Основные теоретические концепции специальных испытаний на полиграфе*

Учебно-методический комплекс Специальные психофизиологические исследования с использованием полиграфа в интересах обеспечения безопасности организации и бизнеса 40. 04. 01 Юриспруденция

Основные теоретические концепции специальных испытаний на полиграфе*

    1. История развития инструментально-аппаратурной «детекции лжи» и современная практика опросов с использованием полиграфа за рубежом и в России.

В основе инструментально-аппаратурной «детекции лжи» лежат закономерности взаимосвязи у человека психического и физиологического.

Это предопределяется существованием так называемого «психофизиологического феномена», состоящего в том, что стимул (слово, предмет, фотография и т.п.

), несущий человеку значимую в конкретной ситуации информацию о событии, образ которого запечатлен памяти, устойчиво вызывает у него физиологические реакции, превышающие реакции на предъявляемые в тех же условиях сходные, но не связанные с данным событием стимулы.

Как в истории науки шло выявление психофизиологических закономерностей и кто внес вклад в развитие аппаратуры и методики полиграф-обследований, рассмотрим подробнее. Итальянским психофизиологом Анжело Моссо в 1877 году выявлено, что давление крови в сосудах и частота пульса человека меняются при флуктуациях эмоционального напряжения человека.

Материалы своих экспериментов он опубликовал в монографии «Страх». Опираясь на них, итальянский криминолог Чезаре Ломброзо с 1895 года для «детекции лжи» использовал прибор гидросфигмометр (от греч. sphygmos — «пульс», «пульсация»), которым регистрировал у подозреваемых в преступлении изменение давления крови.

В 1902 году ему с помощью данных, полученных на основе разработанной методики, удалось доказать в суде непричастность обвиняемого в совершении преступления. В первые два десятилетия ХХ века шла активная апробация методик диагностики лжи.

Так, немецкий психолог Макс Вертгеймер в 1904 году получил степень доктора философии в Вюрцбургском университете (Германия) за диссертацию, посвященную детектированию вины преступника в ходе следствия по методу ассоциативной связи слов (научный руководитель О. Кюльпе).

Психолог Карл Густав Юнг в 1907 году представил результаты своих экспериментов с использованием указанной методики одновременно с применением двух приборов — гальванометра (по имени итал. ученого Гальвани, изучавшего электротоки) и пневмографа (от греч. pneuma – дыхание), выявив у человека особенности взаимосвязь физиологических реакций и эмоций.

Американский психолог и юрист Уильям Марстон, целенаправленно изучая с 1913 года возможности аппаратурной «детекции лжи» в Национальном исследовательском комитете США, обосновал методику «выявления лжи при помощи артериального давления», которая с учетом показателей сфигмоманометра и стетоскопа показала в практике расследования различия по вопросам на значимую и нейтральные темы на уровне 97%. В 1921 г. ученый защитил докторскую диссертацию на тему «Симптомы обмана по систолическому давлению крови и составная часть психического состояния».Первый комплексный портативный полиграф, как аппарат одновременной регистрации нескольких физиологических показателей в ответ на словесный опрос при расследовании преступлений, был создан офицером калифорнийской полиции Джоном Ларсеном в 1921 году. Он регистрировал на движущейся бумажной ленте пульс, давление крови и дыхание. В 1923 году В. Марстон результаты полиграфной проверки использовал в качестве доказательства в суде США. В 1920-х годах многоплановую экспериментальную работу по созданию инструментальной «моторно-спряженной методики» провел отечественный психолог Александр Романович Лурия. Им с 1923 года в Институте психологии (г. Москва), а затем с 1927 года в Лаборатории экспериментальной психологии, созданной при Московской губернской прокуратуре, реализована комплексная программа исследований по выявлению лжи у людей, причастных к совершению убийств. У реальных подозреваемых время нажатия на кнопку прибора при значимых вопросах увеличивалось в среднем до 24%. К исследованиям А.Р.Лурия был проявлен интерес за рубежом, а их материалы в США изданы как монография. В СССР почти 50 лет его разработки из-за идеологических гонений на психологов игнорировались в науке и правоприменительной практике. В ХХ столетии среди стран мира наиболее разноплановый опыт совершенствования методики полиграф-проверок и расширения областей ее применения накоплен в США. Так, американский исследователь Леонард Килер значительно расширил арсенал технических средств и ввел для проведении полиграф-обследований еще два канала, регистрировавших изменения кожного сопротивления и тремора. В созданной Л. Килером Чикагской лаборатории расследований преступлений к 1935 году было обследовано около 2000 подозреваемых в совершении преступлений. Специалист ФБР И.П. Коффи, прошедший профподготовку у Л. Килера в 1935 году, стал использовать полиграф с 1938 года для выявления шпионов. С 1945 года полиграф массово начал использоваться в американской контрразведке для решения кадровых проблем. Так, США, формируя администрацию в своей оккупационной зоне в Германии, ставили целью не допустить в администрацию военных преступников. Тщательное полиграфное обследование претендентов выявило среди них большой процент бывших гестаповцев, часть из которых впоследствии была осуждена. Успех использования полиграфа послужил толчком для создания в Центральном разведывательном управлении США отдела, специализирующегося на проведении полиграфных проверок. С 1948 года при Министерстве обороны США действует Институт полиграфа им. Л. Килера, где ведется и подготовка кадров полиграфологов. При Национальном институте полиции США в 1956 году был создан центр подготовки специалистов для работы на полиграфе в полиции. Начиная с 1950-х годов, полиграф стал активно применяться не только в США, но и в полиции и спецслужбах в Канаде, Японии, Южной Корее, Израиле и ряде других стран (Nardini, 1987; England at al., 1989; MCLaud, 1991). С 1970-х годов полиграф массово используется и в интересах коммерческой безопасности. Он применяется при профотборе для проверки правдивости предоставляемых кандидатами биографических данных и другой информации, а также при расследованиях внутри фирм фактов воровства или иных злоупотреблений персонала. В качестве базовой процедуры проверок на полиграфе использовалась методика американского ученого Джона Рейда (Патент США № 2538125 от 1951 г.), реализуемая как скрининг (от англ. screen – просеивать, отбирать). Достоверность результатов по ней составляет примерно 90%. Установлено, что в организациях, использовавших полиграф на постоянной основе, значительно повышается и уровень лояльности персонала. С учетом критики юристами научности методик полиграф-обследований в США и ряде стран мира к их обоснованию были привлечены наиболее известные ученые и специалисты-практики (Дэвид Раскин, Давид Ликкен, Чарльз Хонтс и др.). Это способствовало совершенствованию процедуры, психологических тестов и аппаратуры по оценке изменений реакций человека на основе компьютерного программного обеспечения (первые комплексы созданы американскими фирмами «Lafayette», «Stoelting», «Axcition»). В итоге к началу 1990-х годов опросы с использованием полиграфа стали проводиться более чем в 70 странах мира, а в XXI столетии — в более 90 странах.СССР из-за военно-идеологического противостояния со странами НАТО и существовавшего блокирования доступа к технологическим ноу-хау был вынужден искать свой путь в инструментально-аппаратурной «детекции лжи». В 1975 году была организована специальная Лаборатория №30 при КГБ, сотрудники которой занимались не только разработкой методик «детекции лжи» но и способов противодействия полиграф-обследованиям. В 1980-е годы оригинальные комплексы аппаратурной «детекции лжи» были созданы рядом ученых (В.А.Варламов, И.В.Смирнов, Ю.И.Холодный и др.). В период перестройки проблема внедрения полиграф-обследований в правоприменительную практику стала актуальной из-за всплеска преступности, а поэтому МВД пришлось изучать опыт полиции ряда стран Восточной Европы (В.В.Гордиенко, С.В.Игнатов, 1990). В 1992 году во ВНИИ МВД РФ была создана специальная лаборатория (В.А.Варламов, И.С.Зубрилова, А.И.Скрыпников и др.), а в 1994 году проведена первая всероссийская конференция по нетрадиционным методам в раскрытии преступлений. В 1995 году издано методическое пособие «Применение полиграфа в оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел».Расширение полиграф-исследований в правоохранительных органах произошло после принятия Федерального закона РФ от 12 августа 1995 года №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». В ключевых ведомствах была принята нормативная база. В крупных бизнес-организациях полиграф-обследования стали проводиться в инициативном порядке, но с ориентацией на ст. 3 Закона РФ от 11 марта 1992 г. №2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в РФ». С целью профилактики коммерциализации в области изготовления приборов и проведения полиграф-проверок в частном секторе Правительство РФ Постановлением №770 с 1 октября 1996 г. ввело в действие «Положение о лицензировании деятельности физических и юридических лиц, не уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности, связанной с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза за ее пределы специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации, и перечень видов специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации в процессе осуществления оперативно-розыскной деятельности». В этой связи нами разделяется мнение А.С. Алексеева (1999), что решение проблемы эффективного использования преимуществ метода психофизиологического исследования в сфере частного бизнеса и предпринимательства предполагает: разработку правовых и юридических норм в отношении использования полиграфа; создание внегосударственной структуры подготовки и сертификации специалистов в области применения методов психофизиологических исследований; внедрение принципиально новых методов и средств психофизиологических исследований; исследование и разработку новых методических приемов, технических решений; создание внегосударственного объединения специалистов в области практического использования методов психофизиологических исследований. В России в XXI столетии с учетом все более и более расширявшегося использования полиграфа в правоохранительных и силовых ведомствах, в бизнес и иных организациях, создания ряда ассоциаций полиграфологов и налаживании подготовки кадров полиграфологов, а также активной рекламе в СМИ и Интернете стал обсуждаться и вопрос о законодательном регулировании специальных психофизиологических исследований. В итоге группа депутатов в декабре 2010 года внесла в Госдуму ФС РФ проект федерального закона «О применении полиграфа». Однако он не стал рассматриваться, т.к. законы, с одной стороны, не принимаются в отношении технических устройств, а с другой стороны, вряд ли нужен сам закон, когда исходным принципом полиграф-проверок является добровольность участия людей в полиграф-обследованиях.Среди бывших республик СССР в последние два десятилетия активное применение полиграфа имеет место в странах Прибалтики, а также в Белоруссии и Украине. Их полиграфологи регулярно обмениваются опытом совершенствования методики проведения полиграф-проверок в рамках международных научных конференций, традиционно проводящихся в гор. Адлер Краснодарского края (уже состоялось 11 таких конференций), а также частично консолидированы в рамках профобъединений (Международная ассоциация полиграфологов и др.).

