Наступление Колчака и его разгром.

Челябинский разгром Колчака

Наступление Колчака и его разгром.

Wikipedia

Начавшееся 100 лет назад, 17 июля 1919 г., сражение под Челябинском между армиями красного Восточного фронта и войсками адмирала Александра Колчака завершилось провалом попытки белых армий перехватить инициативу и закрепиться на части территории Урала.

Поражение 3-й армии продемонстрировало военную и политическую слабость белой власти на востоке России, ее неспособность построить госаппарат, удовлетворяющий элементарные потребности населения в порядке и справедливости, и отвечать на вызовы времени.

Поражение морально надломило белую армию и ее тыл, что в итоге привело к окончательному разгрому белых на востоке России зимой 1919–1920 гг.

Летом 1919 г. белые армии потерпели серию серьезных неудач в Поволжье и на Урале. Пополнения не компенсировали боевых потерь и убыли от болезней в ходе весенних и летних операций. Недостаток боеприпасов и обмундирования усугублялся нераспорядительностью и несогласованностью действий и соперничеством между отдельными военачальниками.

Западная и Сибирская армии белых под давлением усиленных резервами из центра и с других направлений войск Восточного фронта потеряли с мая по середину июля почти всю территорию, занятую в ходе весеннего наступления, и важнейшие промышленные центры: Пермь, Ижевск, Златоуст и Екатеринбург, где находились крупные военные заводы.

Красное командование, в том числе временно руководивший фронтом бывший генерал и будущий начальник штаба Красной армии Павел Лебедев, стремилось полностью занять важный промышленный и сельскохозяйственный район и отбросить противника в Сибирь, чтобы получить до зимы сибирский хлеб и избежать одновременной борьбы на Восточном и Южном фронте, где разворачивалось наступление армий генерала Антона Деникина.

Однако ситуация еще не выглядела безнадежной для белых. В ставке Колчака в Омске надеялись удержать часть Урала, чтобы сохранить выгодный рубеж обороны и базу для дальнейших формирований.

Более того, молодые генералы из окружения Колчака во главе с начальником штаба ставки генералом Дмитрием Лебедевым (закончил Первую мировую войну в чине подполковника) уверяли несведущего в сухопутной войне адмирала, что красные выдохлись и энергичный ответный удар может развернуть неудачный ход кампании.

Планы обеих сторон имели оттенок авантюры. Командующий 5-й армией красных Михаил Тухачевский, направляя главный удар на Челябинск, не уделял должного внимания обеспечению флангов.

Разработанная Лебедевым и командующим 3-й армией белых генералом Константином Сахаровым операция напоминала битву при Каннах Второй Пунической войны: белые намеревались заманить в глубокий мешок наступавшую на Челябинск центральную группу красных, а затем окружить ее и разгромить ударами с флангов.

План Лебедева выглядел красиво, но не учитывал особенностей горной местности, насыщенной озерами и лесами, затруднявшими масштабные маневры, и особенно морального состояния и боевой подготовки частей белой армии.

Состав и боевой дух колчаковцев оставляли желать лучшего /Wikipedia

Стороны располагали весьма ограниченными силами: 5-я армия имела всего около 18 500 штыков и сабель, 440 пулеметов и 60 орудий против примерно такого же количества живой силы, 470 пулеметов и 86 орудий 3-й армии белых. Белые надеялись на резервы: оттянутые в тыл 13-ю и 8-ю дивизии и стратегический резерв Колчака – три сибирские дивизии.

Однако их боевые возможности Лебедев и Сахаров сильно преувеличивали: 8-я Уфимская и 13-я Казанская дивизии понесли значительные потери, многие солдаты не хотели воевать, один из полков Казанской дивизии перешел на сторону красных. Неудачи в сражениях усугублялись методами управления Сахарова.

«Новый командующий армией, его начальник штаба ставши во главе военного управ­ления, стали не только руководить, но и учить, понукать и даже вну­шать и т. д., часто совершенно не обращая внимания на особенности обстановки», – сетовал участник Гражданской войны с июня 1918 г. генерал Павел Петров. Это вызывало недовольство фронтовиков, отвыкших от формальной дисциплины.

Резервные сибирские дивизии были достаточ­но укомплектованы людьми, но их боеспособность оставляла желать лучшего.

Управляющий военным министерством Колчака генерал Алексей Будберг писал в воспоминаниях: «Надо сказать совершенно откровенно, что эти отлично шагающие церемониальным маршем полки для боя представляют только боевой мусор; через 1,5–2 месяца они будут весьма приличными боевыми частями и тем рычагом, на котором можно будет перевернуть в нашу пользу все положение на фронте».

Низкая боеспособность белых объяснялась несколькими факторами: в отличие от красных они опасались призывать обученных военному делу участников Первой мировой – те, по мнению части генералитета и бюрократии, были заражены революционным духом неповиновения.

Притом пленные красноармейцы после поверхностной проверки часто вливались в ряды белых, составляя ненадежный и склонный к переходу на сторону противника элемент войск. Обучение молодых новобранцев требовало времени и требовательных, квалифицированных и одновременно внимательных к нуждам солдат офицеров.

Белые испытывали острейший дефицит и времени, и кадров.

Кроме того, на настроения мобилизованных в белую армию сибирских и восточноуральских крестьян повлияли события 1918–1919 гг. Сибиряки в отличие от жителей центра России и Поволжья не знали крепостного права и отличались большим самоуважением.

За редким исключением они не успели познакомиться с большевистской практикой изъятия продуктов и комбедами, зато многие в полной мере хлебнули произвола местной белой власти и полевых командиров.

Уездные и волостные начальники, командиры мелких подразделений, чувствуя собственную безнаказанность, отбирали у крестьян продовольствие, скот, имущество, пороли «деревенщину», вызывая озлобление местных жителей, часто перераставшее в массовые восстания, возглавляемые местными интеллигентами – агрономами, учителями и др., порой имевшими боевой опыт Первой мировой войны. Действия сибирских партизан, особенно вдоль железных дорог, затрудняли снабжение белых армий.

Слабость нижнего звена госуправления усугублялась его бесправием во взаимоотношениях с военными властями и карательными отрядами, отправляемыми на подавление волнений. Даже робкие попытки пресечь произвол вызывали бесчинства командиров.

Один из деятелей омского правительства, Георгий Гинс, описал трагикомический эпизод: староста села расклеил приказ Колчака, запрещавший брать что-либо у крестьян без оплаты.

Командир квартировавшего в селе отряда сорвал приказ и велел выпороть старосту «за неуважение к власти».

«Забывая, что война ведется на русской земле и с русскими людьми, военачальники, пользуясь своими исключительными правами, подвергали население непосильным тяготам в одном Шадринском уезде было отобрано у крестьян около 5000 лошадей и повозок – и мы поймем, что никто не «обольшевичился», но все крестьяне проклинали власть, которая причинила им столько бедствий», – отмечал Гинс.

Неудивительно, что мобилизованные в ряды белых сибирские крестьяне не стали надежными солдатами, какими они были на фронте Первой мировой.

17 июля части 26-й красной дивизии перешли в наступление, обошли с севера Миасс, вынудили отойти полки Волжского корпуса Владимира Каппеля и двинулись южнее Челябинска. Белые выдвинули на угрожаемое направление два резервных полка, чем замедлили продвижение красных частей.

Кроме того, с севера фланг белых охватывала переданная в 5-ю армию 5-я стрелковая дивизия соседней 3-й армии. 24 июля передовые части 27-й стрелковой дивизии Красной армии ворвались в Челябинск, это стало катализатором восстания городских рабочих. Уличные бои в городе продолжались два дня, белые окончательно оставили город лишь к вечеру 25 июля.

Однако относительно медленное продвижение красных, отсутствие выехавшего в штаб Восточного фронта командарма Тухачевского и слабая деятельность разведки создали острую ситуацию.

Белое командование сосредоточило на флангах 5-й армии две группировки, намереваясь нанести сильный контрудар.

Дмитрий Лебедев сумел настоять на отправке неподготовленных резервов на фронт и их использовании для наступления.

25–26 июля северная ударная группа белых под командованием генерала Сергея Войцеховского (8-я Камская и 13-я Сибирская дивизии и Ижевская бригада) перешла в наступление и продвинулась на 15–20 км, прервав железную дорогу на Екатеринбург и глубоко охватив занявшую Челябинск центральную группировку красных; части 35-й дивизии и одной из бригад 27-й понесли серьезное поражение. Одновременно активные действия начал находившийся южнее Челябинска корпус Каппеля, а отступившая восточнее Челябинска группа генерала Владимира Косьмина перешла в контратаку.

Красные оказались в критическом положении, но белые, в свою очередь, недооценили опасность, исходившую для северной ударной группы от находившейся на ее правом фланге 5-й стрелковой дивизии красных.

Решающими факторами, повлиявшими на исход сражения, стали лучшее понимание красным командованием сложившейся обстановки, умение рисковать и использовать местные ресурсы и, наконец, более высокий боевой дух красных частей.

Начальник 27-й дивизии Александр Павлов, не дожидаясь возвращения командарма, провел совещание с начдивом соседней 26-й дивизии Генрихом Эйхе, где командиры решили, прикрывшись заслоном от малоактивного Волжского корпуса и мобилизовав на защиту Челябинска городских рабочих, сосредоточить главные силы против группы Войцеховского. Кроме того, вернувшийся из штаба фронта Тухачевский добился, чтобы еще одна дивизия 3-й Красной армии, 21-я стрелковая, нанесла удар с фланга, выходя в тыл Войцеховскому.

В ситуации, когда окружение грозило и белым, и красным, у красного командования и рядовых бойцов оказались крепче нервы: белые полки по привычной боязни противника в тылу врага или нежеланию сражаться начали отход, причем подавляющее большинство солдат 13-й Сибирской дивизии, на которую возлагалось немало надежд, перешли на сторону красных.

