Ламаизм и современность

Ламаизм и современность — allRefs.net

Ламаизм и современность

Ламаизм и современность — раздел Религия, Формирование основ религиозного сознания Ламаизм Сыграл Огромную Роль В Исторических Судьбах Ряда Народов Центральной …

Ламаизм сыграл огромную роль в исторических судьбах ряда народов Центральной Азии, прежде всего тибетского. Ламаистская доктрина, возвеличив Далай-ламу, превратила Тибет в сакральный центр буддизма, связав с ним, в религиозном смысле, народы соседних районов, прежде всего монголов.

В Монголии глава ламаистской церкви Богдо-гэгэн на протяжении многих лет был своеобразным центром притяжения всей национальной оппозиции цинскому господству – оппозиции, принявшей религиозную форму. Только после образования МНР в 1921 г. религиозная власть Богдо-гэгэна была ограничена, а политической власти он лишился вовсе.

Правда, авторитет лам в Монголии, равно как и среди некоторых других ламаистских народов вне Тибета, по-прежнему достаточно высок. Но в наибольшей степени это касается Тибета, остающегося и поныне центром ламаизма.

Тибет, на протяжении нескольких последних веков включенный в состав Китая, длительное время сохранял свою национально-религиозную и политическую автономию. Однако после образования КНР 14-й Далай-лама вместе с большой группой (до ста тысяч) поддерживавших его лам и мирян вынужден был под давлением ассимиляционной политики Китая покинуть Тибет.

Он нашел прибежище и обосновался в пригималайских районах Индии, где ныне заново отстроены ламаистские храмы и создан новый религиозный центр ламаизма. Сам Далай-лама пребывает в Индии как политический эмигрант, причем стоит заметить, что мировое сообщество всячески его поддерживает. Культурная революция 1966-1976 гг.

в КНР сильно затронула святыни и ценности ламаизма. Политика лидеров КПК в Тибете продолжает быть весьма жесткой и сегодня, целью ее является превратить Тибет в нечто вроде окраины, заселенной национальным меньшинством, – и не более* того.

Ламаизм как религия и • как образ жизни тибетцев современными китайскими представителями в Тибете преследуется, хотя и не всегда чересчур сурово. Но, несмотря на все это, включая и заметные структурные (в том числе демографические – в Тибет по разнарядкам властей сотнями тысяч едут переселенцы из Китая) перемены, ламаизм в этой очень своеобразной горной стране продолжает занимать важное место и играть существенную роль.

Цивилизации Востока: религиозно-культурные традиции и современность

На протяжении тысячелетий религия, санкционированная ею традиция и складывавшаяся на этой основе культура не только формировали групповой опыт поколений и стабильную систему общепризнанных нормативных ценностей, но также являли собой фундамент духовного развития общества, квинтэссенцию цивилизации.

Закономерность такого рода универсальна: она касается и раннерелигиозного комплекса с находившимися под его воздействием первобытными коллективами, и ранних религиозных систем, автономно или полуавтономно формировавшихся в тех или иных странах мира, и великих мировых религий и приравниваемых к ним идеологических доктрин типа конфуцианства.

Далеко не случайно, как о том уже упоминалось, специалисты обычно рассматривают те или иные цивилизации именно сквозь призму соответствующих религий, которые во многом задавали тон, а то и определяли конкретный облик того или иного общества, его идейные и институциональные основы.

Разумеется, речь не идет о том, что религия всегда и везде была первоосновой развития общества. Но религия способствовала созданию того или иного общества, той или иной цивилизации. И лучше всего это видно при сопоставлении Востока и Запада, а точнее – западноевропейского античного и неевропейского (условно его иногда называют «азиатским») путей развития.

Принципиальная разница между тем и другим с момента так называемой архаической революции в античной Греции (VIII-VI вв. до н. э.) сводится к тому, что только в античной Греции прежде слабо развитые и во многом ограниченные частнособственнические отношения стали господствующими и структурообразующими.

Следствием такого рода социальной мутации – единственной и неповторимой – было возникновение тех политических форм (полис, демократия, республика), правовых гарантий (частное право, неприкосновенность и правовая защита частной собственности, права гражданина и т.п.

) и особенностей социального статуса (вычленение индивида из группы, воспевание сильных чувств мятежной личности, достоинство свободного человека и др.), которые стали служить надежной защитой для дальнейшего развития и процветания частнособственнических отношений и которые в их совокупности обычно именуют гражданским обществом.