    1. Методология и теоретические концепции психофизиологического метода выявления лжи и обмана. В отношении методологии и сущности полиграф-исследований до сих пор существуют научные дискуссии. И это несмотря на то, что к началу 90-х годов ХХ века за рубежом сформировалось несколько теоретических концепций или, по американской терминологии, «теорий полиграфа».

По мнению Ю.И.Холодного (2005), теории, предложенные американскими учеными, могут быть разделены на два основных класса: а) теории, опирающиеся на мотивационные и эмоциональные факторы как важнейшие детерминанты психофизиологической дифференциации, и б) теории, базирующиеся на когнитивных факторах. В российской среде полиграфологов, где к настоящему времени сложился ряд авторских коллективов, объяснение сущности опросов с использованием полиграфа ведется в соответствии или с «теорией целенаправленного тестирования памяти» (Ю.И.Холодный), или с «теорией внимания» (А.П.Сошников, А.Б.Пеленицын).

Психологами разработано ряд теорий, знание которых важно для полиграфологов. Первая наиболее стройная концепция, связывающая эмоции с функциями определенных структур мозга, была сформулирована американским невропатологом Дж. Пейпецом. Он выдвинул гипотезу о существовании единой системы, объединяющей ряд структур мозга и образующей мозговой субстрат эмоций. По мнению Дж. Пейпеца, основным субстратом эмоций является гипоталамус.

Обобщая результаты современных исследований, можно также сделать вывод, что особая роль в формировании эмоций и их дифференциации принадлежит лимбической системе.

При этом в составе эмоций следует выделять две составные части:

— субъективное эмоциональное переживание, связанное с особенностями эмоционального интеллекта человека – способностью человека идентифицировать эмоции, использовать и управлять ими1;

— сопровождающие выражение эмоций изменения соматических и вегетативных изменений в организме.

Согласно теории происхождения и организации эмоций а. Лунге, можно схематично представить механизм эмоционального реагирования человека (см. Рис.1).

Источник: http://rykovodstvo.ru/exspl/57810/index.html?page=12

Психологические основы специальных психофизиологических исследований (СПФИ) с применением полиграфа в ключе “детектора лжи”

Основные теоретические концепции специальных испытаний на полиграфе*

Психологические основы специальных психофизиологических исследований (СПФИ) с применением полиграфа в ключе “детектора лжи”

(Белых-Силаев Д.В., Буторин И.И., Мишуткин И.В., Шеломенцев И.В.)

(“Юридическая психология”, 2014, N 2)

Информация о публикации

Белых-Силаев Д.В., Буторин И.И., Мишуткин И.В., Шеломенцев И.В. Психологические основы специальных психофизиологических исследований (СПФИ) с применением полиграфа в ключе “детектора лжи” // Юридическая психология. 2014. N 2. С. 38 – 40.

Психологические основы специальных психофизиологических исследований (спфи) с применением полиграфа в ключе “детектора лжи”

Д.В. БЕЛЫХ-СИЛАЕВ, И.И. БУТОРИН,

И.В. МИШУТКИН, И.В. ШЕЛОМЕНЦЕВ

Белых-Силаев Дмитрий Владимирович, главный редактор журнала “Юридическая психология”, преподаватель кафедры психологии Военного университета Министерства обороны России, юрист, психолог.

Буторин Игорь Иванович, начальник прокурорско-следственного факультета Военного университета Министерства обороны России, полковник.

Мишуткин Игорь Викторович, заместитель начальника Военного университета Министерства обороны России, кандидат юридических наук, председатель Ученого совета юридических факультетов ВУМО, генерал-майор.

Шеломенцев Илья Валентинович, психолог, полиграфолог.

Статья посвящена психологическим основам специальных психофизиологических исследований с применением полиграфа в ключе “детектора лжи”. Рассматриваются психологические концепции, описывающие процессы, происходящие в психике испытуемого в ходе проведения специальных психофизиологических исследований с применением полиграфа.

Ключевые слова: специальное психофизиологическое исследование с применением полиграфа в ключе “детектора лжи”, теория угрозы наказания, условно-рефлекторная теория, теория конфликта, информационная теория эмоций, теория аффекта, теория активации, дихотомизационная теория, ориентационная теория, теория когнитивного диссонанса, двухфакторная теория эмоций, мотивационная теория, теория адаптации, теория приоритетности внимания, теория целенаправленного тестирования памяти.

Psychological fundamentals of special psycho-physiological research with application of polygraph as a lie detector

D.V. Bely’kh-Silaev, I.I. Butorin, I.V. Mishutkin, I.V. Shelomentsev

Bely’kh-Silaev Dmitry Vladimirovich, Editor-in-Chief of “Juridical Psychology” journal, professor of the Chair of Psychology of the Military University of the Ministry of Defense of Russia, lawyer, psychologist.

Butorin Igor’ Ivanovich, Head of the Prosecutor-Investigation Faculty of the Military University of the Ministry of Defense of Russia, colonel.

Mishutkin Igor’ Viktorovich, Deputy head of the Military University of the Ministry of Defense of Russia, chairman of the Scientific Board of Law Faculties of the Military University of the Ministry of Defense of Russia, major general, candidate of juridical sciences.

Shelomentsev Il’ya Valentinovich, psychologist, polygraphologist.

The article concerns psychological fundamentals of special psycho-physiological studies with application of polygraph as a lie detector; considers psychological theories explaining the processes which occur in the psychics of a person being tested in the course of special psycho-physiological studies with application of polygraph.

Key words: special psycho-physiological study with application of polygraph as a lie detector, threat of punishment theory, theory of conflict, conditional-reflectory theory, informational theory of emotions, affect theory, activation theory, dichotomization theory, orientational theory, theory of cognitive dissonance, double factors theory of emotions, motivational theory, adaptational theory, theory of priority of attention, theory of purpose-oriented memory testing.

В настоящее время существует более десятка различных теорий, пытающихся объяснить процессы, происходящие в психике испытуемого в ходе специального психофизиологического исследования (СПФИ) с применением полиграфа в ключе “детектора лжи”, ответить на вопрос, в результате чего испытуемый дает на предъявляемые стимулы (вопросы вопросника, карточки с цветами и цифрами и т.д.

) определенные физиологические реакции, которые и регистрируются полиграфом. Речь идет, в частности, о следующих теориях: 1) теория угрозы наказания (А. Моссо); 2) условно-рефлекторная теория (И.П. Павлов); 3) теория конфликта (Г. Борланд, Д. Раскин); 4) информационная теория эмоций (П.В. Симонов); 5) теория аффекта (А.Р. Лурия); 6) теория активации (Г. Борланд, Д.

Раскин); 7) дихотомизационная теория (Т. Бен-Шахар, Либлич); 8) ориентационная теория (М. Клейнер); 9) теория когнитивного диссонанса (Л. Фестингер); 10) двухфакторная теория эмоций (С. Шехтер, С. Валлинс); 11) мотивационная теория (В.А. Варламов); 12) теория адаптации (Л.Г. Алексеев); 13) теория приоритетности внимания (А.Б. Пеленицын); 14) теория целенаправленного тестирования памяти (Ю.И.

Холодный). Рассмотрим указанные теории подробнее.