Под угрозой окружения генерал Войцеховский 3 августа вынужден был начать отход. Отступили на восток и другие соединения. Попытка ставки Колчака перехватить инициативу и вернуть Челябинск потерпела крах.

Потери белых составили около 4500 человек убитыми и ранеными и около 8000 пленными, красные потеряли 2900 убитыми и ранеными и 900 – пропавшими без вести.

После этого белые армии были окончательно оттеснены в Сибирь и почти лишились шанса влиять на ситуацию на других фронтах Гражданской войны. Кроме того, белые израсходовали резервы, которые могли пригодиться им в дальнейшем.

Попытки новых мобилизаций для восстановления боеспособности частей привели к новой серии восстаний в колчаковском тылу. Прошло менее полугода, и в январе 1920 г.

Колчак оказался в плену красных и вскоре был расстрелян, что символизировало крах белой армии на востоке.

Источник: https://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2019/07/14/806536-chelyabinskii-razgrom-kolchaka

Борьба Советской страны против нового наступления международной и внутренней контрреволюции. Разгром главных сил Колчака

Наступление Колчака и его разгром.

Борьба Советской страны против нового наступления международной и внутренней контрреволюции. Разгром главных сил Колчака

Провал интервенционистских планов Антанты заставил империалистов попытаться дипломатическими мерами прикрыть подготовку новых антисоветских выступлений, создать видимость своего миролюбия. 22 января 1919 г. было опубликовано обращение президента США ко всем воюющим группам в России с приглашением прибыть па Принцевы острова для переговоров об установлении между ними мира.

Со стороны империалистов Антанты это был маневр, рассчитанный на узаконение контрреволюционных режимов в различных районах России и расчленение страны на части.

Выдвигая идею созыва конференции, они надеялись выиграть время, необходимое для укрепления сил внутренней контрреволюции в России и интервенционистских войск с целью подготовки их к новому наступлению против Советской власти.

Советское правительство не получило официального приглашения на эту конференцию. Тем не менее 4 февраля 1919 г. Наркоминдел передал по радио ноту правительствам Англии, Франции, Италии, США и Японии, в которой выражалось согласие принять участие в предполагаемой конференции.

Этот дипломатический шаг Советского правительства обескуражил империалистов, рассчитывавших на отказ Советской России от участия в конференции, что дало бы им возможность изобразить республику Советов агрессором, а себя — миротворцами.

Все белогвардейские «правительства» отказались от участия в конференции, и она была сорвана.

Весной 1919 г. объединенные силы интервентов и внутренней контрреволюции начали новое наступление против Советской республики. Это наступление, как и предыдущие антисоветские вооруженные действия, было подготовлено и проводилось под руководством Антанты.

Однако по своим масштабам оно было более широким.

Для участия в этом наступлении привлекались армии русских белогвардейцев (Колчака, Деникина, Юденича, Миллера), а также войска буржуазных государств Прибалтики, буржуазно-помещичьей Польши, Финляндии, Чехословакии, Сербии, Греции, Румынии и, наконец, собственные войска Антанты.

Общая численность войск малых государств, которые предполагалось использовать, по подсчетам Военного комитета Антанты, составляла как минимум 600—650 тыс. солдат и офицеров, а белогвардейцев — около 370 тыс. человек. Численность собственных войск союзников в России определялась в 310 тыс. человек.

Таким образом, вооруженные силы, предназначенные для весеннего наступления против Советской республики, должны были насчитывать более 1,3 млн. человек.

Это была новая попытка империалистических держав в союзе со всеми буржуазными государствами, созданными на окраинах бывшей Российской империи, а также в союзе с Колчаком, Деникиным и прочими задушить рабоче-крестьянскую республику '.

Основную ставку в борьбе против Советской власти Антанта на сей раз сделала на Колчака. Он имел многочисленную армию, захватившую огромную территорию Сибири и Дальнего Востока.

Успешное наступление Колчака позволило бы соединить силы северной, восточной и южной контрреволюции для концентрического наступления на жизненные центры страны. Колчаку была отведена роль главной ударной силы в новом наступлении.

Операции войск Колчака должны были проходить под контролем французского генерала Жанена. Организация снабжения войск Колчака поручалась английскому генералу Ноксу.

К началу наступления войска Колчака состояли из четырех армий (Сибирской — под командованием чехословацкого генерала Гайды, Западной — генерала Ханжина, Оренбургской — атамана Дутова, Уральской — генерала Толстова) и так называемой Южной группы войск генерала Белова. Непосредственно на фронте Колчак сосредоточил войска общей численностью 130—145 тыс. солдат и офицеров с 1300 пулеметами и 211 орудиями.

Армиям Колчака противостояли советские войска Восточного фронта, в состав которого входило шесть армий общей численностью немногим более 100 тыс. штыков и сабель с 1882 пулеметами и 3774 орудиями.

На южном крыле фронта (оренбургском и уральском направлениях) сосредоточились 4-я и Туркестанская армии, составлявшие Южную группу войск Восточного фронта (образована 5 марта 1919 г.). Командующим группой и одновременно командующим 4-й армией был М. В. Фрунзе. Туркестанской армией командовал Г. В. Зиновьев.

К северу от этих войск действовали 1-я армия под командованием Г. К. Гая, 5-я армия — М. Н. Тухачевского, 2-я армия — В. И. Шорина и, наконец, на северном крыле фронта была сосредоточена 3-я армия под командованием А. С. Меженинова. 15 февраля 1919 г. Колчак дал директиву о подготовке белогвардейских войск к наступлению.

Нанесение главного удара возлагалось на Западную армию генерала Ханжина. 3 марта 1919 г. она перешла в наступление. Главный удар Западная армия наносила в направлении на Уфу. Уфимский район — ключ к уральским перевалам, ведущим в Сибирь,— имел большое оперативное значение для обеих воюющих сторон.

В центре Восточного фронта разгорелось ожесточенное сражение. Советские войска 5-й армии в ходе тяжелых оборонительных боев, потеряв убитыми и ранеными около половины своего личного состава, были вынуждены отступить. 13 марта враг занял Уфу и станцию Чишмы.

Тяжелые бои в уфимском районе шли и в апреле. Героически сражались войска 26-й и 27-й дивизий. Особую стойкость проявили войска группы, которой командовал Г. X. Эйхе. На помощь советским войскам пришли уфимские рабочие. По призыву Уфимского комитета партии рабочие создали отряд в составе около 3 тыс. добровольцев.

Успехи белогвардейцев активизировали внутреннюю контрреволюцию в тылу советских войск Восточного фронта. В начале марта вспыхнули мятежи в Сызранском, Сенгилеевском, Симбирском уездах Симбирской губернии и в ряде уездов Самарской губернии, 7 апреля начался мятеж в Воткинске. Организаторами мятежа были эсеры.

10 апреля враг занял Сарапул и Бугульму. На следующий день белоказачья Оренбургская армия Дутова овладела Актюбинском, прервав связь Советской страны с Туркестаном.

В руки противника попали большие запасы хлеба, заготовленного в Сибири и в Поволжье.

Опьяненный успехами, враг свой основной удар направил на Самару, рассчитывая соединиться с войсками Деникина, а потом объединенными силами ударить на Москву.

Войска Восточного фронта были ослаблены и утомлены непрерывными осенними и зимними боями 1918—1919 гг. Это было одной из важнейших причин их неудач.

Неблагоприятно отразились на советских войсках Восточного фронта и колебания среднего крестьянства Сибири в начале 1919 г. Введенная Советской властью продразверстка в январе 1919 г. сильно ущемляла его интересы.

Среднее крестьянство Сибири было более зажиточным, чем крестьянство средней полосы России, а кулачество — более многочисленным; оно оказывало и большее влияние на середняков.

«Диктатура пролетариата,— писал В. И. Ленин,—не понравилась крестьянам особенно там, где больше всего излишков хлеба, когда большевики показали, что будут строго и властно добиваться передачи этих излишков государству по твердым ценам. Крестьянство Урала, Сибири, Украины поворачивает к Колчаку и Деникину» *.

Весной 1919 г. серьезно ухудшилось военное положение и на юге Советской страны, где развернулось наступление белогвардейских войск Деникина, насчитывавших более 100 тыс. человек.

Советские армии Южного фронта в ожесточенных боях, длившихся 2,5 месяца, к середине марта разгромили основные силы белоказачьей армии Краснова и остановились на линии Северный Донец, Донбасс, Сальские степи, войдя в непосредственное соприкосновение с войсками Деникина. 11-я и 12-я армии под натиском превосходящих сил белогвардейцев вынуждены были отойти к Астрахани. В состав Южного фронта входили 8-я, 9-я, 10-я, 13-я армии. Командовал фронтом В. М. Гиттис.

В конце марта 1919 г. войска Южного фронта готовились к наступлению для освобождения Донбасса. Однако враг опередил их. Белогвардейский корпус Покровского нанес удар по войскам 8-й армии, действовавшим восточнее Луганска. Завязались тяжелые бои, в которых 8-я армия несла большие потери.

9-я армия начала наступление с целью облегчить ее положение, форсировала Северный Донец и захватила плацдарм в районе станиц Каменской и Калитвенской. В это время в тылу 9-й армии вспыхнул контрреволюционный казачий мятеж с центром в станице Вешенской.

На подавление мятежа пришлось отвлечь часть сил 8-й и 9-й армий.

Воспользовавшись этим, конный корпус Шкуро при поддержке других белогвардейских сил прорвал позиции советских войск и подошел с юга к Луганску. Войска Красной Армии совместно с рабочими Луганска героически обороняли город.