Вне античной Европы, в том числе и в цивилизациях Востока, подобного гражданского общества не существовало, как никогда не было там и безраздельного господства частной собственности. Альтернативой этому на Востоке были всесилие государства и невычлененность индивида из коллектива, что вызвало к жизни совершенно иные политические, правовые и социальные нормы.

На страже этих норм и связанной с их незыблемостью системы, на страже консервативной стабильности общества как раз и стояли веками выработанные идеи и соответствовавшие им институты, опиравшиеся на традицию и, в конечном счете, освящавшиеся религией. Механизм в этом смысле был одинаковым и в Европе, и на Востоке: религия освящала незыблемость сложившейся нормы.

Но впечатляюще разными были сами нормы. Поэтому-то так не похожи на антично-христианскую европейскую цивилизацию с ее ведшим к капитализму динамичным частнособственническим путем развития остальные мировые цивилизации, прежде всего восточные, будь то арабо-исламская, индуистско-буддийская или китайско-конфуцианская.

При всем их несходстве между собой все они вместе взятые разительно отличаются от европейской. И если в фундаменте различий лежат разные социально-экономические хозяйственные структуры, то внешне как по форме, так и по существу эта разница предстает в виде очень неодинаковых религиозно-культурных традиций и социально-политических институтов.

Традиции и институты во всех неевропейских цивилизациях были целенаправлены на то, чтобы не допустить таких новшеств, которые могли бы подорвать силу централизованной власти и свято хранимую устойчивость веками складывавшихся социальных отношений.

А за институтами и традициями, за всей системой господствующих норм и духовных ценностей стояла религия с ее высшими беспрекословным ultima ratio. Конечно, охранительная социально-политическая функция была свойственна практически всем религиям, в том числе и христианству.

Но если в частнособственнической и свободомыслящей Европе религия, при всей характерной для нее силе инерции и даже воинственности («святая» инквизиция»), не могла заметно помешать динамике поступательного развития, а с момента генезиса капитализма в определенной степени – в форме протестантизма – даже содействовала ей, то на Востоке было иначе.

Здесь сама структура формировала генеральную установку-ориентацию на консервативную стабильность. И хотя в разных восточных цивилизациях такого рода установка реализовывалась различным образом, суть ее везде была одинакова.

Пожалуй, лучше других ее выразил знаменитый министр-реформатор древнекитайского царства Цинь легист Шан Ян – тот самый, кто заложил основы двухтысячелетней китайской империи: «Слабый народ –сильное государство». Смысл этого афоризма в том, что нарочито ослабленный народ (включая тех, кто претендовал на авторитет и влияние в обществе, т.е.

аристократов и усиливавшихся частных собственников) – лучшая гарантия силы и стабильности существующего строя. А формы ослабления могли быть разными: например, в Индии с этим делом успешно справлялась система общин и каст, выступавшая в качестве альтернативы достаточно слабой государственной власти.

Итак, установка-ориентация всех трех великих цивилизаций Востока принципиально отличалась от европейской с ее ставкой на удачливого и сильного индивида, на общество как сумму независимых граждан (даже если при этом существуют рабы и зависимые) тем, что не общество своевольных граждан-индивидов должно навязывать свою волю существующей системе, а, наоборот, система должна безусловно господствовать над людьми. Что же касается религии, религиозной традиции и формируемых стереотипов культуры, поведения, речи, взаимоотношений и т.п., то они в рамках каждой из цивилизаций были призваны конкретизировать заданную установку и соответствующим образом ориентировать общество, используя для этого веками складывавшиеся либо навязанные извне общепризнанные в данном регионе Ценности, культы, обряды, мифы, нормы быта и многое другое, вплоть до исторически сложившихся форм восприятия, характера ментальной культуры. Именно этой конкретикой цивилизации Востока отличались одна от другой, причем весьма заметно. Обратим внимание на характерные черты и признаки каждой из них и попробуем их сопоставить.

Развернуть

Открыть в широком формате

Источник: http://allrefs.net/c22/46let/p104/

Читать

Ламаизм и современность
sh: 1: —format=html: not found

Л.С.Васильев

История религий Востока

Предисловие

На протяжении ряда десятилетий писать о религии в отечественном обществоведении не было принято. Писали обычно об атеизме (экзамен по так называемому «научному атеизму» обязаны были сдавать студенты всех вузов и всех специальностей) и несостоятельности религиозного мировоззрения. История же самих религий излагалась как история заблуждений, достойных лишь сурового разоблачения.

