме, разумеется, была отслужена панихида. В том же году умер Панаиот Елеферович Давыдов, проживавший в Греции, но многими нитями, родственными и деловыми, связанный с Евпаторией.

В значительной степени его хлопотами и при его активном участии был построен храм пророка Илии, в котором и служил отец Елеазар. Когда племянница Давыдова принесла телеграмму, сообщавшую о его смерти, настоятель и вся община решили отслужить великую панихиду.

Из церковной кассы на поминки было выделено 40 рублей, что, по мнению следователя, усугубляло вину священника.

На допросы вызвали старосту и казначею греческого прихода — Марию Мартыновну Демерджи. Держалась она с удивительным мужеством и достоинством. В прошлом жена крупного севастопольского помещика, который владел более чем 300 десятинами земли, скотом, инвентарем и т. д., женщина глубоко верующая, добрая.

После смерти мужа она осталась в бедности, а с приходом большевиков совсем обнищала. Но это не поколебало её внутреннего мира, и перед лицом смертельной опасности она оказалась бесстрашным человеком. На все вопросы, обвинения, угрозы отвечала предельно лаконично и единственно правильно: «Виновной себя не признаю.

К вышесказанному более добавить ничего не могу». И обвинения против неё — «хранение монархической литературы в храме», «выдача денег для поездки в Москву» и прочие — отскакивали от Марии Мартыновны и возвращались профессиональной неудовлетворенностью к негодующему следователю.

Вызвали на допрос председателя церковного совета Савву Федоровича Кириакиди. Обвиняли в том, что он, «прикрываясь религиозными убеждениями, преследует политическую цель и группирует вокруг себя враждебные элементы. Сомневается, что при новой конституции „жить станет легче“, и считает, что „государственные займы не что иное, как просто грабеж“».

Но несмотря на все старания следствия, Кириакиди виновным себя не признал, остался непреклонным и дать показания против отца Елеазара Спиридонова отказался.

Привлекли к ответственности и прихожанина Параскеваса Елеферовича Спотопуло, простого рыбака, но в прошлом «собственника», который «имел лодку, которую эксплуатировал». И от него следователь захотел получить показания на священника.

Обвинили его в тех же преступлениях, что и других, добавив ещё одно обвинение: «Активно выступает против мероприятий, проводимых Соввластью и правительством, и часто выражается по адресу руководителей партии нецензурными выражениями, чем компрометирует последних», а также «проводит монархическую пропаганду».

Отец Елеазар с женой и детьми

Отца Елеазара продержали в симферопольской тюрьме полгода, но не добились «нужных» показаний, несмотря на частые и мучительные для пожилого священника допросы.

Во узах с отцом Елеазаром оказался епископ Симферопольский и Крымский Порфирий (Гулевич). Он будет расстрелян в Средней Азии в 1938 году.

Вызывали и многих других прихожан храма пророка Илии и членов греческой общины, но лишь двое — бывший староста общины учитель Петр Павлович Барбов и Елена Панаиотовна Параскевас — подтвердили все обвинения следователя, не найдя повода и сил в своей душе не участвовать в расправе над праведником.

Матушка Ксения Ивановна с дочерьми возила передачи, дважды добивалась свидания. Во время свидания стоял невероятный гул и было удивительно и жутко от множества незнакомых взволнованных людей. Что говорил измученный священник, разобрать было трудно из-за шума и ослабевшего от старости и страданий голоса.

Останавливались оба раза у Дмитрия Спиридоновича, родного брата отца Елеазара.

9 июля 1937 года Особым Совещанием тройки при НКВД отец Елеазар Спиридонович Спиридонов был приговорён к пяти годам концлагерей. Всех остальных, кто проходил по делу, приговорили к высылке за границу как иностранных подданных.

Сразу же после вынесения приговора отца Елеазара этапом отправили на Колыму. Матушке и дочерям удалось узнать о дне отправки. Приехали в Симферополь. Ночевали у Димитрия Спиридоновича, а утром все вместе отправились провожать исповедника. Зрелище было удручающим.