1. Теория угрозы наказания (threat of punishment theory)

Суть теории угрозы наказания состоит в предположении, что состояние, связанное с переживанием за свою судьбу, будущее, находит свое отражение в психофизиологических процессах испытуемого, поскольку при определенных обстоятельствах вопросы, истина в отношении которых может иметь негативные последствия для опрашиваемого (увольнение с работы, штраф, лишение свободы и т.д.), будут активировать симпатическую нервную систему и вызывать физиологические изменения, которые могут быть зарегистрированы.

Иначе говоря, теория основывается на актуализации страха перед возможными неблагоприятными последствиями.

Под страхом понимается эмоция, возникающая в ситуациях угрозы биологическому или социальному существованию индивида и направленная на источник действительной или воображаемой опасности. Страх возникает в результате предвосхищения и направлен в будущее.

Применительно к проблемам полиграфологии это означает, что предвосхищение будущих возможных неблагоприятных последствий вызывает у испытуемого соответствующие психофизиологические реакции на ложь.

Вместе с тем данная теория не объясняет причины психофизиологических реакций, которые мы наблюдаем у испытуемого в ситуациях отсутствия угрозы наказания.

Так, например, в стимульном тесте на имя, проводимом не в юридически релевантной (значимой) ситуации профотбора или расследования уголовного дела, а в учебных целях мы, тем не менее, наблюдаем психофизиологическую реакцию на ложь, которую в соответствии с идеями названной теории наблюдать бы не должны.

Кроме того, в ситуации, если человек будет убежден, что ему наказания не избежать и нет уже страха наказания (допустим, подозреваемый (обвиняемый) находится несколько месяцев в СИЗО, по делу собрана достаточная доказательственная база, будучи в изоляторе, он уже претерпевает лишения, смирился с этим и в результате этого потерял страх перед наказанием), то в соответствии с этой теорией у испытуемого уже не должны возникать физиологические реакции на предъявляемые стимулы (вопросы вопросника, карточки с цветами и цифрами и т.д.), а на практике они возникают.

2. Условно-рефлекторная теория (condition response theory)

Фундаментом условно-рефлекторной теории послужили идеи, сформулированные академиком И.П. Павловым при изучении высшей нервной деятельности.

Условный рефлекс – это приобретенный рефлекс, свойственный отдельному индивиду.

Условные рефлексы возникают в течение жизни индивида и не закрепляются генетически (не передаются по наследству); они возникают при определенных условиях и исчезают при их отсутствии; формируются на базе безусловных рефлексов при участии высших отделов мозга. Условно-рефлекторные реакции зависят от прошлого опыта, от конкретных условий, в которых формируется условный рефлекс.

И.П. Павлов показал, что новый условный стимул может запустить рефлекторную реакцию, если он некоторое время предъявляется вместе с безусловным стимулом. Например, если собаке дать понюхать мясо, то у нее выделяется желудочный сок (это – безусловный рефлекс).

Если же одновременно с появлением мяса звенит звонок, то нервная система собаки ассоциирует этот звук с пищей, и желудочный сок будет выделяться в ответ на звонок, даже если мясо не предъявлено. Условные рефлексы лежат в основе приобретенного поведения.

В процессе деятельности формируются условно-стереотипные реакции. То есть человек, однажды совершивший кражу, будет испытывать одни и те же, родственные (смежные) переживания, поэтому может возникать чувство вины, стыда и т.д.

, что применительно к проблемам полиграфологии можно назвать приобретенным поведением.

Условный рефлекс формируется на базе безусловного. Безусловный рефлекс – это рефлекс, всегда реализующийся при действии на организм определенных раздражителей, генетически обусловленный нервной связью между органами восприятия и исполнительными органами.

Человек рождается с тремя выраженными механизмами активации эмоций, которые по своему характеру являются безусловными: 1) сильный звук или внезапная потеря равновесия вызывает страх у ребенка; 2) ограничение его движений вызывает гнев; 3) легкое поглаживание создает состояние видимого удовольствия.

Суть условно-рефлекторной теории И.П.

Павлова применительно к рассматриваемым нами проблемам полиграфологии состоит в том, что при проведении специального психофизиологического исследования на полиграфе в ключе “детектора лжи” значимые вопросы рефлекторно вызывают эмоциональную реакцию, поскольку эти вопросы связаны с прошлым опытом испытуемого и его знанием о том, что совершенный им поступок наказуем.

Иными словами, у виновного формируются условные рефлексы, обусловленные прошлым опытом опрашиваемого и вызывающие эмоциональную реакцию, где стимулом являются значимые вопросы.

Например, у человека, совершившего определенный противоправный поступок, в момент его совершения произошли определенные органические изменения на химико-биологическом уровне (было выброшено определенное количество адреналина в кровь, в результате участилось сердцебиение, поднялось артериальное давление и т.д.

) и психическом уровне (событие оставило след в памяти человека; вызвало определенные эмоции – страха, гнева, удовольствия и т.д.).

В дальнейшем в ходе СПФИ полиграфолог, задавая вопросы, как бы возвращает испытуемого в момент совершения преступления и заставляет переживать прошлое событие, вызывая условно-рефлекторную реакцию, проявляющуюся в виде физиологических реакций и регистрируемую полиграфом.

3. Теория конфликта (conflict theory)

Суть теории конфликта состоит в том, что в процессе полиграфной проверки имеет место конфликт между необходимостью лгать и с детства закрепленной в каждом человеке установкой на негативное отношение ко лжи, что и вызывает комплекс психофизиологических реакций, фиксируемых полиграфом. Необходимость лгать происходит из потребности выжить, а негативная установка на ложь исходит из потребности следовать социальным нормам. Таким образом происходит конфликт между должным и сущим (необходимым и желаемым).

Однако данная теория “работает” только в том случае, если у человека сформирован негативный аттитюд (социальная установка) ко лжи. Здесь нужно сделать небольшое теоретическое экспозе в общую и социальную психологию и пояснить, что мы имеем в виду под термином “установка”.

Первоначально термин “установка” использовался в психологии для обозначения психофизиологической готовности организма реагировать на те или иные стимулы. Сам этот термин впервые появился в экспериментальной психологии: в конце XIX в. немецкие психологи Л. Ланге, а позднее Г. Мюллер и Т.

Шуман обнаружили, что в процессе повторения одних и тех же действий у человека вырабатывается определенная предрасположенность, готовность к восприятию и реагированию на конкретную внешнюю ситуацию одним и тем же образом. Это явление и получило название “установка”. Затем уже Г.

Эббингауз соотнес установку с теми или иными психическими состояниями индивида, возникающими в процессе совершения привычного действия.

В отечественной общей психологии для термина “установка”, по Д.Н. Узнадзе, существует обозначение в английском языке – set.

Традиция изучения социальных установок сложилась в западной социальной психологии. Отличие этой традиции заключается в том, что с самого начала категориальный строй исследований, расставленные в них акценты были ориентированы на проблемы социально-психологического знания.

В западной социальной психологии для обозначения социальных установок используется термин “аттитюд” (от англ.

attitude – “отношение”), который в литературе на русском языке переводится либо как “социальная установка”, либо употребляется как калька с английского (без перевода) “аттитюд”.

Впервые в социально-психологическую терминологию понятие аттитюда было введено У. Томасом и Ф. Знанецким в работе “Польские крестьяне в Европе и Америке” (1918 – 1920 гг.

); под аттитюдом понималось состояние сознания, регулирующее отношение и поведение человека в связи с определенным объектом в определенных условиях, и психологическое переживание индивидом ценности, значения, смысла социального объекта.

Возвращаясь к проблеме полиграфологии, нужно отметить следующее.

Если негативной установки (аттитюда) ко лжи у человека не сформировано, то психофизиологических реакций на ложь у человека не должно быть, которые, тем не менее, мы наблюдаем у испытуемых в ходе специальных психофизиологических исследований с применением полиграфа в ключе “детектора лжи”. Следовательно, можно предположить, что существует иной ключевой фактор, кроме отрицательной социальной установки ко лжи, и другие объяснительные гипотезы психофизиологического феномена.

Также необходимо обратить внимание на то, что в рамках этой теории для существования конфликта у человека должно быть чувство вины. Однако чувство вины может не возникать у виновного (экстрапунитивность), в то же время оно, чувство вины, может возникнуть и у невиновного.

Так, люди с высокой интрапунитивностью склонны брать на себя вину даже за те правонарушения, к которым они личностно не причастны, то есть в которых они не виновны. Этот феномен в психологии хорошо изучен. Так, люди с акцентуацией характера по пятому октанту по типологии Т.

Лири – “покорно-застенчивый тип” – отличаются полной покорностью, повышенным чувством вины, которое может быть им навязано.

Источник: https://proverka-na-poligrafe.pro/psihologicheskie-osnovy-specialnyh/

Теоретические основы полиграфных проверок

Основные теоретические концепции специальных испытаний на полиграфе*

ЛЕКЦИЯ 2

История применения полиграфа в борьбе с правонарушениями насчитывает более 100 лет. Его научная основа в использовании развивается только в последние 40 – 50 лет. На сегодняшний день существует около десяти различных теорий по психофизиологии полиграфных проверок.