Но противостоявшие Южному фронту силы Деникина, особенно на Донбасском участке, непрерывно возрастали. В этот трудный момент находившиеся в оперативном подчинении 8-й армии анархистские отряды Махно, состоявшие в основном из кулацких элементов, открыли врагу фронт.

Деникин захватил инициативу в свои руки.

Тяжелые вести поступали в эти дни и с Западного фронта, войсками которого командовал Д. Н. Надежный. 3 марта 1919 г., почти одновременно с наступлением Колчака, перешла в наступление в районе Либавы немецкая 70-тысячная армия генерала фон-дер-Гольца.

Одновременно над Латвией нависла угроза с севера. Еще в начале 1919 г. белоэстонская армия при поддержке английского флота, а также финских, шведских и датских контрреволюционных добровольческих частей вытеснила советские войска из Эстонии.

В феврале — марте враг предпринял наступление против Советской Латвии.

В середине марта перешли в наступление и войска Пилсудского в Белоруссии. Ценой больших потерь Белорусско-Литовской советской армии удалось временно приостановить это наступление. Однако в апреле обстановка на Западном фронте еще более осложнилась.

Сосредоточив большие силы, противник нанес удар в направлении на столицу Литовско-Белорусской республики Вильно. Вместе с другими советскими частями Вильно мужественно защищали отряды польских интернационалистов.

21 апреля после трехдневных оборонительных боев советские войска вынуждены были оставить город.

Организация отпора врагу

Над Советской страной нависла грозная опасность. Борьбу пришлось вести одновременно на востоке, юге, западе и севере. На стороне интервентов и белогвардейцев было значительное превосходство в экономических ресурсах и военных силах. Успех обороны Советской республики во многом зависел от правильного определения главного, решающего фронта.

На основе всестороннего учета сложившейся обстановки, соотношения борющихся сил Центральный Комитет РКП (б) и В. И. Ленин определили, что Колчак и действовавшие с ним войска интервентов на востоке страны представляют главную опасность, что Восточный фронт является главным фронтом республики. 10 апреля 1919 г. В. И.

Ленин в письме петроградским рабочим указывал, что на Восточном фронте «решается судьба революции» '.

Однако советское командование не располагало свободными резервами, которыми можно было бы усилить Восточный фронт. Требовалась срочная мобилизация людских и материальных ресурсов в стране.

За несколько дней до начала наступления Колчака, 1 марта 1919 г., был объявлен призыв в Красную Армию трудящихся 1899 г. рождения. Эта мобилизация дала Красной Армии пополнение более 255 тыс. человек.

Затем последовали новые мобилизации.

В. И. Ленин разработал широкую программу разгрома сил контрреволюции на Востоке страны, изложив ее в «Тезисах ЦК РКП (б) в связи с положением на Восточном фронте». 11 апреля они были утверждены Организационным бюро ЦК партии.

ЦК партии потребовал, чтобы все организации РКП (б) и профсоюзы приняли необходимые меры для привлечения более широких слоев рабочего класса к активному участию в обороне страны. В прифронтовых районах предлагалось осуществить поголовное вооружение всех членов профсоюзов.

В тезисах ЦК РКП (б) говорилось о необходимости обратить самое серьезное внимание на усиление агитации, особенно среди мобилизуемых и красноармейцев. Предлагалось заменить в учреждениях всех мужчин-служащих женщинами, ввести для всех членов профсоюзов специальные карточки для отметок о личном участии каждого в деле помощи Красной Армии.

Важное значение приобрела работа в деревне. ЦК партии предложил наряду с мобилизацией в Красную Армию усилить продовольственную работу в деревне.

«Надо напрячь все силы,— говорилось в тезисах ЦК,— развернуть революционную энергию, и Колчак будет быстро разбит. Волга, Урал, Сибирь могут и должны быть защищены и отвоеваны».

Особое значение ЦК партии придавал мобилизации петроградских рабочих. 10 апреля 1919 г. В. И. Ленин обратился с письмом к рабочим Петрограда. «Мы просим питерских рабочих,— писал он,— поставить на ноги все, мобилизовать все силы на помощь Восточному фронту» '.

И апреля 1919 г. В. И. Ленин выступил с докладом на пленуме ВЦСПС о задачах профсоюзов в связи с мобилизацией на Восточный фронт.

13 апреля 1919 г. пленум ЦК партии по докладу В. И. Ленина принял решение максимально укрепить Восточный фронт коммунистами. Особое внимание было обращено на 3-ю армию, которая в предыдущих боях понесла тяжелые потери.

ЦК РКП (б) направил во многие губернии своих уполномоченных для оказания помощи местным партийным и советским органам в проведении мобилизации трудящихся. В Воронежскую губернию был командирован К. С. Еремеев, в Тверскую — Д. И. Курский, в Костромскую — А. В.

Луначарский, в Тамбовскую — В. Н. Подбельский, в Нижегородскую — Н. А. Семашко, в Калужскую — Ем. Ярославский, во Владимирскую — Н. В. Крыленко. Для проведения мобилизации в уездах и волостях ЦК послал 800 слушателей Пролетарского университета и Центральной школы советской работы.

29 апреля 1919 г. в восточные и северные районы страны выехал агитационно-инструкторский поезд «Октябрьская революция». Коллектив агитпоезда возглавлял председатель ВЦИК М. И. Калинин.

Цель поездки состояла в том, чтобы выяснить на месте важнейшие крестьянские нужды, укрепить советский аппарат.

В эти суровые дни, как это уже не раз бывало, пример преданности делу революции показали рабочие Петрограда. Они горячо откликнулись на зов партии и правительства. В течение трех месяцев (с апреля по июнь) Петроград послал на фронты Советской республики 7 тыс. коммунистов.

Со всех концов Советской России направлялись отряды рабочих, коммунистов, комсомольцев на Восточный фронт. Туда же двигались эшелоны с пополнениями, вооружением, боеприпасами, продовольствием. Напряжение борьбы нарастало. Советские войска готовили решительный удар по врагу.

26 апреля 1919 г. было принято постановление ВЦИК «О призыве среднего и беднейшего крестьянства к борьбе с контрреволюцией». 30 апреля ВЦСПС решил поддержать инициативу Петроградского Совета о мобилизации не менее 10% членов профсоюзов и распространить этот почин на все губернии. Совет обороны объявил о призыве в Красную Армию трудящихся 1900 г. рождения.

Решением ЦК РКСМ была объявлена всероссийская мобилизация комсомольцев на фронт. Все эти мобилизации прошли по-революционному. Всего к 1 июля 1919 г. на фронты было мобилизовано не менее 20 тыс. коммунистов, не считая мобилизованных в прифронтовых районах. В ряды Красной Армии было также направлено не менее 60 тыс. членов профсоюзов.

В прифронтовых районах нередко проводилась мобилизация более половины состава профсоюзных организаций. Вместе с отцами и братьями на фронт ушло 3 тыс. комсомольцев. Всего в тот период было мобилизовано в ряды Красной Армии около 800 тыс. человек. Это позволило значительно усилить и укрепить советские вооруженные силы.

Успехи мобилизационной работы оказались возможными благодаря многосторонней организаторской работе партии и ее боевого штаба — ЦК РКП (б), возглавляемого В. И. Лениным.

Источник: http://www.winstein.org/publ/36-1-0-2271

Разгром колчаковцев в Челябинском сражении

Наступление Колчака и его разгром.

Смута. 1919 год. Челябинская битва закончилась крушением для армии Колчака. Поражение было полным. Последние резервы колчаковцев сложили головы. Только в плен попало 15 тыс. человек.

Решительно обескровленные, утратившие стратегическую инициативу и большую часть боеспособности, белые отступали в Сибирь. Правительство Колчака было осуждено.

Теперь время его существования определялось не силой сопротивления Белой армии, а огромными сибирскими расстояниями.

Бронепоезд «Сибиряк» армии Колчака. Лето 1919 года

Реорганизация Восточного фронта Алой Армии. План дальнейшего наступления

13 июля 1919 года командующий Восточным фронтом РККА был назначен М. В. Фрунзе.

После преодоления Уральского хребта алое командование ввиду развала белого фронта и его сокращения, значительного ослабления армии Колчака, и переброски части сил на Южный фронт произвело реорганизацию в середине и на левом крыле Восточного фронта.

2-я красная армия после успешного завершения Екатеринбургской операции была расформирована. Из её состава фланговые 5-я и 21-я стрелковые дивизии бывальщины переданы соседним 5-й и 3-й армиям. 28-я дивизия выводилась в резерв и затем была отправлена на Южный фронт.

Управление 2-1 армии также переводилось на Полуденный фронт и стало особым управлением группы Шорина, которая должна была атаковать противника на донском направлении (в августе участвовала в контрнаступлении Полуденного фронта; в сентябре на её основе был сформирован Юго-Восточный фронт).

В результате разгром колчаковцев должны были завершить 3-я и 5-я красные армии. 5-я армия Тухачевского должна была завладеть районом Челябинск – Троицк. 3-я армия Меженинова – разбить противника в районе Синарская – Камышлов – Ирбит – Туринск.

3-я армия должны была поддержать в дальнейшем наступление 5-й армии вдоль Сибирской железнодорожной магистрали.

Челябинск был значительным стратегическим и экономическим пунктом – здесь начинался великий Сибирский железнодорожный путь, находились крупные железнодорожные мастерские и угольные накапливай.

Красный бронепоезд №2 «Мститель»

Последняя попытка белых вернуть инициативу

Ставка Колчака также реорганизовало свои расшибленные армии: остатки Сибирской армии были преобразованы в 1-ю и 2-ю армии (тюменское и курганское направления), Западная армия – в 3-ю армию (челябинское курс). Белый фронт возглавил Дитерихс.

Попытка двинуть на фронт Чехословацкий корпус ни к чему не привела, чехословаки полностью разложились, воевать не желали и лишь охраняли награбленное добро.