От тюрьмы до вокзала понурые люди с заведёнными за спину руками, окружённые солдатами с собаками, шли в неизвестность, навстречу собственной гибели, чтобы перемучиться и умереть.

Только тот, кто несомненно знает, ради чего жил и за что готов умереть, в этом густом, непроницаемом облаке человеческого страдания может различить светлый луч Божественной Любви.

Работал отец Елеазар на колымских рудниках. Первую посылку из дому он получил, но вторая, где были тёплые вещи, вернулась домой. Это была весть о его смерти. Никаких официальных объяснений не последовало. На 64-м году жизни отец Елеазар Спиридонов, истощенный голодом, холодом и болезнями, измученный рабским трудом и невыносимыми условиями лагерной жизни, преставился.

Это случилось 6 декабря 1937 года. Пронеся крест пастырского служения, претерпев кротко и смиренно все скорби и болезни, которыми посетил его Господь, священник Елеазар Спиридонов стяжал венец исповедника.

В 1998 году священномученик Елеазар Евпаторийский (Спиридонов) прославлен как местночтимый святой Крымской епархии. Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 13−16 августа 2000 г. причислил священномученика Елеазара к лику святых новомучеников и исповедников Российских.

Сайт церкви Святого пророка Божия Илии в Евпатории

Источник: https://rusk.ru/st.php?idar=86529

Священномученик Елеазар Спиридонов

Иерей Елеазар Спиридонов

Икона в Крестовоздвиженском храме пос. Сокол г. Магадана

Священномученик, родился в Евпатории в семье крымских греков. Отец был приказчиком, работал на Евпаторийских соляных промыслах. Семья была бедной.

Мать, Ольга Павловна, женщина глубоко верующая, отдала Елеазара ещё мальчиком на клирос, где он пел дискантом. В 1893-м или 1894 году на деньги, собранные греческой общиной, Елеазар Спиридонов ездил в Иерусалим поклониться Гробу Господню.

Получив образование, Елеазар Спиридонович с 1894-го по 1900 год работал учителем в церковно-приходской школе.

Женился Спиридонов на девице Ксении Ивановне Янковой, русской, родом из Евпатории. Родители её, Иван Кириллович и Мария Гордеевна, переехали из Севастополя. Отец – человек заслуженный, почетный гражданин Евпатории, участник русско-турецкой войны, имел Георгиевский крест за храбрость.

Священник Елеазар Спиридонов с прихожанами. 1894 год. село Керменчик

В 1899 году Елеазар Спиридович был рукоположен в священный сан. Первое диаконское место Спиридонова было недалеко от Бахчисарая, в селе Ашинха. Позже, уже священником, о. Елеазар служил в селе Кременчик.

Отец Елеазар с женой и детьми

В 1904 году в семье Спиридоновых родилась первая дочь – Вера, позже на свет появились Мария и Надежда. Детей о. Елеазар воспитывал строго, в религиозном духе и любви к труду. С раннего детства приучал к молитве и церковным службам. Тихо и мирно трудился молодой священник во славу Христа.

Отец Елеазар был отмечен начальством на ниве общественного служения. За своё усердие он получил четыре медали. В 1919 году семья Спиридоновых перебралась в Евпаторию. К тому времени был закончен храм в честь пророка Божия Илии. Построен он был на деньги греческой общины. Освящал храм архиепископ Таврический Дмитрий (Абашидзе).

Свято-Ильинская церковь, г.  Евпатория

В 1920 году в Евпатории начался ужасный голод. Отцу Елеазару приходилось непрестанно отпевать умерших. Его семья также голодала.
Священником о. Елеазар был по призванию. Всё у него было ладно и стройно. Где бы он ни появился, народ сразу же его принимал. Любили его за добрый и мягкий нрав, за кротость и бессребреничество.

Проповедовал о. Елеазар с прежним усердием, но всё больше на евангельские темы, чтобы избежать каких-либо обвинений в контрреволюционной агитации.