Это обусловлено тем, что при создании той или иной концепции авторы нередко искусственно брали один из социально–психологических или психофизиологических процессов и под него подводили научную базу.

Остановимся на наиболее близких к реальным проблемам психофизиологии полиграфных проверок.

1. Теория угрозы наказания. В основе этой теории лежит допущение, что состояние, связанное с переживанием за свою судьбу, за будущее, находит отражение в психофизиологических процессах.

Человек, совершивший противоправное действие, прекрасно понимает, что в случае разоблачения он будет наказан или штрафом, или лишением свободы на определенный срок, а в особых случаях может быть даже приговорен к пожизненному заключению или смерти.

Психически нормальный человек всегда отрицательно реагирует на расставание с частью заработка (уплата штрафа) или ограничение свободы, тем более угрозу жизни. Места отбывания наказаний никогда и нигде не были курортной зоной. Угроза возможности нахождения там вызывает сильное эмоциональное напряжение.

Подозреваемый понимает, что желание сотрудничать с правоохранительными и судебными органами облегчит его судьбу, но не гарантирует освобождения от наказания. Попытка обмануть полиграф, отрицая свою причастность к расследуемому преступлению, — это стремление избежать наказания за содеянное преступление. Даже если вероятность спасения практически равна нулю, надежда умирает последней.

Известны десятки случаев, когда человек, находясь в экстремальных условиях, делал, казалось бы, невозможное, чтобы сохранить свою жизнь. Аналогичная ситуация, только с разной степенью выраженности, возникает у человека, совершившего преступление и проходящего полиграфную проверку.

Если бы каждый из правонарушителей был на 100% уверен в неотвратимости наказания, то преступления сделались бы явлением редким и совершались бы, в основном, психически нездоровыми людьми.

Поэтому угроза наказания за совершенное преступление является ведущим (но не единственным) фактором, активизирующим ответные психофизиологические реакции организма человека при проведении полиграфных проверок.

2. Теория активации. В основе этой теории (Борланд, 1998) лежит утверждение, что каждый из задаваемых вопросов или предъявляемых стимулов имеет свою величину активации нервных процессов в организме и, соответственно, будет вызывать определенный уровень ответных реакций.

Предполагается, что социально значимый вопрос, связанный с преступлением, значительно сильнее возбуждает нервную систему по сравнению с нейтральными вопросами, не касающимися темы проверки.

Например, при расследовании убийства, совершенного ударом ножа в область сердца, на вопрос, выстроенный по классической схеме: Как Вы считаете, чем был убит художник Х: выстрелом из гранатомета, ударом бутылки, выстрелом из пистолета, ножом, удавкой и т.д., человек, не владеющий этой информацией, будет практически одинаково реагировать на все слова.

Но если ему известен способ убийства гражданина Х, он даст повышенную реакцию именно на слово «ножом». Грань значимого и нейтрального вопросов определяется осведомленностью подозреваемого в деталях преступления. Чем ближе по содержанию вопрос к сути расследуемого преступления, тем сильнее реакция организма, фиксируемая полиграфом.

3. Условно-рефлекторная теория. Человек появляется на свет с рядом врожденных механизмов активации эмоций (Я. Дембовский, 1959). Сильный звук или внезапная потеря равновесия вызывают страх у ребенка. Ограничение его движений вызывает гнев, а легкое поглаживание создает состояние видимого удовольствия. В основе условно-рефлекторной теории лежит жизненный опыт человека, его знания.

Субъективное отношение человека к отдельным событиям, предметам не появляется с рождением, а приобретается за счет собственного или чужого опыта. Поэтому в субъективной оценке возможных явлений, событий большое значение имеет приобретенный опыт, который влияет на выраженность эмоционального напряжения.

К безусловным (врожденным) рефлексам относятся пищевой, оборонительный, половой и ряд других.

Условные рефлексы вырабатываются в процессе жизни. Мы бы никогда не боялись раскаленной плиты, если бы не обожглись в детстве или родителям не удалось бы убедить нас в том, что горячо – это больно.

Человеку необязательно иметь личный опыт, связанный с совершением убийства, изнасилования, чтобы демонстрировать определенную психофизиологическую реакцию на вопросы, связанные с этими преступлениями. Достаточно понимать, что это зло и оно наказуемо, осуждается обществом, церковью, преследуется по закону и, самое главное – несет негативные последствия лично для человека.

Если у подозреваемого отсутствует критичность сознания, он не понимает противоправности своих действий, антисоциальной сути своего проступка, это может привести к серьезным затруднениям при проведении полиграфной проверки. Как иллюстрация – рассказ одного из американских операторов полиграфа. Он проводил расследование изнасилования.

Проведя тщательную полиграфную проверку подозреваемого и не получив каких-либо подтверждений его причастности к преступлению, он был готов написать отрицательное заключение. Однако во время послетестовой беседы, рассматривая повторно фабулу дела, он к своему удивлению и ужасу выяснил, что накануне подозреваемый поссорился со своей жертвой, после чего решил ее напугать.

Придя к ней домой, он силой раздел ее, уложил на диван, вступил с ней в половой контакт, сделал несколько движений, встал и заявил: «Если ты будешь и впредь относиться ко мне так, как сейчас, я тебя изнасилую!». Как оказалось, подозреваемый был убежден, что он не насиловал, а просто пугал жертву.

Техасский ковбой был уверен, что под изнасилованием подразумевается процесс, завершаемый семяизвержением во влагалище. Он же этого не сделал, а просто попугал жертву. Таким образом, примитивность в оценке своих действий, непонимание социальных последствий поступка привели к отсутствию осознания виновности и, как следствие – отсутствию соответствующих реакций на значимые вопросы.

4. Информационная теория П. Симонова. В 1978 г. П.В. Симонов предложил информационную теорию эмоций. По утверждению автора, величина эмоционального напряжения, в основном, зависит от трех факторов:

1) потребности в совершении какого-нибудь действия, поступка, изменении социального положения. Например, желание подозреваемого уйти от уголовной ответственности;

2) информации, необходимой для того, чтобы избежать ответственности за содеянное преступление;

3) имеющегося в наличии объема информации о реальном событии.

Математически эта зависимость выражается формулой

Э = П (Ин – Ис),

где Э – степень эмоционального напряжения,

П – потребность в устранении негативных последствий,

Ин – информация необходимая,

Ис – информация существующая.

На практике эта зависимость может выглядеть так. Предположим, гражданин М совершил преступление и подозревается в квартирной краже. Потребность М избежать наказания велика.

Чтобы избежать наказания, гражданину М необходимо обладать информацией (Ин): действительно ли следователю что-то известно о совершенном им преступлении или же он попал под подозрение случайно. (Ис) информация существующая, которой реально обладает по этому вопросу М.

Из формулы вытекает, что чем сильнее потребность избежать наказания, тем больше надо иметь информации (Ин) гражданину М по расследуемому делу. Чем он меньше ею владеет, тем сильнее эмоциональное напряжение.

Эта теория наиболее полно характеризует информационные механизмы, определяющие величину эмоциональных реакций при проведении полиграфных проверок. Однако данная теория не учитывает состояние функционального состояния человека, на фоне которого протекают информационные процессы.

Известны случаи, когда многосуточными беспрерывными допросами человека доводили до такого состояния, что резко изменялись его жизненные потребности, восприятие окружающей действительности, оценка значимости ситуации. Если на первом этапе доминировало желание уйти от ответственности, остаться живым, то впоследствии даже смерть становилась желанной. Информационная теория П.В.

Симонова, раскрывая внешние механизмы запуска эмоций, не всегда полностью отражала роль в них социального фактора. Отсутствие дефицита информации еще не избавляет человека от сильного эмоционального напряжения. Преступник, совершивший несколько злостных убийств, приговоренный к расстрелу, получивший отказ в просьбе о помиловании, не имеет дефицита информации о своем будущем.

Однако желание жить у него может быть настолько велико, что само по себе вызывает сильнейший взрыв эмоционального напряжения.

5. Мотивационная теория. Понятие «мотивация» происходит от англ. motivation – побуждение. «Мотивация – система побудительных причин человеческого поведения, теоретической и практической деятельности.

Такими побудителями могут быть чувства, переживания, идеи, в которых отобразились те или иные (материальные и духовные) интересы и потребности человека» ( цит. по: Логический словарь-справочник/ Н.И. Кондаков, М.

, 1975).

Таким образом, понятие «мотивация», используемое при проведении полиграфных проверок, это комплексная, синтетическая система. В ее основе лежат теория угрозы наказания; теория активности; условно-рефлекторная теория и информационная теория П. Симонова.

Все они определяют уровень мотивации как сложный социально-биологический процесс, накладывающийся, в свою очередь, на функциональное состояние индивидуума. Если человек сильно переутомлен, то он не может и не хочет решать какие-либо проблемы, кроме одной – отдыхать. Все остальное – потом.