В лучшем случае – когда речь шла о древних или средневековых обществах – говорилось о верованиях и мифах, обрядах и культах, религиозных предрассудках и их сознательном использовании правящими классами в интересах эксплуатации трудящихся.

И к этому специалисты, которых соответствующий материал касался (имеются в виду прежде всего те, кто изучал проблемы истории культуры), должны были приспосабливаться.

Приспособление шло прежде всего по линии абсентеизма. Специалисты просто по возможности уходили в сторону от соответствующей проблематики.

В нашей стране были знатоки атеизма и мастера перетолковывать всю историю всех религий мира в атеистическом духе, но практически не было тех, кто хорошо ориентировался в религии как таковой (я, разумеется, исключаю служителей культа, которые, к слову, тоже отнюдь не были свободны в изложении своих религиозных учений).

Результаты были плачевными. Подлинную историю религий в нашей стране никто не знал и не хотел знать.

Когда свыше тридцати лет назад я, работая в МГИМО, решился – едва ли не впервые в нашем обществе «развитого социализма» – изложить свой курс по религиям Востока для студентов в письменном виде, он был издан под осторожным заголовком «Культурно-религиозные традиции стран Востока» всего в 300 экземплярах (Москва, МГИМО, 1976).

Но дело даже не в заголовке и не в тираже.

Не могу забыть, как, написав около 100 страниц текста по истории ислама (этот текст практически без изменений воспроизведен в предлагаемом вниманию читателя нынешнем варианте учебного пособия), я долго искал в нашем академическом Институте востоковедения, где я проработал всю свою жизнь, хоть одного специалиста, кто мог бы квалифицированно отрецензировать соответствующие главы. Таких просто не было – при всем том, что солидный и заслуженно уважаемый в мире центр востоковедения АН СССР пользовался очень высокой репутацией. В институте были арабисты и иные заслуженные специалисты по истории, литературе и культуре Ближнего и Среднего Востока, но, после смерти ученых старшего поколения (в частности, Е. А. Беляева), не было таких, кто всерьез занимался бы исламом, во всяком случае в Москве.

Сегодня, разумеется, все обстоит иначе. Можно даже сказать, что налицо определенный перехлест. Исламом занимаются целые институты как научного, так и политического профиля. Не оставлены без внимания и иные религии. Огромным интересом у публики пользуется все то, что имеет отношение к мистике, метафизике, к различным экстравагантным сектам, особенно восточного происхождения.

И это происходит не только у нас. Во всем мире ощущается такого рода повышенный интерес, причем с каждым годом все заметнее. В какой-то мере это связано с крушением иных идеалов и представлений, включая и социалистические. И, быть может, именно поэтому в нашей стране такого рода общемировой процесс все же наиболее нагляден.

Взгляните сегодня на наши книжные прилавки – и вы легко убедитесь в том, что они переполнены активно переиздаваемыми старыми книгами о религиозном восприятии мира (например, сочинения небезызвестной Е. П. Блаватской), равно как и в обилии публикуемыми новыми (чего стоит хотя бы серия книг К.

Кастанеды!), не говоря уже о бесчисленных изданиях канонических сочинений (Библия, Коран, Бхагават-гита и др.) и комментаторско-исследовательской литературы о них. Им буквально несть числа.

Я бы не хотел, чтобы книга, которую читатель держит в руках, затерялась в этом море религиозной литературы. И дело вовсе не в том, что ей не выдержать конкуренции с остросюжетными и завлекательными сочинениями Блаватской, Кастанеды и многих иных модных авторов как прошлых времен, так и ультрасовременных. Каждому, в конце концов, свое.

Нет смысла упоминать и о том, что религиозные каноны, равно как и их толкования, вне конкуренции. Это – основа основ для тех, кто считает себя верующим и тем более стремится углубленно изучать доктрину, излагающую генеральные принципы его веропонимания.

Смысл книги об истории религий Востока – а практически все великие религии, да и подавляющее большинство остальных, включая и христианство, имеют к Востоку самое непосредственное отношение – в ином.

Цель ее – показать роль и влияние религии в истории восточных цивилизаций, а также воздействие религиозных традиций на общество как в прошлом, начиная с глубокой древности, так и в наши дни. Эта генеральная задача определила и основные средства ее реализации.

Речь в книге, разумеется, идет не об атеистическом противопоставлении религиозным заблуждениям какой-либо опровергающей их научной истины.