Табличка на церкви — «Священномученик Елеазар (Спиридонов) первый настоятель Ильинского храма с 1918 по 1936 г»

Быстро и страшно менялась жизнь. Помышлять о каком-либо земном благополучии, пусть даже благочестивом, уже не приходилось. Официальные выпады против религии и церкви стали слишком явными.

Закрывались храмы и монастыри. Всё чаще на улице священник мог услышать в свой адрес оскорбление или насмешку. Случалось, что во время богослужения подстрекаемая властями молодёжь била окна.

Сжималось страшное кольцо сатанинской злобы и вокруг о. Елеазара. Власти вызвали его на собеседование. Говорили с ним грубо, раздраженно, угрожали, предлагали сотрудничать, доносить на прихожан.

Потребовали, чтобы он больше не ходил по городу в рясе. Священник отказался. Его вызывали ещё много раз, угрожали, шантажировали. Требования были все те же: сотрудничать и не ходить по городу в рясе.

Давление в последние годы возрастало, становилось ужасным, ощущалось физически, как будто священник был вне всякого закона. Перед самым арестом его несколько раз вызывали и требовали не только снять рясу, но и отказаться от сана. Священник был твёрд и непреклонен.

В 1936 году городская власть наложила запрет на колокольный звон, как явление неприемлемое. В связи с этим активисты общины обратились в горисполком с ходатайством о снятии запрета. В ответ на это пожарные с начальником милиции и членами культкома насильно сняли колокола. Культком забрал договор на церковь с общиной.

Прихожане, придя в себя, не захотели смириться с вероломным фактом. Отец Елеазар благословил составить и отправить письмо в Москву греческому консулу и рассказать всё, что произошло. Так и сделали. Власти Евпатории пришли в ярость.
Арестовывать о.

Елеазара пришли во второй половине дня 27 октября 1936 года. Он был советским подданным, и с ним можно было не церемониться.

Других членов общины, как греческих подданных, арестовать не решились, а взяли подписку о невыезде: не хотелось снова привлекать внимание греческого консула.

Господь готовил о. Елеазару венец исповедника. Обвиняли священника, в первую очередь, за письмо к консулу, в котором усматривали «клевету на орган местной власти».

Произвели обыск в храме и в доме священника. Церковные и богослужебные книги показались властям достаточным поводом для обвинения священника. Этим обвинения не исчерпались. Выяснили, что у о.

Елеазара были родственники за границей (в Греции и Литве), которые иногда присылали письма и дважды денежные переводы (5 и 10 долларов). Но и это ещё не все: о.

Елеазара Спиридонова обвинили в том, что он «служил панихиды за иностранных подданных и о врагах Советского Союза, проживающих за границей», как записано в протоколе.

Отца Елеазара продержали в симферопольской тюрьме полгода, но не добились «нужных» показаний, несмотря на частые и мучительные для пожилого священника допросы.
9 июля 1937 года Особым Совещанием тройки при НКВД о. Елеазар Спиридонович Спиридонов был приговорен к пяти годам концлагерей. Всех остальных, кто проходил по делу, приговорили к высылке за границу, как иностранных подданных.

Сразу же после вынесения приговора о. Елеазара этапом отправили на Колыму. Работал священник на колымских рудниках. На 64-м году жизни о. Елеазар Спиридонов, истощенный голодом, холодом и болезнями, измученный рабским трудом и невыносимыми условиями лагерной жизни, преставился.

Это случилось 6 декабря 1937 года. Пронеся крест пастырского служения, претерпев кротко и смиренно все скорби и болезни, которыми посетил его Господь, священник Елеазар Спиридонов стяжал венец исповедника.

После Рождества 1938 года арестовали и матушку о. Елеазара Ксению Ивановну, как «участницу контрреволюционной греческо-националистической организации», существовавшей в Евпатории, и отправили в Белоруссию, где она была расстреляна 20 февраля 1938 года.