При этом они захватили лучшие паровозы, подвижный состав, контролировали Сибирскую магистраль, имея преимущественное право движениях своих эшелонов.

Колчаковское командование завело в сражение последние резервы – три дивизии, которые не успели завершить формирование и обучение в районе Омска (11-я, 12-я и 13-я пехотные дивизии). Из военных училищ и школ досрочно выпустили возле 500 человек для отправки на фронт.

Колчаковцы бросили в бой всё, что имели и сделали последнюю попытку вырвать у красных стратегическую инициативу на Восточном фронте. Выполнение этого замысла наметили в зоне Челябинска.

Город был важен для белых как последний пункт находившейся в их руках рокадной железной дороги Екатеринбург – Челябинск, при этом Екатеринбург алые войска уже взяли.

Белая ставка во главе с Лебедевым разработала новый план по разгрому Красной Армии. План понравился и командующему Восточным фронтом Дитерихсу.

Колчаковское командование разрешило использовать тот факт, что после победного завершения Златоустовской операции армия Тухачевского была ещё сильнее обособлена от соседних армий, чем ранее.

5-я армия скоро развивала наступление на челябинском направлении и перевалила через Уральский хребет, в то время как южный фланг Восточного фронта (1-я и 4-я армии) был на уступе назад, при этом находящиеся здесь армии вели наступление на юг и юго-восток, в сторону от операционного направления 5-й армии. Отделенной на арене оказывалась 5-й армия и от северного фланга – 3-й армии, которая из района Екатеринбурга (удаленного от Челябинска на 150 км) вела наступление на тобольском курсе, на фронте Шадринск – Туринск.

Учитывая такую группировку Красной Армии после преодоления Уральских гор, белое командование разрешило разгромить 5-ю армию. Последний резервы выдвигались на правый фланг 3-й армии, создавая Северную ударную группу. На левом фланге основывали ещё одну ударную группу — Южную, в количестве трёх дивизий 3-й армии.

Чтобы ещё больше улучшить ситуацию на фронте белогвардейцы очищали столь значительный Челябинский узел, заманивая 5-ю красную армию в западню и подставляя её под удар фланговых группы 3-й белой армии. Северная ударная группа под начином Войцеховского (16 тыс.

человек) должна была перерезать железную дорогу Челябинск – Екатеринбург, и наступать на юг. Южнее наносила удар группа Каппеля (10 тыс. человек), какая должна была перехватить магистраль Челябинск – Златоуст, прорваться на соединение с группой Войцеховского. Сковывающая группа генерала Косьмина (возле 3 тыс.

человек) вела фронтальные бои на линии железной дороги.

При успехе операции Белая армия окружала и уничтожала ударные мочи 5-й красной армии, наносила поражение оставшимся силам Тухачевского, деморализованным челябинским погромом. Далее белые выходили во фланг и тыл 3-й алой армии.

В результате белогвардейцы могли вернуть линию Златоуст – Екатеринбург, Уральский рубеж, и продержаться на нём по получения помощи Антанты, пока основные мочи красных будут связаны боями с армией Деникина на Юге России.

На бумаге всё было красиво.

Однако проблема была в том, что и белоснежные, и красные были не такими как раньше. Колчаковцы были разгромлены и деморализованы, их армия находилась на стадии разложения. Красная Армия, навыворот, значительно повысила свой боевой дух, боеспособность (в том числе и при помощи специалистов бывшей царской армии), наступала.

Сильная 5-й алая армия, опираясь на ресурсы большого города – Челябинска, не запаниковала под угрозой окружения и не бросилась наутёк, как было раньше с алыми частями. Она приняла сражение на равных.

А красное командование немедленно приняло меры: Фрунзе двинул дивизию из резерва, 3-ю алую армию немедленно повернули во фланг северной группе Войцеховского.

Кроме того, перед началом Челябинской операции командование 5-й армии в связи с тем, что 3-я армия вела наступление на тобольском курсе, усилило группировку своих сил на левом фланге и это позволило войскам армии Тухачевского встретить удар Северной группы белоснежных в наиболее выгодной ситуации.

Источник карты: http://башкирская-энциклопедия.рф

Челябинское сражение

Наступление 5-й армии на челябинском направлении завязалось 17 июля 1919 г. Белогвардейцы держали оборону на рубеже озёр Чебаркуль – Иртяш. 20 июля красные прорвали оборону противника и раскрутили наступление на Челябинск.

Белые отступали, одновременно перегруппировали свои силы и готовились к контрнаступлению. 23 июля части 27-й дивизии отправь на штурм Челябинска и 24-го взяли его. Особенно упорно за город дрался белосербский полк.

Белый гарнизон Челябинска потерял вяще полвины своего состав, а полк белосербов прекратил своё существование. В самый разгар боя за город в тылу колчаковцев поднялись рабочие. Так, рабочие-железнодорожники один бронепоезд белых загнали в тупик, а другой спустили с рельс.

Эти бронепоезда достались красным. После взятия города тысячи пролетариев вступили в ряды Красной Армии.

На южном фланге 5-й армии, где наступала 24-я стрелковая дивизия, также велись боевые поступки.

Белое командование предпринимало меры, чтобы обеспечить левый фланг своей 3-й армии и сохранить связь с Южной армией Белова, так как продвижение алых на Троицк, Верхне-Уральск грозило отрезать армию Белова от остальных колчаковских армий.

В район Верхне-Уральска для помощи действовавшим там долям белых была направлена 11-я Сибирская дивизия. Командующий Южной армией Белов направил на Верхне-Уральск все силы и резервы, чтобы разгромить алых. На подступах к городу шли ожесточенные бои. Колчаковцы неоднократно контратаковали.

В сражении 20 июля советский 213-й полк потерял 250 человек и тяни командный состав. Белогвардейцы понесли ещё большие потери. В решающем бою в районе Рахметова 208-й и 209-й полки 24-й дивизии разгромили 5-ю дивизию белоснежных, захватили штаб дивизии вместе с командиром дивизии и начштаба.

После семидневных упорных боев, окончательно сломив сопротивление колчаковцев, 24 июля наши армии заняли Верне-Уральск. Разбитый противник отступил на восток и юго-восток.

4 августа красные заняли Троицк, что создало угрозу тыловым извещения Южной армии белых.

Армия Белова вынуждена была оставить оренбургское направление и начать отступление на юго-восток, теряя связь с прочими армиями колчаковского фронта.

После падения Челябинска перешли в контрнаступление фланговые ударные группы колчаковцев. Поначалу операция развивалась успешно. Нордовая ударная группа 25 июля Войцеховского нанесла удар в стык 35-й и 27-й дивизий, глубоко вклинилась в их расположение. Упорные бои шли в зоне ст. Долгодеревенская. В этот же день на Челябинск начала наступление группа Косьмина.

Южная группа Каппеля, которая начала наступление на несколько запоздалее, теснила 26-ю дивизию. Два бронепоезда белых, которые должны были пробиться в сторону Полетаево, не смогли выполнить поставленную задачу и отступили к Троицку. Алые войска приняли бой. Командование 5-й армии быстро приняло ответные меры.

5-я и 27-я дивизии должны были разгромить северную группу противника. Этот маневр зависел от устойчивости 26-й дивизии, какая сдерживала натиск группы Каппеля. Если бы белые сломили сопротивление 26-й дивизии, то всё наступление было бы сорвано. Эту задачу полки 26-й дивизии беззаветно выполняли несколько дней, колчаковцы временами прорывались в предместья Челябинска.

Но красноармейцы устояли. Корпус Каппеля свою задачу не выполнил.

Нордовее Челябинска группа Войцеховского 27 июля прорвала фронт и вышла к железной дороге от станции Есаульской и Аргаяша. Белогвардейцы поворотили на юг. 28 июля ситуация была критической, белые заняли селение Медияк (35 км западнее Челябинска) и стали сходить в тыл красным войскам, которые находились в городе. Для создания «котла» в Челябинске колчаковцам оставалось пройти ещё 25 км.

Одновременно белоснежные штурмовали Челябинск с востока. Они вышли к северной окраине города. Красноармейцы с трёх сторон окопались и отбивали атаки противника. Колчаковское командование кинуло в бой всё, что имело. Их части просто перемалывались в челябинской мясорубке. Обе стороны несли большие потери. Но красные могли их компенсировать.

Лишь в одном Челябинске мобилизовали почти целую дивизию.

29 июля 1919 г. в яростной битве произошёл перелом. Белое командования надеялось, что в их прок. «Сегодня, — писал в приказе Дитерихс, — 3-я армия должна нанести решительный удар Челябинской группе алых». Этот день действительно стал решающим, но в пользу красных. Начали сказываться действия советского командования.

Получив известие о контрударе противника в зоне Челябинска, Фрунзе приказал войскам 3-й армии нанести удар во фланг и тыл Уральской группе белых в общем направлении на Нижне-Петропавловское. Эта задача была возложена на 21-ю стрелковую дивизию.

Её продвижение на Нижне-Петропавловское облегчило поза войск 5-й армии в районе Челябинска.

Также командование 5-й армии произвело перегруппировку войск и сформировало ударную группу (8 полков с артиллерией) для отпора группе Войцеховского. Ударная группа была скоплена в районе деревень Першин, Щербаки и Медияк (10 – 25 км северо-западнее Челябинска).

29 июля она перешла в наступление и в ожесточенном бою расшибла полки белых, включая ударный 15-й Михайловский, продвинулась на север на 10 – 15 км. В этот же день контратаковали красные части нордовее и восточнее Челябинска. Колчаковцы дрогнули и отступили на восток.

30 июля войска 35-й, 27-й и 26-й дивизий закрепили и развили этот успех. Прорыв белоснежных был полностью ликвидирован. Также на северном фланге развивала наступление 5-я дивизия, которая наносила удар во фланг и тыл группы Войцеховского. Битва сделалась превращаться в разгром колчаковской армии.