Но в то же время читатель не найдет в ней и апологетики религии как духовной квинтэссенции многих обществ, в том числе и сравнительно отсталых, где значимость религиозно-моральной регуляции особенно важна и очевидна.

Смысл книги – в создании цельной и непротиворечивой концепции развития цивилизаций Востока, взятой лишь в одном, но весьма существенном для понимания проблем Востока аспекте – аспекте его религиозных традиций.

Иными словами, читатель должен узнать, что такое религия для Востока или, иначе, как отражается Восток, древний и современный (если попытаться рассмотреть его сквозь призму характерных для него религиозных традиций, отраженных в соответствующих системах идей и ценностей), в образе жизни, в привычных стереотипах поведения, в отношениях к инновациям, во взаимоотношениях между людьми, обществом и государством и т. д.

Излагая материал в регионально-хронологическом плане и обращая внимание на все основные варианты и модификации восточных религий, автор стремился вскрыть глобальную сущность проблемы, т. е.

показать читателю не только религии Востока как таковые, но и сложившиеся на основе религиозных традиций крупные региональные цивилизации, в немалой степени определившие облик и исторические судьбы формировавшихся в их рамках и под их воздействием тех или иных конкретных обществ и государств.

В заключительной главе даны некоторые сопоставительные выводы, позволяющие, в частности, более наглядно представить многие важные аспекты феномена развивающихся стран современного Востока.

Глава 1

Религия и религиоведение

Что такое религия? Как и когда она возникла? В чем ее смысл и сущность? Каковы причины живучести этого социального феномена? Ответить на такие вопросы нелегко.

На протяжении многих веков лучшие умы человечества стремились найти рациональное объяснение причин возникновения столь специфической, иллюзорно-мистической, иррациональной формы мышления.

За это время сложилась, оформилась специальная отрасль знания – религиоведение, не имеющая ничего общего с тематически близкой ей, но принципиально отличной от нее теологией, т. е. апологетикой религии как богооткровения.

Цель религиоведения – серьезный анализ всей совокупности проблем происхождения, сущности и функций религии, ее места в обществе, истории, культуре, ее объективной роли на протяжении тысячелетий и в современном мире. Иными словами, цель религиоведения —познать и понять религию как форму общественного сознания, как социальный феномен.

Возникнув на заре человечества и складываясь веками на основе неадекватного отражения в мышлении людей реальных объективных процессов в природе и обществе, религиозные представления и верования, а также закреплявшие их догмы, культы, ритуалы и обряды опутывали сознание человека паутиной несбыточных иллюзий, искажали его восприятие мира кривым зеркалом фантастических мифов и магических превращений, волшебства и чудес, заставляли создавать все более вычурные и сложные метафизические конструкции мироздания, загробного существования и т. п. Укрепляясь в сознании людей, фиксируясь в памяти поколений, становясь частью культурного потенциала народа, страны или даже многих стран, система религиозных верований – религия – приобретала тем самым определенные социально-политические и культурно-этические функции.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=25&p=99

Ламаизм — это… Когда и где зародился ламаизм

Ламаизм и современность

В данной статье разберем такое понятие, как ламаизм. Это, во-первых, производная буддизма, которая, однако, привела его к наиболее завершенному облику.

Путь истории ламаизма тернист и опасен, но от этого не менее интересен. Само наименование данного религиозного направления происходит от слова, которое обозначает тибетского монаха, – ламу.

Этот религиозный термин буквально переводится как «выше нет».

В настоящее время старшие монахи руководят буддистскими организациями и монастырями. Такие люди известны как хамбо-ламы. Данный титул был учрежден в Бурятии в 1764 году. Известно, что в России хамбо-лам можно найти на Алтае.

Теперь непосредственно окунемся в историю ламаизма.

Особенности направления

Своеобразие данного направления в буддизме обеспечивается за счет нижеприведенных факторов.

Предшественником тибетского буддизма была религия под названием бонпо (бон), которая базировалась на обожествлении животных, сил природы и духов. Часть этих культов и обрядов была перенесена тибетскими ламами в рассматриваемое направление.

Тантрическая ваджраяна или алмазная колесница — важный элемент ламаизма, истоки которого восходят к древнейшим культам и обрядам, связанным с плодородием.

Ламаизм – это синтез практически всех основных веяний буддизма, включая различные секты махаяны и хинаяну.