Трагически сложилась судьба дочерей исповедника – Веры и Надежды Спиридоновых. Как гречанки они были депортированы из Крыма в 1944 году в Кемеровскую область. Выбраться из леденящих объятий неправедной ссылки они так и не смогли, найдя вечное упокоение вдали от родного края.

Осталась в живых только Мария Елеазаровна, так как была замужем за русским и жила отдельно. Позже переехала с семьей в Харьков.

Освященный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви 13-16 августа 2000 года определил:  «Внести в Собор новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания в Украинской Православной Церкви священника Елеазара Спиридонова (1873—1937, память 23 ноября (6 декабря, священномученик)».

Источник: http://kolyma-martyrs.pravorg.ru/2015/05/12/svyashhennomuchenik-eleazar-spiridonov/

Читать онлайн Тайны православных святых страница 61. Большая и бесплатная библиотека

Иерей Елеазар Спиридонов

Иерей Елеазар Спиридонов

Елеазар Спиридонович Спиридонов родился в семье крымских греков. В священный сан Елеазар был рукоположен в 1899 году. В этом же году он вступил в брак. В 1904 году в семье Спиридоновых появился первый ребенок, Вера, позже на свет появились Мария и Надежда. Отец Елеазар в это время служит священником в храме села Керменчик.

Однако в 1919 году семья перебралась в Евпаторию, а в 1920 году в городе начался страшный голод. Отцу Елеазару каждый день приходилось отпевать умерших. К весне 1920 года жить стало немного легче, открылись бесплатные столовые, люди немного вздохнули.

Правда, советские власти решили, что священник Елеазар слишком хорошо живет, и переселили его с семьей в одну маленькую комнатку. Отец Елеазар воспринял это спокойно и с достоинством.

Отец Елеазар продолжал проповедовать с прежним пылом, но все больше на евангельские темы, чтобы избежать обвинений в контрреволюционной агитации.

Жизнь менялась быстро и неожиданно. Помышлять о земном благополучии, пусть даже благочестивом, уже не приходилось.

О каком благочестии могла идти речь, когда ежедневно закрывались церкви и монастыри, предварительно ограбленные, а служители отправлялись в лагеря для «исправления».

Отец Елеазар все чаще стал слышать на улице насмешки и оскорбления в свой адрес, а во время богослужений комсомольцы били стекла в храме Божьем.

Все отчетливей ощущалась ненависть ко всему православному, и в первую очередь — к священству. Часто, уставший и измученный, отец Елеазар приходил домой в оплеванной рясе, а матушка, очищая ее по вечерам, тихо плакала.

Вскоре власти заинтересовались отцом Елеазаром и вызвали его на собеседование. Говорили с ним грубо, следователь раздражался без всякого повода.

Отцу Елеазару предлагали сотрудничать, доносить на прихожан, а когда он не согласился, то начали действовать угрозами.

Власти стали требовать от отца Елеазара, чтобы он не ходил по городу в рясе, на что он ответил: «Я священник и буду ходить в подобающей моему сану одежде».

После этого отца Елеазара вызывали еще очень много раз, требования и угрозы были все те же, а под конец даже пытались его заставить отказаться от сана.

Священник был тверд и не соглашался ни на какие требования.

Прихожане ощущали настроение отца Елеазара: оттого, что каждая служба могла оказаться последней, молитвы становились все пламенней, изливаясь из самой глубины страдающего сердца священника.

Арестовали отца Елеазара в октябре 1936 года. С этого момента начался крестный путь православного священника.

Его обвинили за письмо к консулу, в котором содержалась «клевета на органы местной власти» (в то время отец Елеазар возмущенно писал греческому консулу в Москву о бесчинстве властей, которые сначала запретили колокольный звон в церкви, а затем вообще сняли колокола).

Но этим обвинения, выдвинутые против отца Елеазара, не исчерпывались. Его также обвинили в том, что он «служил панихиды за иностранно-подданных», а по ходу следствия оказалось, что у отца Елеазара есть родственники за границей, с которыми он поддерживает переписку.