К 1 августу красные наступали по всему фронту, 2 августа разгромленные остатки колчаковских армий повсеместно бежали к Тоболу.

Генерал-майор С. Н. Войцеховский в 1919 году

Катастрофа Белой армии

Таким образом, Челябинская операция завершилась целой катастрофой для белых. Колчаковский план по созданию челябинского «котла» потерпел крах. Не считая убитых и раненых, Западная армия утеряла только пленными 15 тыс. человек. 12-я пехотная дивизия была полностью уничтожена.

Последние стратегические резервы армии Колчака – 11-я, 12-я и 13-я дивизии, бывальщины израсходованы. Восполнить эти потери белые уже не могли.

В районе Челябинска красные захватили большие трофеи, только на поле боя было взято немало 100 пулеметов, на железной дороге захвачено 100 паровозов и около 4 тыс. груженых вагонов.

Белые потеряли важный Челябинский железнодорожный узел и контроль над заключительнее рокадной железной дорогой Троицк – Челябинск – Екатеринбург. Почти одновременно со взятием Челябинска красные взяли Троицк (основная база Южной армии), то есть колчаковский фронт был разрезан на две части.

Остатки 1-й, 2-й и 3-й армий отступили в Сибирь, Уральская и Полуденная армии – в Туркестан. Армия Колчака была деморализована, обескровлена, утратила большую часть боеспособности и инициативу. Белые утеряли Уральский рубеж и отступили в Сибирь. Красная Армия завершила освобождение Урала.

Ставка Запада на армию Колчака была колочена.

Освобождение Урала имело для Советской России огромное значение. Красная Армия заняла огромную территорию с большим народонаселением, развитой промышленной базой, источниками сырья и железными дорогами.

Советская республика была в то время отрезана почти от всех ключей сырья, испытывала огромную потребность угле, железе и цветных металлах. Красные получили мощную промышленность Урала: железо, чугун, медь, оружие Ижевского, Воткинского, Мотовилихинского и др. заводов.

Народонаселение Урала пополнило Красную Армию. Только с октября по декабрь 1919 г. под ружье на Урале поставили более 90 тыс. человек. В это же пора партийные и профсоюзные организации дали армии более 6 тыс. человек.

Общее число добровольцев и мобилизованных на Урале с лета по декабрь 1919 г. составило возле 200 тыс. человек.

Источник

Источник: http://imperhans.ru/porazhenie-kolchakovcev-v-chelyabinskom-srazhenii/

Легенда о колчаковском золоте – Александр Назаренко (Лукьяненко) — КОНТ

Наступление Колчака и его разгром.

После свержения любого политического режима (в результате войны или революции) победители после краткой эйфории начинают интересоваться, где деньги побежденных? И сколько бы их не нашли, всегда остается подозрение, что это отнюдь не все. До сих пор ищут золото КПСС, живы легенды о набитых сокровищами секретных тайниках III рейха.

Время от времени всплывает история и об исчезнувшем колчаковском золоте. Эта легенда особенно живуча, поскольку имеет под собой твердую историческую основу. Никто из историков не сомневается, что колчаковское золото было. Но вот куда оно делось? Его ищут в заброшенных шахтах, в подвалах американских, британских и японских банков и даже на дне Байкала.

Будем искать его и мы.

Золото империи

Пришедшему к власти в феврале 1917 года Временному правительству достался золотой запас Российской империи в сумме 1096 млн. рублей, а точнее 850 тонн. Однако в Петрограде этого золота не было. Часть лежала в западных банках в качестве обеспечения кредитов, а часть еще с довоенных времен была распределена среди банков крупных губернских городов.

Хранившаяся в Петрограде часть золотого запаса еще в начале 1915 года ввиду приближения фронта была вывезена в Казань, бывшей тогда глубоким тылом. После Октября 1917 года туда же, в Казань, было вывезено золото из Госбанков Воронежа, Тамбова, Самары, Курска, Могилева и Пензы. К лету 1918 года в Казани находилась почти половина золотого запаса Российской империи.

Летом 1918 года тыловая Казань оказалась в самом эпицентре Гражданской войны. 8 июня 1918 года Красная Армия оставила Самару. 21 июля пал Симбирск.

Части восставшего чехословацкого корпуса совместно с войсками Комуча под командованием Каппеля приближались к городу.

Из Москвы прилетела телеграмма с указанием вывезти золотой запас, но успели вывезти только 100 ящиков. 7 августа Казань была взята.

Утром 8-го, когда Каппель осуществлял ревизию захваченных военных складов, к нему прибежал вестовой. Запыхавшийся юнкер сообщил, что в Казанском банке обнаружен золотой запас Российской империи.

Каппель решил, что юнкер что-то перепутал, но отправился в банк.

Служащий банка замахал руками: «Что Вы, что Вы! Не золотой запас России, а только его ЧАСТЬ — всего-навсего 500 тонн на сумму в 650 миллионов рублей».

Каппель направил телеграмму в Самару и получил указание вывезти золото. К пристани подошли пароходы.

Здесь белые столкнулись с проблемой: на чем перевезти 500 тонн груза? Времени для организации перевозки было в обрез: красные уже обстреливали город, их аэропланы бомбили Казань.

Каппель решил проблему изящно, подогнав к банку городские трамваи. 18 августа от пристани отчалил последний, пятый пароход.

По мере того, как Красная Армия продвигалась на восток, перемещалось и золото. Из Самары оно было перевезено в Уфу, а в октябре 1918 года оно оказалось в Омске. 18 ноября Колчак был объявлен Верховным правителем России, и золото стало «колчаковским».

Это были 490,448 тонн золота в слитках и монетах: германских марках, испанских альфонсах, английских соверенах, американских долларах, французских и бельгийских франках, японских иенах, греческих драхмах и экзотических чилийских кондорах на общую сумму 651,532млн.

рублей.

Сформированный «золотой эшелон» из 40 спецвагонов (плюс 12 вагонов охраны) находился постоянно при Колчаке и в январе 1920 года вместе с Колчаком был выдан чехами и союзниками эсеро-меньшевистскому Политцентру, а те передали все большевикам.

В эшелоне нашли золота на 409,625 млн руб. Вот эта разница в 241,695 млн. (182 тонны) между тем, что досталось Колчаку и тем, что вернулось большевикам, и есть пропавшее «золото Колчака», которое ищут. Куда же подевались 182 тонны? Итак, начинаем.

Гражданская война

Первоначально Колчак всячески противился любым предложениям пустить золото в оборот. Он рассматривал его как государственное достояние, судьбу которого должно решить Учредительное собрание после победы.

Однако день победы и близко не просматривался, а война ежедневно требовала денег, денег и еще раз денег.

Помощь союзники оказывали нерегулярно, давали что считали нужным, а не что просили и… требовали денег!

В марте 1919 года было принято решение «распечатать золотую кубышку» и 10 марта 1919 года первый «золотой эшелон» отправился во Владивосток, откуда его можно было транспортировать за границу. Решение принималось с трудом. Красные партизаны, зеленые, хунухзы — нападения на составы совершались регулярно.

Особенные опасения вызывал читинский участок — территория атамана Семенова, на словах подчинявшегося Колчаку, а на самом деле создавшего в Забайкалье свою независимую бандитскую республику. Эшелон отправили под английским флагом, уповая на то, что поезд Антанты Семенов грабить не рискнет. За ним пошел второй, третий. Всего во Владивосток прибыли 4 эшелона.

Иностранные банки Владивостока дрались между собой за право купить российское золото. Так что продавалось оно отнюдь не по бросовым ценам. Вырученные средства перечислялись на счета частных компаний, отправлявших во Владивосток корабли с оружием, обмундированием, амуницией.

Разумеется, все проходило по финансовым счетам.

Учитывалась каждая монета, каждый слиток и большевики, захватившие Верховного правителя вместе с золотым эшелоном и отчетной документацией, имели точное представление, сколько денег куда, кому и за что было заплачено, и сколько осталось на заграничных счетах представителей Колчака.

Без воровства, конечно же, не обошлось. Кражи фиксировались, составлялись акты: выпали из промокшего мешка и исчезли 5 золотых пятирублевок; разрезали мешок и украли 115 германских золотых монет; при погрузке пропал ящик с золотом (60 тыс.

рублей); во время перегона вскрыли вагон и вынесли 13 ящиков с золотом (780 тыс. руб., кражу обнаружили на станции с символическим названием Тыреть).

Все эти суммы, значительные для отдельного индивидуума, на «сокровища Колчака» не тянут ну никак.

Золото атамана Семенова

В сентябре 1919 года, когда Красная Армия перешла в наступление и стало ясно, что Колчаку не устоять, атаман Семенов перестал даже для видимости считаться с Верховным Правителем России и захватил шедший во Владивосток 5-й «золотой эшелон» стоимостью 43,5 миллиона рублей.

Семенов как истинный казак канцелярщину не уважал и бумаг оставил гораздо меньше, чем Колчак.

Но можно точно сказать, что 29 миллионов Семенов потратил на содержание своей армии, 7 отдал барону Унгерну (тот носился с идеей поднять монголов на борьбу с III Интернационалом).

Оставшиеся деньги были положены в японский банк, который счет арестовал. В 1929 году незначительная часть суммы была выдана Семенову, а все остальное – представителям Врангеля.

В итоге, сверив финансовые документы колчаковского министерства финансов, можно с абсолютной уверенностью сказать, что на Дальнем Востоке сокровища Колчака искать бесполезно. А что на Западе?

После Гражданской войны

К концу 1919 года от «золота Колчака» остались крохи. Но эти «крохи» исчислялись миллионами. Все они лежали на счетах колчаковского правительства в иностранных банках. Будущее этих денег было неясным. Министр финансов Колчака Павел Бурышкин опасался, что после неминуемого разгрома на них будет наложен арест.