Истоки зарождения

Известно, что издревле религией Непала был буддизм. Во многом этому способствовала деятельность принца Сиддхартхи Гаутамы. Однако на данный момент большая часть жителей Непала причисляет себя к индуизму, и лишь 10 процентов населения являются буддистами.

Под воздействием раннего буддизма и брахманизма возник тантризм, получивший дальнейшее развитие в форме шиваизма (индуизм), а в середине первого тысячелетия нашей эры и в буддизме.

Мандалы – графические изображения Вселенной с многочисленными символами и знаками, появились изначально в буддийском тантризме.

Также в данном направлении отмечают появление Калачакры или «колеса времени», в рамках которого звериный цикл (60 лет жизни) является символом кругооборота человека в кармическом мире сансары.

Большую роль в тантризме играет проведение грубых магических обрядов, медитации и сексуальной практики.

Исследователи полагают, что ламаизм, в первую очередь, обуславливается откликами тантризма. Родиной ламаизма считается Тибет.

Распространение буддизма

В Тибет буддизм попадает лишь в V веке нашей эры из Индии. Но до самой эпохи правления Сронцзана Гамбо в VII веке его распространение было чрезвычайно скудным.

Этот правитель сделал буддизм государственным вероисповеданием в первую очередь по политическим соображениям.

Китай и Непал, религией которых на тот момент был буддизм, предоставил тибетскому властителю реликвии и священные тексты буддизма, которые были переданы ему с двумя его женами.

Жаждавший власти Сронцзан изначально вел завоевательную политику, но позднее осознал, что идеологическое оружие куда эффективнее.

Впоследствии правитель и его жены были причислены к божествам и стали объектом всеобщего почитания.

Трудные времена

После смерти царя Сронцзана процесс «буддизации» был приостановлен. Его возрождение относят уже к правлению Тисронга спустя сто лет.

Новый правитель, потворствовавший идеям буддизма, построил множество буддистских монастырей и храмов, также отдал приказ перевести на тибетский язык священные книги и перестроил организацию буддийского духовенства.

Помимо всех этих славных свершений, он приглашал знатоков буддизма из Индии, которые помогали населению освоить в доступном изложении новую религию.

Тем не менее, спустя некоторое время буддизм был подвергнут гонениям, продолжавшимся вплоть до XXI столетия, когда Тибет посетил Атиша (религиозный деятель из Индии).

Благодаря ему появились первые переводы канонических документов буддизма на тибетском языке. Сам Атиша тоже внес свой вклад в становление религиозных учений: написал собственные богословские труды.

В 1050 году провел собор тибетской церкви.

Основной задачей Атиши было очистить буддизм от шаманизма, обрядности и демонического культа религии бон.

Благодаря его деятельности организационно-церковные основы буддизма были укреплены в Тибете. Однако еще долгое время длилась борьба между желтошапочниками (сторонниками реформ Атиши) и красношапочниками под предводительством Падмы Самбхавы.

Формирование ламаизма

Лишь в XV, веке благодаря реформам Цзонкабы, тибетский буддизм приобрел окончательную форму ламаизма. Подобно Атише, этот правитель боролся за восстановление норм традиционного буддизма: ввел строгое безбрачие и суровую дисциплину в монастырях, отменил монашеские послабления, за что его учение было прозвано гелукпа, что обозначает «добродетель».

Цзонкаба не собирался полностью отменять тантризм, но попытался ввести его в умеренное русло, оставив лишь символические методы и приемы обретения энергии шакти. Так, тибетские ламы выросли в глазах общества – монашество превратилось в привилегированный слой руководителей-наставников.

Со временем появилось иерархическое устроение церкви. В центре ламаизма стоят два верховных руководителя – панчен-лама и далай-лама. В их руках сосредотачивается вся власть.

Хотя, в принципе, далай-лама – это титул, который был установлен лишь в середине XVI века, а панчен-лама – в середине XVII столетия.

В XVI веке появилась теория о перевоплощении высших представителей буддийской иерархии. Согласно данным постулатам, высшие лица после смерти перевоплощаются в младенца. После того, как умирает очередной глава церкви или государства, по окрестностям раздается клич о поиске хубилгана (воплощенца), который становится сосудом для души умершего.

Если ребенок признает личные вещи умершего, его провозглашают очередным властителем или руководителем церкви. Считалось, что далай-лама – это воплощение бодисатвы Авалокитешвары, а панчен-лама – хубилган будды Амитабы.