В 1937 году Особым совещанием при НКВД СССР отец Елеазар Спиридонов был приговорен к 5 годам концлагерей без права переписки. После вынесения приговора его этапом отправили на Колыму.

Там, работая на рудниках, истощенный голодом, холодом, болезнями, рабским трудом и невыносимыми условиями лагерной жизни, на 64-м году жизни отец Елеазар умер. В лагерях он пробыл полгода.

Пронеся крест пастырского служения, претерпев кротко и смиренно все скорби и болезни, священник Елеазар стяжал венец исповедника.

Его жена, Ксения Ивановна, ненамного пережила своего мужа. За ней пришли в 1938 году, произвели обыск и нашли духовные книги. Потом был суд и расстрел.

Иерей Валериан Новицкий

Не знали родители, нарекая мальчика при крещении в честь мученика Валериана, пострадавшего за веру Христову в Римской империи, что пройдут годы и их сын тоже пострадает за веру и примет мученическую смерть.

Валериан окончил духовное училище, а закончить образование в Минской духовной семинарии ему так и не представилась возможность, потому что семинария была закрыта в 1918 году постановлением советской власти.

Но Валериан принял решение посвятить себя служению Богу и был рукоположен во иерея. Случилось это в 1921 году, когда Церковь уже терпела гонения. Свой непростой выбор он объяснил словами: «Надо спасать веру».

В том же году иерей назначен настоятелем Свято-Троицкой церкви села Телядовичи.

Настоятелем иерей прослужил семь лет, после чего был арестован за то, что был священником. Официально ему предъявили обвинение, что он высказывался против колхозов.

В тюрьме отцу Валериану настойчиво предлагали отречься от сана и, кроме того, написать по этому поводу заметку в газету.

А взамен ему предлагали — нет, не свободу — жизнь! Отец Валериан категорически отказался от «милосердных» предложений власти.

По воспоминаниям его жены, матушки Доминики Игнатьевны, когда она поехала навестить отца Валериана в тюрьму, свидание с ним не разрешили.

От мужа ей удалось получить только одну коротенькую записку следующего содержания: «Диночка! Мне для сохранения жизни предложили отречься от Бога и от сана. Я отказался.

Как ты справишься одна с детьми?» В ответ матушка написала: «Валериан! Ты принял правильное решение. Мне поможет Господь». Это были последние слова, с которыми супруги обратились друг к другу в земной жизни.

В 1930 году отец Валериан «тройкой» НКВД БССР был приговорен к расстрелу.

В деле отца Валериана не указано время и место казни священника.

На обстоятельства смерти отца Валериана проливает свет лишь рассказ его родственников, записанный со слов человека, участвовавшего в убийстве, который звучит примерно так: «…были выведены из тюрьмы в Тимковичский лес трое. Двое из них с иерейскими крестами на груди.

Один из этих двоих и был отец Валериан. Им еще раз предложили отказаться от Бога и от сана. Они в последний раз отвергли это предложение, палачи заставили приговоренных собственноручно вырыть себе могилу и затем расстреляли…»

В 1957 году по ходатайству матушки прокурор дал заключение: «Постановление «тройки» от 23 февраля

1930 года в отношении Новицкого Валериана Васильевича отменить и дело прекратить за недоказанностью обвинения».

Игуменья Маргарита (Гунаронуло)

В 1917 году настоятельницей одного из женских монастырей Уфимской епархии была назначена Маргарита (Гунаронуло).

Точных данных о жизни и смерти матушки нет, но существует источник, по которому можно сделать вывод, что игуменья погибла осенью 1918 года. В то время шли тяжелые бои за город Мензелинск, где располагался монастырь.

Город переходил то к белым, то к красным. В августе большевики внезапно покинули город, и через некоторое время жизнь горожан стала входить в нормальную колею. Был даже организован отряд ополчения из мирного населения.