При этом уровень мотивации в решении даже значимых социальных задач будет сильно ослаблен или может быть равен нулю. Поэтому не рекомендуется проводить полиграфные проверки подозреваемого, находящегося в состоянии крайнего переутомления.

При проведении полиграфных проверок следует помнить о необходимости актуализации мотивационных структур по отношению к результатам обследования. Если человеку абсолютно безразлично обследование, если душой он находится где-то там, за пределом круга исследуемых проблем, вы никогда не получите реакцию на задаваемые вопросы.

Например, при проведении серий полиграфных исследований нашим сотрудникам по тесту угадывания цифр или карточному тесту мы установили, что если обследовались лица, для которых судьба полиграфа не была безразлична, то они давали положительный результат практически в 100% случаев.

Когда же обследовались сотрудники, которым была безразлична проблема полиграфных обследований и их больше волновало желание скорее освободиться от процедуры и вернуться к решению своих производственных задач, то результаты отгадывания цифр и карт были практически нулевыми. Это далеко не окончательный перечень существующих теорий, лежащих в основе полиграфных проверок.

Каждая из них отражает только часть характеристик психофизиологического комплекса, лежащего в основе жизнедеятельности организма и социальной обусловленности поведения человека.

Итак, рассматривая проблематику проведения полиграфных проверок, мы видим, что в основе уровня мотивации лежит социальная значимость совершенного преступления (проступка), например возможная мера наказания, который, в свою очередь, зависит от индивидуальных особенностей человека, в том числе и его функционального состояния. Опытным специалистам полиграфа хорошо известны различия в поведении и реакциях подозреваемого, совершившего первое в своей жизни преступление, или опытного рецидивиста, на предъявляемые стимулы.

Человек – это величайшая адаптационная система. В процессе жизни он может привыкнуть практически ко всему, за исключением своей смерти. В норме, если нет серьезных нарушений психики, при угрозе жизни защитная реакция будет присутствовать всегда.

Убийца, лишивший жизни в течение 3 лет 12 человек и осужденный к высшей мере, за несколько минут до исполнения приговора ведет себя отнюдь не спокойно. В состоянии аффекта он, как правило, ругается и угрожает, чередуя все слезами и мольбой о пощаде.

Сильнейшее стрессовое состояние при проведении полиграфных проверок можно наблюдать и у человека, непричастного к расследуемому преступлению. Поэтому необходимо четко провести предтестовую беседу и убедить тестируемый объект, что полиграф – это серьезный прибор, который практически никогда не ошибается.

Надо не забывать об использовании при тестировании непрямого метода, определяющего степень осведомленности опрашиваемого о деталях преступления, тогда ошибка может быть сведена к нулю.

Психофизиологические реакции, фиксируемые полиграфом, зависят и от индивидуальных особенностей нервной системы опрашиваемого лица.

В своей практике мы нередко наблюдаем людей с крайними типами поведения: эмоциональных, взрывных, активно реагирующих на все новое, с повышенной двигательной активностью либо внешне спокойных, несколько медлительных, заторможенных. Эти внешние проявления определяются особенностями нервной системы человека, т.к.

существуют люди с повышенным проявлением эмоционального напряжения и есть их антиподы. В первом случае реакции на значимые вопросы у лиц, причастных к совершению преступления, ярко выражены, во втором – проявления реакции относительно сглажены.

Психофизиологические реакции организма в процессе проведения полиграфной проверки представляют собой комплексную систему, и вычленение из нее каких-либо составляющих не дает исчерпывающего ответа на наличие реального стресса на те или иные вопросы тестов и сведений о механизмах, лежащих в его основе. На наш взгляд, математически этот процесс можно представить в виде следующего равенства:

ЭН = УМ + ФСО + ИО, где:

ЭН – эмоциональное напряжение;

УМ – уровень мотивации;

ФСО – функциональное состояние организма обследуемого;

ИО – индивидуальные особенности нервной системы.

Эта формула позволяет объединить практически все существующие теории полиграфных проверок, где реакции человека, связанные с эмоциональным напряжением, выступают как единая, неделимая, комплексная система.

Итак, специалист полиграфа должен рассматривать человека как сложную адаптационную систему, имеющую различные мотивационные уровни и индивидуальные особенности динамики активности различных физиологических подсистем, и уметь анализировать не только типологические особенности, но и индивидуальный характер внешних и внутренних реакций.

Рекомендуемая литература

Основная литература

1. Батуев А.С. Физиология высшей нервной деятельности и сенсорных систем. Спб., Питер, 2008

2. Варламов В.А., Варламов Г.В Компьютерная детекция лжи. – М.: ПРЕСЭ — Прес, 2012.

3. Варламов В.А., Варламов Г.В Противодействие полиграфу и пути ее нейтрализации. – М.: ПРЕСЭ — Прес, 2005.

4. Данилова Н.Н. Психофизиология. М., Аспект Пресс, 2009.

5. Молчанов А.Ю., Бабиков А.Ю. Общая теория полиграфных проверок. – М., 2012. – 264 с.

Дополнительная литература

1. Богданов А.В. Физиология центральной нервной системы и основы простых форм адаптивного поведения. – М.: Московский психолого-социальный институт, 2005.

2. Варламов В.А., Варламов Г.В. Психофизиология полиграфных проверок. -Краснодар: ГУВД Краснодарского края, 2000.

3. Губарева Л.И. Будкевич Р.О., Агаркова Е.В. Психофизиология: Учебное пособие для вузов. – М.: ВЛАДОС, 2007. – 188 с.

4. Мягких С.Г., Петров А.М., Бессонова С.Ю. Психологические возможности выявления скрываемой информации. – Пермь: «Компаньон», 2003.

5. Оглоблин С.И., Молчанов А.Ю. Инструментальная «детекция лжи»: академический курс. – Ярославль: Нюанс, 2004. – 464 с.

6. Психофизиология / Под ред. Александрова Ю.А. — СПб.: Питер, 2004.

7. Смирнов В.М., Свешников Д.С., Яковлев В.Н. Физиология центральной нервной системы: учеб. Пособие для студ. высш. учеб. заведений. – 4-е изд., испр. – М.: Академия, 2006. – 368 с.

8. Холодный Ю.И. Применение полиграфа при профилактике раскрытии и расследовании преступлений. – М.: Изд-во «Мир безопасности», 2000.

9. Шульговский В. В. Основы нейрофизиологи: Учебное пособие для студентов вузов – М.: Аспект Пресс, 2006, 2008.

10. Экман П. Психология лжи. – СПб.: Питер, 2000.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Источник: https://studopedia.ru/11_82572_restrukturizatsiya-pidpriiemstv-v-umovah-transformatsiynoi-ekonomiki.html

Теоретические основы исследований на полиграфе

Основные теоретические концепции специальных испытаний на полиграфе*

Полиграф измеряет только физиологические реакции, определяя, находится ли вегетативная нервная система испытуемого в состоянии возбуждения. Точнее, была ли вегетативная нервная система активирована или выделены адренергические нейротрансмиттеры (эпинефрин и артеренол, также известные как адреналин и норадреналин). Такие процессы могут спровоцировать тревога, страх или злость.

Нет никаких отличительных признаков обмана или чувства вины. Усиление физиологических реакций (сердцебиение или повышение электропроводимости кожи) сигнализирует лишь о том, что человек ощущает тревогу, страх или злость. Далее требуется нарушить логику, чтобы связать тревогу с чувством вины или страха.

У тревоги могут быть другие причины, как, например, в приведенном выше случае с полицейским.

Вопросы, связанные с обманом, могут вызывать тревогу, если испытуемый верит, что полиграф остро реагирует на ложь. Некоторые полиграфологи убеждают в непогрешимости машины и в том, что ее невозможно обмануть.

Тогда полиграф становится важным элементом декорации при опросе, позволяя добиться признания.

Таким образом, как полицейские, так и полиграфологи могут повышать уверенность и доверие к процедуре с ограниченной валидностью (Ликкен, 1974, 1987a 1987b).

Валидность и надежность проверок на полиграфе

Ведущими учеными подняты главные вопросы, связанные с валидностью и надежностью проверок на полиграфе. Валидность – научный термин для оценки критериев измерения. Надежность — измерение совпадения результатов, при котором разные исследователи используют одни и те же инструменты и техники или разные исследования проводятся в разное время.

Степень точности полиграфа изменилась. Сзукко и Клейнмунтц (1981) провели эксперимент (имитировали кражу), чтобы протестировать возможности шести полиграфологов, имеющих разный уровень опыта в определении правдивости.

В итоге лучший специалист ошибся в 18 % случаев, приняв правду за ложь. Специалисты, показавшие худший результат, ошиблись в 55 % случаев.

Важно отметить, что самые опытные полиграфологи (8 лет) имели самый высокий процент ложноположительных результатов.

Эти же исследователи изучали полиграфологов за реальной работой (Клейнмунтц и Сзукко, 1984 а). Они рассмотрели 120 полиграфических диаграмм, сделанных при расследовании краж.