Последующим важным событием в ламаизме считается установление теократического государства в Тибете. В середине XVIII века Тибет официально становится независимым теократическим государством, во главе которого стоит руководитель высшей церковной организации.

Китайская революция в середине XX столетия привела к уничтожению в Тибете сотен тысяч монахов и тысяч монастырей ламаизма. Это привело к тому, что Далай-лама XIV с группой в сто тысяч монахов был вынужден покинуть родину и поселиться в Индии в качестве политического эмигранта.

Устройство ламаизма

Основы теории были заложены Цзонкабой, а далее были собраны монахами в сочинение Ганджур, которое представлено в 108 томах. Они включают в себя тибетские переводы трактатов махаяны, хинаяны, ваджраяны, тибетские переводы основных сутр, рассказы, связанные с летописью о жизни Будды, трактаты по медицине, астрологии и так далее.

Священная книга Данджур содержит в себе комментарии к каноническим текстам Ганджура и представляет собой собрание из 225 томов. Получается, что ламаизм включает в себя все наследие буддизма.

В сравнении с классическим буддизмом, космология ламаизма является более обширной и тщательно проработанной.

Во главе космологической системы находится Адибудда – владыка всего сущего, творец всех миров. Его главным атрибутом является шуньята (великая пустота). Именно эта пустота, представляющая собой духовное тело Будды, проникает в материю всего живого.

Всякий человек или животное несет в себе частичку Будды, следовательно, наделены силой для обретения спасения. Иногда такая благодатная частичка может подавляться материей.

Степень подавленности одухотворенности в человеке делит людей на 5 разрядов, из которых пятый приближает личность к состоянию бодисатвы.

Такое состояние постичь дано далеко не каждому, поэтому основной задачей людей является удачное перерождение.

Предел мечтаний здесь – родиться в стране ламаизма и найти мудрого учителя ламу, который поведет заблудшего по пути спасения.

Этические нормы ламаизма

Религиозное направление отличается строгими этическими нормами существования.

К запретам относятся десять черных грехов:

  • прегрешения слова – клевета, ложь, пустословие, злословие;
  • прегрешения тела – прелюбодеяние, воровство, убийство;
  • прегрешения мысли – злоба, еретические помыслы, зависть.

Взамен нужно придерживаться белых добродетелей, которые включают в себя обет, терпение, медитацию, подаяние, усердие и мудрость.

На пути к спасению…

Чтобы обрести полное спасение, необходимо выполнить ряд задач: соединение с истиной и борьбу со злом, стяжание добродетелей, достижения прозрения, достижения истинной мудрости, достижение цели.

Немногие могли выдержать данные испытания. Но те, кому удавалось преодолеть препятствия, обретали ореол высшей святости и признавались эталоном.

Остальные люди могли лишь ориентироваться на образец богоугодности и пользоваться простыми методами достижения цели, обычно прибегая к мистике или магии.

Как достичь прозрения?

Одним из методов достижения прозрения считалось многократное произнесение имени Будды. Наиболее популярная мантра – «оммане падмехум». Данное словосочетание не переводится, его значение заключатся в прославлении Будды. Произносить мантру нужно гортанными звуками, которые делают взаимодействие человека с Вселенной гармоничным.

Особенности современного ламаизма

Ежедневно в монастырях проводятся три богослужения, которые называются хуралами. Применительно к фазам луны и прочим явлениям природы/общественным событиям проводятся масштабные торжественные хуралы, которые связаны с местными обычаями и праздниками.

Хуралы в честь докшитов (сверхъестественные существа, защищающие веру и противостоящие ее врагам) считаются наиболее значимыми и потому более длительными. Когда в храме осуществляется богослужение, мирянам вход воспрещен.

Они могут снаружи послушать храмовую музыку и пение, а также самостоятельно произносить священную мантру за порогом монастыря.

Иногда хуралы могут быть проведены по просьбе мирян: в день похорон, дня рождения, свадьбы, во время болезни.

«Книга Радости» далай-ламы. Обретение внутреннего полета

На многие интересующие вас вопросы о жизни с точки зрения двух известнейших религиозных гуру вы можете узнать в «Книге радости» Далай ламы XIV и англиканского архиепископа Десмонда Туту.

На протяжении недели собиралась информация, которая должна была послужить неким путеводителем для людей, которые утратили смысл жизни и перестали радоваться каждому прожитому дню.

Борьба с негативными установками и духовным застоем приводит к позитивным изменениям в жизни людей, о чем свидетельствуют личные рассказы духовных учителей.