Вскоре большевики опять пошли в наступление, после четырехчасовой обороны города отрядом ополченцев Красная армия все-таки ворвалась в Мензелинск и устроила настоящую резню.

Большевики нещадно убивали «не сочувствующую революции интеллигенцию», местных «буржуев» и всех, кто так или иначе посмел выступить против советской власти.

Расстрелянных в Мензелинске 21–22 августа 1918 года было 150–200 человек.

О гибели игуменьи Маргариты известны следующие подробности. Ворвавшись за монастырскую ограду, большевики пожелали войти в храм, но слухи о кощунствах красноармейцев в храмах дошли до Маргариты еще раньше, и настоятельница не пустила их в храм.

Матушка спокойно вышла к толпе пьяных и вооруженных большевиков и кротко сказала им: «Я не боюсь смерти… Но я хочу терпеть и страдать в этой жизни до конца, лишь бы только вы спасли свои души… Убивая мое тело, вы убиваете свою душу… Подумайте над этим».

А в ответ Маргарите посыпалась брань и страшные угрозы, а также настойчивые требования открыть храм. Игуменья отказалась открыть двери храма перед большевиками, тогда они сказали ей: «Завтра рано утром мы убьем тебя».

После этих слов большевики удалились, а Маргарита с сестрами отправилась в храм, где провела всю ночь в молитве.

Не успела рано утром игуменья выйти из храма, как большевики выстрелили в нее в упор. «Слава Тебе, Боже!» — громко сказала Маргарита и замертво упала, пронзенная множеством пуль.

Источник: https://dom-knig.com/read_226483-61

Магаданская и Синегорская епархия — Священномученик Елеазар Спиридонов

Иерей Елеазар Спиридонов

Елеазар Спиридонович Спиридонов родился в 1874 г. в семье крымских греков. Отец работал приказчиком на соляных промыслах.

Мать Елеазара, будучи глубоко верующей, еще мальчиком отдала его на клирос в церковь г. Евпатории, где он пел дискантом.

В 1893 году он совершил паломничество в Иерусалим на деньги, собранные греческой общиной. С 1894 г. по 1899 г. — учитель церковно-приходской школы в г. Евпатория.

Духовным отцом Елеазара Спиридонова был известный в Евпатории священник Иаков Чипурин, служивший в Свято-Никольском соборе, который он сам построил на свои средства. О. Иаков венчал Елеазара Спиридонова с Ксенией Ивановной Янковой, также впоследствии пострадавшей за Христа.

В 1899 г. рукоположен в иереи епископом Таврическим Николаем (Зиоровым). Хиротония была совершена в праздник Архистратига Божия Михаила.

C 1899 г. — священник в с Кременик Таврической губ. В 1912 г. купил 15 десятин земли в д. Шеих-Шаях Перекопского у. В 1917 г., когда после революции стали перераспределять землю, о. Елеазар без принуждения отдал свою землю и двух коров местным крестьянам.

C 1919 г. по 27 октября 1936 г. — священник церкови пророка Илии в г. Евпатория. Церковь была построена на деньги греческой общины и судовладельца П. Е. Давыдова, который руководил строительством. Освящал храм архиепископ Таврический Димитрий (Абашидзе). В 1920 г. был сильный голод, умерли многие родственники о. Елеазара. Своих детей, как и многочисленную паству, о.

Елеазар воспитывал в строгости, в любви к Слову Божию и молитве. У него был дар видеть человеческие способности и вызывать к жизни лучшие качества души. Он был священником по призванию, все у него было ладно и стройно. Где бы он ни появился, народ его сразу же принимал. Прихожане любили о.Елеазара за добрый и мягкий нрав, за кротость и бессребреничество.

Кроткий нрав, сердечная доброта, искренняя расположенность ко всем, рождали вокруг него атмосферу любви и взаимопонимания. Убежденный трезвенник, он не пил вина и в доме его не держал, подавая тем самым пример своей пастве. После революции быстро и страшно менялась жизнь. Случалось, что во время богослужения подстрекаемая властями молодежь била окна.