И тогда он принял единственно возможное решение: перевел все средства на счета частных лиц, уверенный, что на священную частную собственность Запад руку не подымет никогда.

Были выбраны три доверенных человека — финансовые агенты за границей: Конрад Евгеньевич фон Замен (Великобритания), Сергей Антонович Угент (США), Карл Карлович Миллер (Япония).

(Захватившие архивы Колчака большевики даже точно знали, кому сколько досталось, и на Генуэзской конференции 1922 года заявили свои права на эти суммы. Естественно, банки «священную корову» — частную собственность большевикам на заклание не отдали.)

Оказавшись владельцами гигантских сумм, Замен, Угент и Миллер в течение долгих лет тратили средства в целях Белого движения, ведя учет расходов, готовые в любой момент отчитаться за каждый доллар, каждый фунт, каждую иену.

Вместе со счетами на сотни тысяч долларов сохранились квитанции на суммы в 5−10 долларов. Самый маленький обнаруженный счет — на 51 цент.

Что для нас кажется просто непостижимым – иметь в своем распоряжении неподотчетные гигантские суммы и не потратить в личных целях ни сантима, ни цента, для них было вполне естественным.

На что тратились деньги?

Ответ на этот вопрос дают пожелтевшие документы в архивах США, Великобритании, Франции, куда в конце концов попали личные бумаги финансистов.

Передавались деньги Деникину и Врангелю на оборону Крыма. Содержались дипломатические учреждения за границей: пока жила вера в победу Белого движения, продолжали работу посольства России во многих странах мира. Когда посольства стали закрываться, сотрудникам выплачивали выходное пособие.

Выделялись средства на помощь русским беженцам за рубежом (только из Крыма эвакуировалось около 150 тыс. человек), на содержание православной епархии в Южной Америке (в начале 20-х годов в Парагвай массово переселялись русские эмигранты — ученые, инженеры.

Парагвайскую армию создали русские офицеры).

Выплачивались пенсии и пособия семьям погибших офицеров и генералов. (Получала пенсию за мужа вдова адмирала Макарова, генерал Деникин получал пособие на детей генерала Корнилова, которых он взял на воспитание.

Выплачивалась пенсия законной вдове адмирала Колчака.) Вносились средства в специальный фонд помощи семьям белых героев Гражданской войны.

Выделялись деньги на содержание домов престарелых, где проводили свои последние годы русские эмигранты, лечебные и образовательные учреждения.

На борьбу с Советской Властью средства не выделялись. Все трое справедливо решили, что это бессмысленная трата денег. Единственно в 1921 году были переведены 100 тыс. долларов на специальный счет помощи восставшему Кронштадту. Но восстание было подавлено так быстро, что деньги до моряков так и не дошли.

В 1943 году Миллер перед смертью передал последние оставшиеся в его распоряжении средства Василию Маклакову, бывшему члену Государственной Думы II, III и IV созывов.

Как и его предшественник, Маклаков вел учет всех расходов, до самого последнего дня своей смерти в 1957 году.

Последний финансовый документ датирован 1957 годом: общежитию бывших сестер милосердия во Франции были выделены деньги на побелку стен.

На этом можно закончить историю о колчаковском золоте. Не зарывал Колчак сундуки в тайге, не существует никакого клада атамана Семенова, не тонул в Байкале «золотой эшелон» и не вывозили чешские легионеры российское золото, чтобы на его основе построить экономическое благосостояние своего государства. А версия, что на российское золото был основан МВФ — это вообще даже не фантастика.

https://www.youtube.com/watch?v=ICp_Pxu_34E

Вполне возможно, что какие-то остатки «золота Колчака» и до сих пор лежат на счетах каких-нибудь банков, только суммы эти отнюдь не гигантские.

www.chronoton.ru/past/zoloto-kolchaka

Источник: https://cont.ws/@sandro61/1589945

������� �������

Наступление Колчака и его разгром.
������ 1919 �. ������� ���������� � ������������� ������ �����. �� ��������� ������, ��� ������������� � ���������� �������� ������� ����, ��������� ��������� ����������. ��������� ��������������� �� ������ ���� ����� 130 ���. ������ � �������� 1300 ��������� � 211 ������.

��� ���� ������� � ������ ��������� ����� �������� ����� (48 ���. ������ � ������), �������� ����� �������� ������� (����� 50 ���. ������ � ������); ����� ��������� ������ �������� ������ (����� 14 ���. ������ � ������); ������������ � ��������� ����� ����������� (����� ������������ �� 13 ���.

������ � 6 ��� ������).

��������� ����� (����������� ������� �. �. �������, ����� ������������� – �. �. ����� � �. �. ������) ���� 101 ���. ������ � ������, 1882 ��������, 374 ������. ����� ����� ���������� ������ (4-�, �������������, 1, 5, 2 � 3-�) ����������� � ������ 1800 �� �� �.

���� �� �������� � ������.

��������� ������� ������� ������� ���� ������ ��������� ����� �� ����� (�����), ������� � ������, ������������ � �������� �������� �������, ��������� �� ������. �������� ����� ������ ���� ��������� �� ���, ������ , �������.

����������� ���������� �� ��������� ������ �������� 4 ����� 1919 �. ������ ��������� ����� � ���� 2-� � 3-� �����. �� ��������� ����� �� ������ ��������� ���� ������: �� 40 ���� ����������� ���� ����� ������� ������ ��� ������������ ����� �� 80 � 130 ��.

����� ������������ ������� ��������� ������ �� �������-��������� �����������, ��� �������� ����� ��������� ���� �������������� ��������� ������������� ������� ��������� ������� 5-� ����� � 14 ����� ������ ���.

������ ����� ������� ����������� ����� ����� �� �������; � 18 �����. �� 1 ������ ����� 5-� ����� ���������� �������� ���� ������� ����� ��� � ������ �������� ��������� �������������.

�������������� �������� �� � ����������� ������.

����� ���������� ������ ��� �������, ��� ���� ��������� �����������. ������ ���������� ������������ � �����, ������� ������ ������������� ��������� ����������.

��������� ����� ����� ���� ������� ������� ����������.

� ����� ����������� �������������� ���������� �������� ���������� ������ ���� ������� ��� ��������� ����������� ������: �������� � �����.

� ������ �������� ������, ������������� �������� �. ����. ����� 2-� � �-� �����. ���������� �������� �������� ������ �.�. �����.

����� ������ �������� �� ����� 4-�, 1-�, ������������� � 5-� �����. ����������� �������� ����� ������ ��� �������� �.�.������, ������� ������������� – �. �. �������� � �. �. ��������.

������������ ���������� ������ ����������� ���� ���������������� ������ ����� �������. ������� ���� �� ���������� ������ ���� ������� ������ ����� ������.

�.�. ������ ����� ������� ������� ���� �� ����� ������������� �������� ����� � ����� � ������� �������� ������� �� ���� ����������� ����������� ������������ � ����� � ���������. ��� �������� � ���������������� ��� ������ �������� ������, ����� ��������� � �������� �������� ���� �������������� ����� � ������������ �������, �� ��� �� ������� � �������.

���������������� ���������� ������ ������ ����� ������� ���� ������������ � 28 ������ �� 19 ���� 1919 �.

���� ����������������: ������� ������� ����������� ���������� � �������� �����, ��������� �������������� �����������, ���������� ������ ������ ����������� � �����, �������� ������� ��� �������� � ����� ����������� �� ���� ��������� ������.

���������� ������ ���� � �������� ��������� ����� ���������� ���� ���������������� �������������� �������� � ��������������, ����������� � ��������.

�������������� �������� (28 ������ – 13 ���) ���� ������������ �������� 1-�, ������������� � 5-� ����� ������� ���� �� ������ �������� �� ����������, �������� �������� ������������� �����.

������ � ���������� ����������� �� ����������� �������� �����, ��������� ������ ����� �� ���� �������� ������. ���������, ������������ ������ ���������. �������� ��� ���������� ����������� � �������� ����� �������� ���� �������� ����� � ��������.

4 ��� ��� ���������� �. ����������, � 13 ��� � ��������.

� ���� ����������� �������� (15�19 ��� 1919 �.) ���� �������� ��������� ��������� �������� ����������� �������� �������. ������������ ������������� ���������� ��� ����������� ����������� ���������� ������.

������������� ������ ����������� ����������� � ����� ������-������������ ���������� ��������� ����������. 29 ��� �. �. ����� �������������� ������������� ���������� ������: ����� �� �� ���� �� ������� �����, �� � ������ ������ ��������� ����������. ��������� ��� ����. …

������� ������������ �� ��������������; ����������� ��������� ������������ ���������; ������� �� ������������.

������, ������������ �. �. ������� ������� ���������� ������, ���� ������ ��������. ������ ����� ������ �������� ������ �������� � ���� ������ �������� �� ���� ������; �� ������� � ����������� ������� � ������ �������� ������.

� ������ � �� ����� ������� � ��������� ��� ������������ ����������� ���������� ������� ������������ ����� ������ ��������� ������ ������������. �, �.

������ ���������� ���� �������� �������������� ��������, ���� �������� �������� � �������� �������� ����������� ����� �������, ������������ �. ����� � ��������� ������� ���.

������� ���� �� ��� �������� ������������� ����� ��� ������������� �. �. ������. ��������������� ����� ������������ �����: 1-� �� ����������� � 5-� �� �����.

�. �. ������ ����� ������������� �������� ������ ������������� ����� �� ������ ������, ����������� �. ����� ����� ���, ������ ����� ����� �������� ����������� ����� � �������� ��������� ���� ������.