Источник: https://FB.ru/article/385082/lamaizm---eto-kogda-i-gde-zarodilsya-lamaizm

Ламаизм и современность

Ламаизм и современность

Ламаизм сыгралогромную роль в исторических судьбахряда народов Центральной Азии, преждевсего тибетского.

Ламаистская доктрина,возвеличив Далай-ламу, превратила Тибетв сакральный центр буддизма, связав сним, в религиозном смысле, народы соседнихрайонов, прежде всего монголов.

В Монголииглава ламаистской церкви Богдо-гэгэнна протяжении многих лет был своеобразнымцентром притяжения всей национальнойоппозиции цинскому господству –оппозиции, принявшей религиозную форму.Только после образования МНР в 1921 г.

религиозная власть Богдо-гэгэна былаограничена, а политической власти онлишился вовсе. Правда, авторитет лам вМонголии, равно как и среди некоторыхдругих ламаистских народов вне Тибета,по-прежнему достаточно высок. Но внаибольшей степени это касается Тибета,остающегося и поныне центром ламаизма.

Тибет, на протяжениинескольких последних веков включенныйв состав Китая, длительное время сохранялсвою национально-религиозную иполитическую автономию.

Однако послеобразования КНР 14-й Далай-лама вместес большой группой (до ста тысяч)поддерживавших его лам и мирян вынужденбыл под давлением ассимиляционнойполитики Китая покинуть Тибет.

Он нашелприбежище и обосновался в пригималайскихрайонах Индии, где ныне заново отстроеныламаистские храмы и создан новыйрелигиозный центр ламаизма. Сам Далай-ламапребывает в Индии как политическийэмигрант, причем стоит заметить, чтомировое сообщество всячески егоподдерживает. Культурная революция1966-1976 гг.

в КНР сильно затронула святынии ценности ламаизма. Политика лидеровКПК в Тибете продолжает быть весьмажесткой и сегодня, целью ее являетсяпревратить Тибет в нечто вроде окраины,заселенной национальным меньшинством,– и не более того.

Ламаизм как религияи как образ жизни тибетцев современнымикитайскими представителями в Тибетепреследуется, хотя и не всегда чересчурсурово. Но, несмотря на все это, включаяи заметные структурные (в том числедемографические – в Тибет по разнарядкамвластей сотнями тысяч едут переселенцыиз Китая) перемены, ламаизм в этой оченьсвоеобразной горной стране продолжаетзанимать важное место и играть существеннуюроль.

24. Цивилизации Востока: религиозно-культурные традиции и современность

На протяжениитысячелетий религия, санкционированнаяею традиция и складывавшаяся на этойоснове культура не только формировалигрупповой опыт поколений и стабильнуюсистему общепризнанных нормативныхценностей, но также являли собой фундаментдуховного развития общества, квинтэссенциюцивилизации.

Закономерность такогорода универсальна: она касается ираннерелигиозного комплекса снаходившимися под его воздействиемпервобытными коллективами, и раннихрелигиозных систем, автономно илиполуавтономно формировавшихся в техили иных странах мира, и великих мировыхрелигий и приравниваемых к нимидеологических доктрин типа конфуцианства.Далеко не случайно, как о том ужеупоминалось, специалисты обычнорассматривают те или иные цивилизацииименно сквозь призму соответствующихрелигий, которые во многом задавалитон, а то и определяли конкретный обликтого или иного общества, его идейные иинституциональные основы.

Разумеется, речьне идет о том, что религия всегда и вездебыла первоосновой развития общества.Но религия способствовала созданиютого или иного общества, той или инойцивилизации. И лучше всего это виднопри сопоставлении Востока и Запада, аточнее – западноевропейского античногои неевропейского (условно его иногданазывают «азиатским») путей развития.

Принципиальная разница между тем идругим с момента так называемойархаической революции в античной Греции(VIII-VI вв. до н. э.) сводится к тому, чтотолько в античной Греции прежде слаборазвитые и во многом ограниченныечастнособственнические отношения сталигосподствующими и структурообразующими.

Следствием такого рода социальноймутации – единственной и неповторимой– было возникновение тех политическихформ (полис, демократия, республика),правовых гарантий (частное право,неприкосновенность и правовая защитачастной собственности, права гражданинаи т.п.