Несмотря на стесненные обстоятельства, о.Елеазар принимал у себя всех нуждающихся.

В доме было много книг и икон. Когда семью Спиридоновых потеснили местные власти, и они остались в одной комнате, то теснота и неудобства не отразились на семейном мире, здесь было уютно и хорошо. Несмотря на стесненные обстоятельства, о. Елеазар принимал у себя всех нуждающихся.

В его семье жили две монахини из разоренного Космо-Дамиановского монастыря. Большевики подселили батюшке двух солдат, он их безропотно принял и кормил за свой счет. В конце 1920-х годов о. Елеазар очень подружился с духовным писателем Александром Васильевичем Поповым. Их взгляды и духовный настрой совпадали.

Александр Попов был арестован в конце 1934 или в начале 1935 г. и умер в одном из подмосковных лагерей.

Еще за несколько лет до ареста власти много раз вызывали о. Елеазара, угрожали, шантажировали, предлагали стать секретным сотрудником, требовали не появляться в городе в рясе, отречься от сана. О.

Елеазар отказался доносить на прихожан и снять рясу: «Я священник и буду ходить в подобающей моему сану одежде». Рясу с него сняли только после ареста. После таких вызывов о.

Елеазар молча садился за фортепиано и погружался в славянские песнопения, которые очень любил и мастерски исполнял. Он понимал, что ареста не избежать, вещи на этот случай уже были собраны.

Его арестовали 27 октября 1936 г. сразу после разорения Ильинской церкви за «клевета на органы местной власти». Поводом к аресту послужило письмо греческой общины Ильинской церкви к греческому консулу. Письмо было отправлено по благословению о.

Елеазара, в нем говорилось о разорении церкви и притеснениях общины. Других членов общины, как греческих подданных, арестовать не решились, а взяли подписку о невыезде и по многу раз вызывали на допросы, пытаясь получить от них показания на о.Елеазара.

Но члены общины: староста и казначея Мария Мартыновна Демерджи, председатель церковного совета Савва Федорович Кириакиди, прихожанин Параскевас Елевферович Спотопуло и другие — держались мужественно.

Несмотря на угрозы следователя виновными себя не признали и показаний на своего священника не дали.

До июля 1937 г. находился в городской тюрьме г.Симферополя.

Церковные и богослужебные книги о. Елеазара послужили поводом для обвинения. Из обвинительного акта: «Подвергнув проверке литературу, изъятую при обыске в греческой церкви г. Евпатории, нашли в ней элементы монархической пропаганды». В 1936 г.

умер Константинопольский Патриарх, и, разумеется, в Ильинском храме была отслужена панихида, на этом основании о. Елеазара обвинили в том, что он «служил панихиды за иностранных подданных и о врагах Советского Союза, проживающих за границей». На допросах о. Елеазар вел себя с достоинством.

Продержав его почти год в тюрьме в предварительном заключеннии, изнуряя пожилого священника частыми и мучительными допросами власти так и не добились «нужных» показаний от о.

Елеазара: «В предъявленном мне обвинении я себя виновным не признаю, так как я никогда никакой агитации против советской власти не проводил и идей фашизма не проповедовал…» Вместе с о. Елеазаром были осуждены другие члены общины, так как отказались дать показания против своего священника.

9 июля 1937 г. осужден Особым Совещанием при НКВД СССР на 5 лет ИТЛ. Сразу после вынесения приговора этапом отправлен на Колыму.

Работал на Колымских рудниках и через полгода, 6 декабря 1937 г., умер на 64-м году жизни, измученный тяжким трудом, истощенный голодом, холодом и болезнями.

В 1998 г. канонизирован Священным Синодом Украинской Православной Церкви. 

20 августа 2000 г. канонизирован Архиерейским Собором Русской Православной Церкви (13-16 августа 2000г.) по представлению Тверской епархии.

Источник: http://www.magadan-eparchy.ru/ispovedniki/item-7.html

Book for ucheba
Добавить комментарий