�������� �������� �������� 25 ��� 1919 �. � ������������� ����������� ����� �� ����������� �����. ����� 1-�, ������������� � 5-� ����� �� ������ ���� ������ � ����� 120�150 ��, ���������� ��� ��������� �����������, ������� ���������� ������� �� ������� ������������� �����, � 4 ���� ����� � �. �����.

�������������� ����������� ������������� ����� �� ������� ����������� ���� ����� ���. ����� ��������� ���� �������� 25-� ������� (������ �. �. ������, �������� �. �. ��������), ����������� �� ����� ������ �����. ������� � ����, ��������� ������������� ���� ������� �� ����������� ���������� �� ��������� ��������� ������������� ����� �� ��������� ����� � ������ ��������� ��������.

��� �� ��������� ����������� ����� ��������, 26-� ���������� �������, ������� ��������� �� ������ ������ 5-� �����.

����������� ���������� ��������������� ������� ����� ��� ���������� ��������� � ������. 9 ���� ������� ����� ���������� ���. ��������������� ������ � ����������� ���� ���� ��������� �� ������ � ��������� � ��������� ����.

����� ��������� ����� �� ��������� ����� �. ����� �������, ��� �������� ���� ���������������� ����������. �������� ����� ������� ��������� ������� ���������, ����� ���������� ������ �������� �����������, ��������� ��� �������� �� ����� � �����. ���������������� ��������� � ����� ����������� ������ � ������� ����� ����� ���������� ������.

��������� ���� ������ � ��������� ������� �� ������ ����� ������ ���������������� ���������� 4-� � 1-� �����. ������� ������� ��������� � �������� ���� ������ �������� ������ ���������������� ���������� ������.

����� ����������� ����� ���������� ������. ����� ���������� �������� �������� ������ ������� ���� �� ���� ������ ��������� � ��������� �����. ������������ ������������� ���������� ������� � ������� �. �.

������� ���������� ���������� ����������� ����� ���������� ������ � ������� � ������� �� ����������� ������. ����������� ������� ������ ���������� �������� ��� �����������. �. �.

������� ��� ���������� �� ���������� ��������� � �� ���� �������� �������� �. �. �������.

����������� �������� ���������� ������ ���� �. �. ������.

������ ���������� ������ � ������� ���� 1919 �. ������� ��� ����� ��������� ������ ������� � ������� ���� ��������� ����������.

� ������� 1919 �. ������� ����� ���������� � �������� �������������� � ����������� �� ������. ����������� �� ������� ������ ������ ���� ��������� �� ��� ������: ���������. (5-� � 3-� �����) � ������������� (11, 4 � 1-� �����). ����������� �������� ���������� ������ ��� �������� �. �. ����������; �������� �������������� ������ � �. �. ������.

������� ������ ������� ����� ��������� ��������� ���������. ������������ ������, ���������� � ����� ��� ������������� �. ���������, �. �������, �. ���������, �. ��������� � ������ ������ ����������� �� ������, ������������� � ����������� ��������. ������������� �������� ��� ������� ������������� ������������ �����, ��������� �� ����������� � ������������� �������.

� ������ 1920 �. ����� ������� ���� ��������� �����������. ������������ � ����������� ������������ ����������� �������� �����-������������ ����������� � ���������� ������. ������ �������������� ������ ������ 1919 �.

������� ��������� ������� ��������� ��������� �����������, ������������ ����� � ��������� ����������� � ���������� ��� ��������� �������.

������ ������� ����� ��� ������� ������� ����� �������� ������������� � ���������� ��������.

����� ���������� ������ ��� ������ � ��������� ����� ���������� ������ ������� ������������� �������������� ������� �������������� ���� ����� �� ��������� ���������� � �������. ������� ����� �� ������ ���������������� � ������ ����������� ���������� ���� ��������� �������������� � ���������� ������ � ������������� � �������������� ��������� ������ ��������, ����, ������ � ������ ����������.

����� ������������� �����, �����, ��������� � �������������� ���������� ������ ������ � ����� �� ����� �� �������. ��������� ���������� ����� 3 ���. ��.

�������� – “������� �������� ���������”, �., ���������, 1966.

��������� ���������� 18.04.2003 ���

Источник: http://war1960.ru/civilwar/kolchak.shtml

Разгром армий Колчака А.В

Наступление Колчака и его разгром.

В середине сентября противники большевиков провели Уфимское совещание. Главными его участниками были эсеровский Комуч и Сибирское правительство (значительно более правое по настроениям). На совещании было избрано единое правительст­во – Директория – из пяти человек. В него вошли кадеты и эсе­ры.

Однако просущество­вала Директория всего несколько недель… В конце сентября 1918 г. Колчак вместе с генералом Нок­сом прибыл в столицу белой Сибири – Омск. Он не имеет ни­какой должности, Колчак частное, штатское лицо.

Но уже 4 ноября адмирал назначен военным и морским министром во Все­российском Временном правительстве.

18 ноября в Омске, где разместилось новое правительство, произошёл военный перево­рот. Восставшие офицеры арестовали левых членов Директории, а правые передали власть военному министру адмиралу Колча­ку А.В., из­вестному полярному исследователю и ученому, бывшему коман­дующему Черноморским флотом.

Колчак становится фактическим диктатором страны, носителем высшей власти. Законных оснований для этого не было никаких. Правительство, от­давшее власть Колчаку, само было выбрано кучкой депута­тов разогнанной «Учредилки».

К тому же оно сделало свой «благородный» шаг в результате переворота, будучи аресто­ванным.

Как политический деятель Колчак вполне соответствовал настроениям офицерства, боровшего­ся с большевиками. Его правительство могло рассчитывать на пол­ную поддержку в военных кругах. Адмирал принял титул Верховного правителя России.

Вслед за ге­нералом Ноксом в Сибирь пожаловали и другие представи­тели «союзников». Для связи с армией адмирала Колчака Франция направила генерала Жанена.

Посетив Верховно­го правителя России, Жанен сообщил ему о своих полно­мочиях принять командование не только всеми силами Ан­танты на этом театре, но и всеми белыми армиями в Сибири.

Иными словами, французский генерал потребовал у гла­вы русского государства полного подчинения. Колчак отвергает предложение Жанена. Однако он поручает Жанену замещать его на фронте и быть его помощником…

Белогвардейский плакат, неизвестный худ., 1919 г.

https://www.youtube.com/watch?v=w-3bkjqUhlk

Колчак старался добиться признания Запада. Ему, прие­хавшему в Россию с подачи англичан и французов, казалось невероятным отсутствие их официальной поддержки. А она все время откладывалась… В ноябре 1918 г.

Колчак А.В. начал наступление в Приуралье. Колчаковская армия пыталась продви­нуться к Вятке и далее на Север с целью соединения с отрядами генерала Миллера Е.К. и организации совместного удара на Москву.

Снова Восточный фронт стал глав­ным. 25 декабря войска Колчака взяли Пермь, но уже 31 де­кабря их наступление было остановлено Красной Армией. На восто­ке фронт временно стабилизировался.

Белогвардейский плакат, неизвестный худ., 1918 г.

С октября 1918 г. по октябрь 1919 г. англичане передали Колчаку более 600 тыс. винтовок, 6831 пулемет, 1200 орудий, танки, самолеты, боеприпасы, более 200 тыс. комплектов обмундирования. У Колчака было немало военных советников из Англии, Франции, США, Японии. Верховный правитель России к весне 1919 г. собрал армию около 300 тыс. солдат.

Надо подчеркнуть, что в марте 1919 г. Колчак отверг предложение начать с большевиками мирные переговоры. Он вновь и вновь демонстрировал эмиссарам Запада, что инте­ресы России для него превыше всего.

Отказался от попытки поделить Россию и Деникин А.И. И тогда англичане, французы и американцы окончательно решают сделать ставку на боль­шевиков. Именно с марта 1919 г.

Запад берет курс на окон­чательную ликвидацию Белого движения.

Переправа частей 25-й Чапаевской дивизии через реку Белую во время боёв за Уфу. Июнь 1919 г.

А ведь именно весной 1919 г. казалось, что белая побе­да уже близка. Красный фронт вот-вот рухнет окончательно. Надо только немного помочь белым армиям, совсем чуть-чуть, и кровавый кошмар закончится.

Боевые действия идут масштабные, потому требуют большого количества бое­припасов, ресурсов, людей и денег. Это как огромная топка паровоза, куда надо кидать, кидать, кидать. Иначе – нику­да не поедешь.

Оказали ли «союз­ники» помощь Колчаку в этот решительный момент? Под­кинули ли «уголька» в его военную топку?

Карта разгрома войск Колчака А.В., октябрь 1919 г. – март 1920 г.

Вот ответ на этот вопрос из мемуаров Александра Михайловича Романова: «Но затем произошло что-то стран­ное.

Вместо того чтобы следовать советам своих экспер­тов, главы союзных государств повели политику, которая заставила русских офицеров и солдат испытать величайшие разочарования в наших бывших союзниках и даже признать, что Красная армия защищает целость России от поползнове­ний иностранцев». (Романов А.М. «Книга воспоминаний», М.: ACT, 2008 г., с. 356).

Азарт насту­пления в 1919 г. поразил и Деникина, и Юденича, и Колча­ка. У всех у них армии не сформированы до конца, не обучены и не вооружены. И все же белые упрямо идут вперед навстре­чу своей гибели. Удивительно.

Словно затмение какое-то на­шло на них всех. Белые собираются брать Москву, но только наступают на неё не одновременно, а в разные сроки, по очере­ди. Это и позволит Троцкому разбить их по частям.

Конечно лидеры белых, русские генералы, не были безграмотными офицерами. Безусловно, они знали основы военного искусства. Заставить их по­ступить вопреки здравому смыслу могли только те, от кого борцы «за Единую и Неделимую» полностью зависели…

Весной 1919 г. у Верховного правителя России было два варианта действий.