) и особенностей социального статуса(вычленение индивида из группы, воспеваниесильных чувств мятежной личности,достоинство свободного человека и др.),которые стали служить надежной защитойдля дальнейшего развития и процветаниячастнособственнических отношений икоторые в их совокупности обычно именуютгражданским обществом.

Вне античнойЕвропы, в том числе и в цивилизацияхВостока, подобного гражданского обществане существовало, как никогда не былотам и безраздельного господства частнойсобственности. Альтернативой этому наВостоке были всесилие государства иневычлененность индивида из коллектива,что вызвало к жизни совершенно иныеполитические, правовые и социальныенормы.

На страже этих норм и связаннойс их незыблемостью системы, на стражеконсервативной стабильности обществакак раз и стояли веками выработанныеидеи и соответствовавшие им институты,опиравшиеся на традицию и, в конечномсчете, освящавшиеся религией.

Механизм в этомсмысле был одинаковым и в Европе, и наВостоке: религия освящала незыблемостьсложившейся нормы. Но впечатляющеразными были сами нормы.

Поэтому-то такне похожи на антично-христианскуюевропейскую цивилизацию с ее ведшим ккапитализму динамичным частнособственническимпутем развития остальные мировыецивилизации, прежде всего восточные,будь то арабо-исламская, индуистско-буддийскаяили китайско-конфуцианская. При всемих несходстве между собой все они вместевзятые разительно отличаются отевропейской.

И если в фундаменте различийлежат разные социально-экономическиехозяйственные структуры, то внешне какпо форме, так и по существу эта разницапредстает в виде очень неодинаковыхрелигиозно-культурных традиций исоциально-политических институтов.

Традиции и институты во всех неевропейскихцивилизациях были целенаправлены нато, чтобы не допустить таких новшеств,которые могли бы подорвать силуцентрализованной власти и свято хранимуюустойчивость веками складывавшихсясоциальных отношений. А за институтамии традициями, за всей системойгосподствующих норм и духовных ценностейстояла религия с ее высшими беспрекословнымultima ratio.

Конечно, охранительнаясоциально-политическая функция быласвойственна практически всем религиям,в том числе и христианству.

Но если вчастнособственнической и свободомыслящейЕвропе религия, при всей характернойдля нее силе инерции и даже воинственности(«святая» инквизиция»), не могла заметнопомешать динамике поступательногоразвития, а с момента генезиса капитализмав определенной степени – в формепротестантизма – даже содействовалаей, то на Востоке было иначе. Здесь самаструктура формировала генеральнуюустановку-ориентацию на консервативнуюстабильность. И хотя в разных восточныхцивилизациях такого рода установкареализовывалась различным образом,суть ее везде была одинакова. Пожалуй,лучше других ее выразил знаменитыйминистр-реформатор древнекитайскогоцарства Цинь легист Шан Ян – тот самый,кто заложил основы двухтысячелетнейкитайской империи: «Слабый народ –сильноегосударство». Смысл этого афоризма втом, что нарочито ослабленный народ(включая тех, кто претендовал на авторитети влияние в обществе, т.е. аристократови усиливавшихся частных собственников)– лучшая гарантия силы и стабильностисуществующего строя. А формы ослаблениямогли быть разными: например, в Индии сэтим делом успешно справлялась системаобщин и каст, выступавшая в качествеальтернативы достаточно слабойгосударственной власти.

Итак, установка-ориентациявсех трех великих цивилизаций Востокапринципиально отличалась от европейскойс ее ставкой на удачливого и сильногоиндивида, на общество как сумму независимыхграждан (даже если при этом существуютрабы и зависимые) тем, что не обществосвоевольных граждан-индивидов должнонавязывать свою волю существующейсистеме, а, наоборот, система должнабезусловно господствовать над людьми.Что же касается религии, религиознойтрадиции и формируемых стереотиповкультуры, поведения, речи, взаимоотношенийи т.п., то они в рамках каждой из цивилизацийбыли призваны конкретизировать заданнуюустановку и соответствующим образомориентировать общество, используя дляэтого веками складывавшиеся либонавязанные извне общепризнанные вданном регионе Ценности, культы, обряды,мифы, нормы быта и многое другое, вплотьдо исторически сложившихся формвосприятия, характера ментальнойкультуры. Именно этой конкретикойцивилизации Востока отличались однаот другой, причем весьма заметно. Обратимвнимание на характерные черты и признакикаждой из них и попробуем их сопоставить.

Источник: https://studfile.net/preview/8143627/page:147/

Book for ucheba
Добавить комментарий