Пятьдесят результатов проверок принадлежали виновным (позже их вина была доказана, и они дали признательные показания), а еще 50 – невиновным, их невиновность была доказана тем, что другие люди признались в преступлении.

Еще двадцать диаграмм не удалось проверить, но они позволили показать, что не все проверки дают однозначные результаты.

В ходе проверок задавались контрольные и значимые вопросы. К сожалению, исследования не выявили коренных отличий в результатах проверок виновных и невиновных людей. Общая точность у троих полиграфологов составляла от 63 до 76 %, а доля ложноположительных результатов – от 18 до 50 %.

Несмотря на то, что судьи не доверяли результатам проверок (если полиграфологи выносили сходные решения), специалисты чаще считали, что подозреваемый лжет.

Авторы пришли к выводу, что метод контрольного вопроса, которым широко пользуются сейчас, лишен законной силы, а тест «знания виновного» имеет большую валидность.

Другие исследователи также обнаружили, что доля ложноположительных результатов значительно превышает количество ложноотрицательных, и общая точность в лучшем случае составляет 80–90 % (Office of Technology Assessment (Бюро технической проверки объектов), 1985).

Дэвид Раскин, профессор психологии из Университета Юты, подчеркивал важность использования полиграфа и во многом не соглашался с Ликкеном (Раскин и Кирхер, 1987; Раскин и Подленский, 1979).

Раскин и его коллеги были убеждены в том, что с помощью профессиональных и опытных полиграфологов, которые пользуются продуманной техникой при составлении вопросов, можно получить правильные ответы в 90 % случаев (Раскин и др., 1989).

Однако даже Раскин говорил: «Несоответствие между потенциалом полиграфа и тем, как он сегодня используется, огромно… Кафедра по работе с полиграфом Министерства обороны очень строгая, и почти все государственные специалисты проходят подготовку в институте при министерстве.

Но полиграфологи в правоохранительных органах обучаются в частных школах, большинство из которых ужасны» (Дэвис, 1992).

Клейнмунтц и Сзукко (1984b) проанализировали это утверждение и предложили несколько причин для его объяснения.

Во‑первых, полиграфологи получают деньги от работодателей и руководства, у них есть стимул уличить виновных подозреваемых и раскрыть случаи обмана, чтобы отработать свои гонорары. Во‑вторых, они склонны пренебрегать точностью.

Считается, что безопаснее уволить честного сотрудника (из-за ложноотрицательных результатов теста), чем рисковать безопасностью. В‑третьих, полиграфологи вероятнее получат нарекания от клиента, если признают искренним нечестного кандидата.

И напротив, полиграфолог вряд ли когда-нибудь вновь услышит о честном человеке, которого несправедливо уволили или не приняли на работу. Таким образом, при проверке на полиграфе скорее отстаиваются интересы организации, чем испытуемого.

ДОКАЗАНО, ЧТО ПОЛИГРАФОЛОГИ ЧАЩЕ ДАЮТ ЛОЖНОПОЛОЖИТЕЛЬНЫЕ, ЧЕМ ЛОЖНООТРИЦАТЕЛЬНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ, ТО ЕСТЬ ЧАЩЕ ИСКРЕННИХ ЛЮДЕЙ ПРИНИМАЮТ ЗА ЛЖЕЦОВ, ЧЕМ НАОБОРОТ.

Абсолютное большинство полиграфологов – не ученые и не статистики. Они мало знакомы с принципами валидности и надежности, и не получают никаких наставлений, позволяющих улучшить результаты проверки.

В итоге они часто «становятся жертвами собственного искусства обмана» (Ликкен, 1991), приходя к ошибочному убеждению, что способны распознавать обман, когда на самом деле это не так.

Другая неоднозначная переменная в оценке обмана с помощью полиграфа – искусного лжеца бывает сложно и даже невозможно разоблачить. У людей с антисоциальным расстройством личности (известных как социопаты или психопаты) снижены автономные реакции.

При проверке на полиграфе у них проявится меньше физиологических изменений (Ликкен, 1957; Шмаук, 1970). К тому же для них не характерно чувство вины (см. главу 6). В результате распознать их ложь с помощью полиграфа теоретически сложнее.

Ликкен (1974) предложил несколько математических моделей для подсчета вероятности распознать виновного с помощью полиграфа. Например, представьте, что в группе, состоящей из тысячи государственных служащих, нужно найти шпиона.

Если полиграф дает около 80 % правильных ответов при определении, кто говорит правду (20 % ложноположительных и 10 % ложноотрицательных), тогда 200 человек несправедливо обвинят, и при этом будет сохраняться 10 % вероятности того, что настоящий шпион успешно пройдет проверку.

На деле, так как шпионов специально учат обманывать полиграф (см. ниже), вероятность разоблачить его минимальна.

Как обмануть полиграф

Единственное, что может определить полиграф, – изменение физиологической активности. Способен ли человек намеренно вызывать физиологические изменения, которые скроют другую физиологическую активность или передадут ошибочные данные?

Флойд «Базз» Фэй, несправедливо обвиненный в убийстве, не пройдя проверку на полиграфе и незаслуженно попав в тюрьму, сам начал стремиться стать полиграфологом.

Фэй обучал 27 заключенных, которые открыто признались ему, что виновны, как «перехитрить» тест, построенный на контрольных вопросах.

После всего 20 минут подготовки 23 из 27 (85 %) человек успешно обманули полиграф (Клейнмунтц и Сзукко, 1948b).

Люди, которые пытаются обмануть полиграф, распознают контрольные вопросы и в нужный момент намеренно изменяют частоту дыхания, сжимают анальный сфинктер и прикусывают язык (Биддл, 1986).

Несмотря на то что многие сторонники проверок на полиграфе знают об этих уловках и заявляют, что легко распознают их, последние опубликованные результаты исследований заставляют усомниться в эффективности полиграфа против таких контрмер.

Хонтс и коллеги (1994) обнаружили, что из виновных подозреваемых после подготовки, позволяющей им распознать контрольные вопросы и использовать физические и ментальные контрмеры, половине удалось обмануть полиграфологов.

Физические способы включают прикусывание языка или упирание в пол пальцами ног, а ментальные – считать в обратном порядке, каждый раз вычитая по семь. Такие контрмеры сложно разоблачить и специалисту, и полиграфу.

Конкретный и драматичный пример обмана полиграфа – случай Олдрича Эймса. Эймс, который в течение долгих лет шпионил в пользу советского правительства и, возможно, стал главным предателем США за последние десятилетия, дважды обманул полиграф в рамках регулярной проверки в 1986 и 1991 годах (Сафир, 1994).

Источник: https://studopedia.net/8_80523_teoreticheskie-osnovi-issledovaniy-na-poligrafe.html

Теоретические концепции криминалистических исследований с применением полиграфа —

Основные теоретические концепции специальных испытаний на полиграфе*

Научные статьи разбиты по разделам:

1) о судебной экспертизе с применением полиграфа
2) теоретические вопросы применения полиграфа
3) применение полиграфа в России
4) применение полиграфа в адвокатской практике
5) российский полиграф за рубежом
6) применение полиграфа за рубежом

Материалы выложены в формате pdf.

(Продолжение). Начало читайте здесь

Теоретические концепции криминалистических исследований с применением полиграфа: приглашение к дискуссии

Аннотация: В статье содержится критика основных положений статьи, опубликованной в «Вестнике криминалистики» вып. 2 (38), и рассматриваются теоретические концепции криминалистических исследований с применением полиграфа.

Ключевые слова: полиграф; криминалистические исследования с применением полиграфа.

Многие десятилетия ученые и специалисты разных стран стремятся дать объяснение сложным явлениям в психике и организме человека, которые позволяют путем контроля динамики его физиологических процессов выявить скрываемую им информацию.

И хотя естественнонаучные основы криминалистических исследований с применением полиграфа (далее КИПП) изучены еще не в полной мере, это не является непреодолимым препятствием для широкого прикладного использования этого прибора в практике раскрытия и расследования различных правонарушений, а также при отборе и расстановке кадров. В указанных целях полиграф применяют около восьмидесяти стран мира,

Вместе с тем в начале ХХI в.

проблема научной обоснованности технологии КИПП, понимание сути и  взаимосвязи явлений, обеспечивающих обнаружение у человека утаиваемой информации в ходе его тестирования на полиграфе (далее ТнП), приобрели особую актуальность.

К настоящему моменту известен целый ряд теоретических концепций ТнП (или по американской терминологии «теорий полиграфа»/«polygraph the ory»), каждая из которых с большим или меньшим успехом объясняет природу этих явлений.