1. Стоять на месте и, пользуясь полной пассивностью против­ника, закончить формирование, сколачивание и снабжение своей армии, а также непременно связаться с Деникиным, чтобы условиться о совместных действиях.

2. Немедленно действовать активно, чтобы не давать крас­ным передышки. Адмирал Колчак выбирает наступ­ление. Наступать тоже можно в двух направлениях.

1. Выставив заслон в сторону Вятки и Казани, главные силы направить на Самару и Царицын, чтобы там соединиться с армией Деникина и уж потом совместно с ним двинуться на Москву. (На такое же решение безуспешно пытался по­лучить санкцию Деникина барон Врангель.)

2. Двинуться в направлении Казань-Вятка с дальнейшим вы­ходом через Котлас к Архангельску и Мурманску, к огром­ным запасам снаряжения, там сосредоточенным. Кроме то­го, этим значительно сокращался срок подвоза из Англии, ведь путь к Архангельску несравненно короче, чем путь к Владивостоку.

Колчак выбрал… еще более неудачную стратегию! Третий вариант, самый неудачный, предусматривал одновременное наступление и на Вятку и на Самару. Эту стратегию Колчака убедили принять. Такой губительный план наступления был рассмотрен и одобрен фран­цузским генеральным штабом.

Англичане тоже горячо на нем настаивали. Верховный правитель России направил свои армии по расхо­дящимся прямым. А наиболее сильную свою ар­мию он нацелил на Вятку, то есть на второстепенное направление. Такую же ошибку совершат гитлеровские стратеги в 1942 г.

, наступая одновременно на Сталинград и на Кав­каз.

Наступление Колчака началось 4 марта 1919 г. На всем огромном протяже­нии Восточного фронта – от лесов Северного Урала до Оренбургских степей – колчаковсние армии двинулись в наступление. Не считаясь с потерями, они рвались вперед. Вскоре фронт был прорван. Захватив 14 марта Уфу, колчаковцы с боя­ми пробивались к Симбирску, Самаре, Воткинску.

К середине апреля белые уже были в 85 км от Казани, подошли к Самаре и Симбирску. Колчак планировал прорыв за Волгу и соединение с войсками генерала Деникина.

За время своего наступления колчаковцы захватили значительную территорию площадью в 300 тыс. км2 с населением свыше 5 млн. человек, одна­ко перелом наступил достаточно быстро.

Пронаступав всего два месяца, колчаковские войска неудержимо начали отступать.

Сказались внутрен­няя слабость антисоветского движения, амбиции ряда лиде­ров, претендовавших на руководство всем движением. Углублялся раскол между социалистами, кадетами, монар­хистами. Росло недовольство экономической политикой ос­новной части армии – крестьян.

В тылу белой армии (на Урале, в Сибири) росло массовое партизанское движение. На­чинался отход от белого движения национальных частей (так как их народы не получили государственного самоопределе­ния, автономии), казачества (внутренне раскалывающегося по имущественному признаку).

Боевой дух армии Колчака падал…

Весьма важную, возможно определяющую, роль должны были сыграть настроения местного населения.

Поддер­жат ли крестьяне Колчака, обеспечат ли его армиям надёжный тыл? Вот строки из письма пермского крестьянина, написан­ного уже после прихода белогвардейцев, в ноябре: «Мы дожида­лись Колчака, как Христова дня, а дождались – как самого хищ­ного зверя. У нас здесь пороли всех сряду, правого и виновато­го. Если не застёгивают, то расстреливают или прикалывают штыком. Не дай Бог этого лютого Колчака».

Земельная программа А. Колчака, который призывал крестьян ожидать решения будущего Национального собрания, конечно, не могла удовлетворить земледельцев. Мелким собственникам (хуторянам и др.) землю возвращали, что также вызывало раз­дражение у крестьян. Любое проявление недовольства власти су­рово подавляли.

В 1919 г., давая интервью, Керенский А.Ф., политический противник Колчака, рассказывал: «В Сибири име­ют место не только случаи казни и пыток, но часто всё населе­ние деревень подвергается порке, не исключая учителей и ин­теллигентов… Благодаря Колчаку создалось новое и усиленное большевистское движение».

Многие крестьяне стали уходить в красные партизанские отряды, действовавшие в тылу белогвар­дейцев. Всего в таких отрядах сражалось до 140 тыс. человек.

По всей Сибири половодьем разлилось крестьянское восстание, ко­торое катастрофически ослабляло тыл армий А. Колчака.

Любо­пытно, что даже в партизанских отрядах крестьяне продолжали колебаться – за кем идти, за «белыми» или за «красными»? И те и другие, с точки зрения крестьян, имели недостатки, однако «бе­лые», видимо, вызывали большую враждебность.

В ответ на призыв партии: «Все на борьбу с Колчаком!» Большевики объявили дополнительную мобилизацию в Красную Армию и смогли остановить продвижение войск Верховного правителя. Войска Красной Армии под командованием Каменева С.С. и Фрунзе М.В.

развернули активную подготовку контрнаступления. В мае 1919 г., благодаря четкой его подготовке, были освобождены Бугуруслан, Бугульма и Белебей, что создало благоприятные возможности для дальнейших успешных боевых действий на Восточном фронте.

В мае Ленин В.И.

писал командованию Восточного фронта: «Если мы до зимы не завоюем Урала, то я считаю гибель революции неизбежной; напрягите все силы…» Главный удар на Восточном фронте был нанесён красногвардейцами на южном участке армии Фрунзе М.В. В степных просторах Заволжья, в предгорь­ях Южного Урала развернулись ожесточенные бои. И здесь в боях отличилась 25-я дивизия, которой командовал Чапаев В.И.

Большой и тяжелый бой выдержали чапаевцы под Уфой. Колчаковцы надеялись остано­вить красных на реке Белой и создали здесь сильно укрепленные позиции. «Неприятель ушел за реку, взорвал все переправы и ощети­нился на высоком уфимском берегу жерлами орудий, пулеметными глотками, штыками диви­зий и корпусов», – вспоминал комиссар 25-й дивизии писатель Фурманов.

Июньской ночью на плотах и лодках, на бревнах и досках переправились чапаевцы через быструю реку. На уфимском берегу раз­горелись жаркие схватки. Колчаковцы непре­рывно атаковали красных, тщетно стре­мясь отбросить их обратно за реку.

Но красно­армейцы стояли насмерть. Были ранены нахо­дившиеся среди них Фрунзе и Ча­паев – возле них разорвалась бомба. 9 июня была освобождена Уфа, а к концу нюня 1919 г. развернулось общее наступление войск Восточного фронта на Урал.

В это же время войска Северной группы Восточного фронта под командованием Шорина В.И., бывшего полковника царской армии, теснили колчаковцев на Среднем Урале. Полки 21-й дивизии, совершив трудный переход через горящие тор­фяные болота, вышли к Каме. С помощью Волж­ской военной флотилии они переправились на другой берег. Полноводную Каму форсировали и другие дивизии красных.

Колчаковцы, засевшие в Перми, оказались в безвыходном положении. При отступлении они сожгли более 100 парохо­дов и 38 барж, на многих из них были продо­вольствие, нефть, керосин. Красноармейцы во­рвались в пылающий, окутанный дымом город.

Колчаковцы терпели поражение за пораже­нием. 14 июля бойцы 28-й дивизии под командо­ванием Азина В.М. вступили в крупнейший город Урала Екатеринбург.

Через десять дней красноармейцы во главе с командиром одного из полков 27-й дивизии Вострецовым ворвались в Челябинск.

14 ноября Колчак А.В. потерял свою столицу – город Омск. Белая армия отходит. Этот крестный путь позднее получит название Сибирского Ледяного похода. Три тысячи километ­ров по тайге, по снегам, по руслу замерзших рек. Отходящие белогвардейцы несут на себе все вооружение и амуницию. Но пушки по лесам не протащить.

Артиллерия бросается. Генерал Каппель, назначенный адмиралом коман­довать войсками в этот критический момент, отморозил себе ноги, провалив­шись в полынью. В ближайшей деревне простым ножом доктор отрезал ему пальцы ног и кусок пятки. Без наркоза, без обработки раны.

Через две недели Каппель скончался – к по­следствиям ампутации добавилось воспаление легких…

Но даже в сложившейся кошмарной ситуации у замерзших белогвардейцев был шанс остановиться и отразить наступле­ние Красной Армии. Если бы в тылу разом не загорелся пожар подготовленных эсерами восстаний.

Как по расписанию, поч­ти одновременно начались восстания во всех промышленных центрах. Многомесячная агитация эсеров сделала свое дело. Большевики были для них много ближе «реакционных» цар­ских генералов.

В начале января 1920 г. Колчак А.В. сложил с себя звание Верховного правителя России и передал их генералу Деникину. Спустя две недели чехословаки, охранявшие адмирала, передали его под арест новым властям.

Выдача Колчака состоялась 15 января 1920 г. Это во многом объяснялось тем, что в Чехословацком корпусе уже давно смотрели неодобрительно на суровые методы борьбы сибирских военных властей с беспоряд­ками.

В одном из заявлений командования корпуса говорилось: «Под защитой чехословацких штыков местные русские военные органы позволяют себе действия, перед которыми ужаснётся весь цивилизованный мир.

Выжигание деревень, избиение мирных рус­ских граждан целыми сотнями… составляют обычное явление». Если бы «союзники» хотели вывезти Колчака живым, им бы в этом никто не помешал. Такой силы просто не бы­ло… Но Антанте адмирал уже не был нужен… 7 февраля 1920 г.

Александр Васильевич Колчак был расстрелян по приговору Иркутского ревкома.

Источник: https://voynablog.ru/2012/08/14/razgrom-armij-kolchaka-a-v/

Book for ucheba
Добавить комментарий