Напомним, что такими теоретическими концепциями являются;

1) теория угрозы наказания (threat-of-punishment theory);

2) теория конфликта (conflict theory), базирующаяся на идеях А. Р. Лурия;

3) условно-рефлекторная теория (conditioned response theory), в основе которой лежат идеи И. П. Павлова);

4) теория активации (arousal theory);

5) концепция «базирующаяся на информационной теории эмоций, предложенной акад. П. В. Симоновым ;

6) дихотомизационная теория ТнП (dichotomization theory) «предложенная израильским ученым Г. Бен-Шахром;

7) теоретическая концепция целенаправленного исследования памяти, предложенная автором настоящей статьи в 1987г.;

8) теория количества информации;

9) теория возвращения затруднений;

10) теория новизны («теории полиграфа», указанные в пн. 8-10), предложены канадским исследователем Р. Хаслгрейвом;

11) ориентационная теория (orienting theory), «предложенная израильским ученым М. Кляйнером ;

12) теоретическая концепция обнаружения следов памяти, предложенная в конце 1990-х г. польскими криминалистами;

13) теория направленной актуализации динамических личностных смыслов сознания (авторы Оглоблин С. И., Молчанов А. Ю.);

14) теоретическая концепция о приоритетной роли внимания в механизмах ТнП , предложенная А. Б. Пеленицыным;

15) теоретическая концепция «сохранения целостности организма (поддержание его гомеостаза)» , предложенная Л. Г. Алексеевым;

16) теоретическая концепция эмоциональной модели инструментальной детекции лжи, предложенная С. В. Поповичевым .

Приведенный перечень (который, возможно, является и неполным) дает наглядное представление об усилиях исследователей разных стран в попытке установить естественнонаучные механизмы. лежащие в основе ТнП. Работа в указанном направлении продолжается, однако до сих гор ни одна из теоретических концепций не стала общепризнанной.

Появление каждой новой публикации, посвященной тем или иным аспектам теоретического объяснения природы ТнП, всегда является заметным событием в среде специалистов, поэтому неудивительно, что публикация в «Вестнике криминалистики» статьи Пеленицына А. Б. и соавт. (далее «Статья») по данной тематике сразу привлекла внимание.

В аннотации к «Статье» говорилось, что в ней «подвергаются аргументированной критике попытки возведения в ранг так называемой  «теории целенаправленного тестирования памяти», упрощенный подход к изучению и анализу функций памяти”, ее роли и значению в ходе тестирования на полиграфе».

Далее из аннотации следовало, что проблема, над которой ученые и специалисты разных стран бьются многие десятилетия, уже успешно решена, и в «Статье» «раскрывается подлинный механизм возникновения физиологических реакций у человека в процессе тестирования» понятно, что после такого анонса «Статья» заслуживала самого пристального анализа.

Статья так же содержит материалы на тему:

  • Теоретические концепции и технологии манипуляции .
  • Теоретические концепции ТИП и криминалистика.
  • Приглашение к дискуссии.

(Продолжение следует)

Источник: http://energymp.ru/teoreticheskie-kontseptsii-kriminalist/

Основные теоретические концепции специальных испытаний на полиграфе*

Основные теоретические концепции специальных испытаний на полиграфе*

Десятилетиями в отечественной юридической литературе бытовало представление о том, что испытания

* При написании этого раздела была использована статья 10. И. Холодного и Ю. И. Савельева «Проблема использования испытаний на полиграфе»: Приглашение к дискуссии //Психологический журнал.— 1996 —

Т. 17.— № 3.— С. 53-70.

на полиграфе представляют собой ненаучный метод, который должен быть решительно отвергнут. И хотя такое мнение продолжает сохраняться у некоторых правоведов и поныне, по-видимому, настало время непредвзято подойти к оценке природы и методологии специальных психофизиологических исследований с применением полиграфа.

Учитывая тот факт, что в психологической литературе, доступной широкому кругу читателей, вопросы испытаний на полиграфе никогда не являлись предметом серьезного обсуждения, представляется целесообразным рассмотреть некоторые ключевые аспекты этой многогранной темы.

В ряде развитых зарубежных стран на протяжении десятилетий активно используется метод специальных психофизиологических исследований реакций человека с помощью полиграфа — более известный как метод испытаний или проверок на полиграфе (часто спекулятивно именуемом в прессе «детектором лжи»),— в тех случаях, когда необходимо установить причастность конкретного лица к событиям, которую он пытается утаить.

Достаточно широкое применение проверок на полиграфе в интересах различного рода исследований и в целях кадрового отбора принимаемого на службу или работающего персонала (Ю. И.

Холодный, 1993), а также убедительные научные данные свидетельствуют, что в основе метода получения информации от человека в ходе его испытания на полиграфе лежит объективно существующий феномен, «являющийся одним из фундаментальных механизмов психофизиологии» (М. Т. Ome et all, 1972). 13.2.

Зарубежные теории испытаний на полиграфе

В течение всей столетней истории практического применения психофизиологического метода «детекции лжи» специалисты неоднократно предпринимали попытки дать естественно-научное объяснение и теоретическое обоснование тех сложных процессов, которые происходят в психике и организме человека в ходе этой процедуры.

Существующие в настоящее время за рубежом теоретические концепции можно разделить, по данным Ben-Shkahar G., Furedy J. (1990), на два основных класса: 1)

теории, в основе которых лежат мотивационные и эмоциональные факторы как важнейшие детерминанты психофизиологической организации функций человека; 2)

теории, базирующиеся на когнитивных факторах.

По мнению экспертов Конгресса США, проводивших специальное изучение комплекса вопросов, связанных с использованием проверок на полиграфе, наиболее признанная в настоящее время теория заключается в следующем: лицо, подвергаемое тестированию с помощью полиграфа, боится проверки, и этот страх порождает выраженные физиологические реакции в том случае, «когда данное лицо отвечает ложно». Данная теория, получившая название теории угрозы наказания и относимая к первому из указанных выше классов, по-видимому, берет свое начало в экспериментах Моссо.

Пытаясь полнее раскрыть суть этой теории, Линн Мэрси, бывший президент (1982-1984) Американской ассоциации операторов полиграфа (ААП), писал, что «…

основная теория полиграфа заключается в том, что при определенных обстоятельствах вопросы, истина в отношении которых может иметь губительные последствия для конкретного субъекта, будут активизировать симпатическую нервную систему и вызывать физиологические изменения, которые могут быть зарегистрированы, измерены, проанализированы».

По этой причине автор считает, что если человек действительно осознает себя виновным в содеянном, то, даже если он ответит утвердительно на поставленный вопрос и признает себя виновным, все равно будет зарегистрирована физиологическая реакция.

Если же, продолжает автор, «в ответ на вопрос субъект должен лживо отрицать свое соучастие в преступлении, страх раскрытия истины (поскольку он знает ее) вызовет изменения в функциях каждой из систем, измеряемых и фиксируемых полиграфом, и позволит наблюдать оператору физиологические реакции, которые (предполагаемые теоретически и демонстрируемые эмпирически сотнями тысяч проверок на полиграфе) могут быть соотнесены с ложью».

Как считает Л. Мэрси, при правдивом отрицании своего участия в совершении противоправных действий «кризис сокрытия истины будет отсутствовать», и симпатическая нервная система не будет активирована поставленным вопросом. При этом отсутствие реакции, по мнению автора, должно означать, что субъект говорит правду, что вызывает вполне оправданные сомнения других исследователей.

Несколько иную трактовку «теории угрозы наказания» дает Р. Дэвис, который считает, что «физиологическая реакция будет следствием реакции избегания, которая имеет малую вероятность подкрепления». Автор допускает, что «физиологическая реакция ассоциируется с состоянием неопределенности».

Вышеуказанная «теория угрозы наказания» вызывает скептическое отношение у противников использования полиграфа, которые полагают, что, «согласно этой теории, полиграф скорее измеряет страх перед проверкой, чем ложь как таковую».

Кроме того, вызывает сомнение точка зрения Мэрси о единственно предопределяющей роли симпатической нервной системы в развитии психофизиологических реакций в ходе испытаний на полиграфе.

Известно, что далеко не все изменения в организме, происходящие на психофизиологическим уровне, обусловлены действием именно этой составляющей вегетативной нервной системы: например, часто наблюдаемое при испытании на полиграфе снижение частоты сердечных сокращений, возникающее в ответ на предъявление опрашиваемому лицу значимых для него вопросов, определяется реакциями не симпатической, а парасимпатической нервной системы (В. Яниг, 1985).

Помимо сказанного, «теория угрозы наказания» создает большие трудности в объяснении высокой результативности модельных исследований — например, проводимых в лабораторных исследованиях тестов с отгадыванием задуманного числа или выбранной карты (Дж. Хэссет, 1981),— где полностью исключена угроза за сокрытие информации от экспериментатора.

Кроме того, в тех случаях, когда удавалось убедить испытуемых в отключении полиграфа (реакции регистрировались телеметрически), никакого существенного ослабления выраженности реакции не наблюдалось, что позволяет усомниться в том, что процесс «детекции лжи» является функцией «реакции избегания угрозы наказания».

Вместе с тем необходимо отметить, что, невзирая на высказанные выше замечания, «теория угрозы наказания» находит некоторое экспериментальное и весомое прикладное подтверждение: как свидетельствуют эксперты Конгресса США, вероятность выявления скрываемой информации методом специальных психофизиологических исследований в реальных условиях закономерно выше, чем в лабораторных.

Кроме «теории угрозы наказания» к этому же классу «теорий полиграфа» относят еще несколько концепций. В основу одной из них были положены хорошо известные отечественным психологам взгляды академика Лурии, высказанные им в начале 20-х годов.

Обобщив огромный экспериментальный материал в процессе изучения состояния аффекта у преступников, он пришел к выводу, что совершенное преступление, осложненное необходимостью скрывать «состояние психической травмы», «…

создает у преступника состояние острого аффективного напряжения; это напряжение, весьма вероятно, преувеличивается потому, что субъект находится под страхом раскрытия совершенного им преступления: чем серьезнее преступление, тем выраженное аффект и тем больше опасность его раскрытия, и, следовательно, тем сильнее этот комплекс подавляется…

…Такое напряжение, несомненно, является одним из серьезнейших факторов в признании преступником своей вины.

Признание служит преступнику средством избежать следов аффекта, найти выход из создавшегося напряжения и разрядить аффективный тонус, который порождает в нем невыносимый конфликт.

Признание может уменьшить этот конфликт и возвратить личность, в определенной степени, к нормальному состоянию, именно в этом и заключается психофизиологическая значимость этого признания» (А. Р. Лурия, 1932).

Идеи Лурии были трансформированы американскими исследователями в так называемую теорию конфликта, которая устанавливает, что выраженные физиологические сдвиги будут наблюдаться, когда «будут активированы одновременно: тенденция говорить правду и тенденция лгать относительно рассматриваемого инцидента» (G. Н. Barland, D. С. Raskin, 1973).

В целом, «теория конфликта» согласуется с некоторыми экспериментальными данными.

Так, некоторые исследователи, высказываясь в поддержку этой теории, указывают, что «вызванное конфликтом возбуждение во время лжи может быть охарактеризовано как тормозящее, связанное с активацией парасимпатической нервной системы» (П. Heslegrave, 1982).

Однако большинство специалистов признают, что «теория конфликта» достаточно уязвима, и предостерегают от далеко идущих выводов, считая, что конфликт можно спутать с реакциями, «вызываемыми личными эмоциональными проблемами» (R. С. Davis, 1961).

Более того, с позиций «теории конфликта» не поддается объяснению широко известный факт возникло вения больших реакций при предъявлении психически значимых стимулов, когда от испытуемого вообще не требуются ответы (так называемый молчаливый тест — silent- test) и практически исключается сама возможность возникновения конфликта.

Завершает «мотивационно-эмоциональный класс» теоретических концепций условно-рефлекторная теория, фундаментом для которой послужили принципы, открытые И. П. Павловым при изучении высшей нервной деятельности.

Эта теория основана на том, что эмоционально значимые вопросы вызывают сильную физиологическую реакцию, в силу того что они обусловлены прошлым опытом проверяемого (Ben-Shkahar).

Эта теория еще более уязвима, чем «теория конфликта», потому что дать приемлемое объяснение психофизиологическим реакциям на ложь в ходе лабора торных экспериментов, где процент детекции весьма высок, не представляется возможным.

Общим недостатком теорий «мотивационно-эмоционального класса», по мнению ведущих зарубежных специалистов, являются сложности при объясне нии значительной успешности детекции лжи в «мягких» условиях, когда у испытуемых нет высокой мотивации избегать обнаружения лжи, когда вообще не требуется лгать, когда испытуемые не пьпаются скрывать значимую информацию и даже когда испытуемые не подозревают, что их реакции регистрируются полиграфом.

В определенной мере указанный недостаток пыта ются устранить теории, основывающиеся на «когнитивных факторах», связанных с восприятием и переработкой стимулов, предъявляемых испытуемому в тесте с применением полиграфа.

К ним относится так называемая теория актива иии, согласно которой «детекция происходит из-за различной активационной силы предъявляемых стимулов» (Barland G. Н., Raskin). Для эксприментального обоснования этой теории привлекают введенное Д. Ликкеном в 1959 году понятие «знание виновного».

Его суть заключается в том, что признак преступления будет иметь особое значение только для виновного субъекта, вызывая более сильный ориентировочный рефлекс, чем на другие признаки, не связанные с преступлением.

Для субъектов, которые не осознают себя виновными, «все темы равны и вызывают обыкновенные ориентировочные рефлексы, которые будут угасать при повторениях» (LykkenD., 1874).

Именно этим и определяется «когнитивный элемент» теории активации, где ставится акцент на том факте, «что индивид что-то знает, чем на его эмоциях, страхах, обусловленных ответах или лжи» (Ben- Shkahar).

Результаты экспериментальных исследований, направленные на подтверждение теории активации, основываются, как правило, на регистрации кожно-гальванического рефлекса (КГР) — единственного физиологического показателя, в отношении которого зарубежные исследователи могли применить объективную количественную оценку наблюдаемых реакций.

В целом эта теория хорошо согласуется с результатами многих исследований, проводимых в данной области. В частности, применение теории активации по зволяет понять причины существенных различий в эффективности выделения психически значимых стимулов при различных уровнях мотивации.

Теория активации не нашла широкого признания у операторов полиграфа. По мнению ведущих специалистов в этой области Дж. Рейда и Ф. Инбау, эта теория может быть признанной только при проведении лабораторных экспериментов, поскольку в реальных условиях «угроза наказания подавляет эффект бдительности и внимания, найденный в лаборатории».

Проводя в лабораторных условиях эксперименты по исследованию реакций на нейтральные и значимые стимулы, израильские психофизиологи Ben-Shkahar G. и Lieblich I.

эмпирически установили, что «психофизиологическая детекция зависит от относительной частоты значимых стимулов в группе, предъявляемой испытуемому в ходе испытания на полиграфе».

Для объяснения обнаруженного эмпирического правила исследователи предложили так называемую дихотомизационную теорию, согласно которой лица, которые выбрали «определенный (значимый) стимул, проявят независимые процессы привыкания к двум классам стимулов (нейтральным и значимым)».

Создатели теории Либлич, Бен-Шахар и другие надеялись, что разработанные на ее основе методические принципы позволят в дальнейшем группировать последовательности стимулов по степени сложности и, определяя закономерности привыкания субъекта к каждой из групп, устанавливать их субъективную значимость. Однако в ходе своих экспериментов исследователи столкнулись с определенными противоречиями.

Во-первых, эта теория предсказывает, что в ситуации, когда значимые и нейтральные стимулы равновероятны, их разделение психофизиологическим способом было бы невозможно. Однако в большинстве исследований, использующих такие исходные условия, кожно-гальваническая реакция (КГР), вызванная значимыми стимулами, была больше, чем вызванная нейтральными стимулами.

Во-вторых, было установлено, что редко предъявляемые значимые стимулы вызвали более выраженные реакции КГР, чем нейтральные стимулы, предъявляемые в тех же условиях.

В целом, дихотомизационная теория весьма далека от реальных испытаний на полиграфе и может быть применима лишь к ограниченному кругу лабораторных задач.

Рассмотренными выше пятью «теориями полиграфа» не исчерпываются попытки зарубежных ученых и специалистов создать надежную теоретическую основу метода специальных психофизиологических исследований (СПФИ). В частности, канадский исследователь Р. Хеслгрейв предложил четыре теории для объяснения

психического напряжения во время лжи.

Теория количества информации определяет, что более высокое напряжение во время лжи происходит потому, что больше информации (истинной и ложной) привлекает внимание и активируется в процессе лжи.

Теория возвращения затруднений устанавливает, что ложная информация является более трудной для возвращения, чем истинная, и это усиливает возбуждение.

Теория новизны гласит, что возрастание психического напряжения происходит из-за новой ассоциации непривычного ложного ответа с вопросом. В конце концов, Хеслгрейв приходит к выводу, что наиболее плодотворной, с его точки зрения, является теория конфликта.

С начала 60- х до конца 80-х годов было предложено около 13 теорий для объяснения, почему люди острее реагируют, когда они лгут. Однако, по оценке доктора Г. Барленда, научного руководителя Института полиграфа Министерства обороны США, ни одна из них не дала объяснения по всем полученным фактам.

К такому же выводу пришли в 1990 году и ведущие специалисты Израиля и Канады, которые констатировали, что ни один из теоретических подходов не способен охватить весь объем данных.

Поэтому в сложившейся в 90-х годах ситуации разработка теории испытаний выдвигается на первое место среди вопросов, стоящих на современном этапе при применении полиграфа в специальных целях.

По оценке экспертов Конгресса США, сделанной еще в 1983 году, для создания всеобъемлющей теории полиграфа прежде всего необходимо проведение фундаментальных исследований, основанных на новейших достижениях психологии, физиологии, психиатрии, медицины и нейронаук. 13.3.

Источник: https://bookucheba.com/sudebnaya-psihologiya-knigi/osnovnyie-teoreticheskie-kontseptsii-21827.html

Book for ucheba
Добавить комментарий