Предмет истории психологии

Предмет истории психологии

Предмет истории психологии

Лекция 1. История психологии: общая характеристика, основные принципы и методы.

Психология как самостоятельная наука является достаточно молодой, однако ее возникновению предшествовали столетия философских размышлений и тысячелетия практического познания людей. Как отметил немецкий ученый Герман Эббингауз, психология имеет небольшую историю, но огромную предысторию.

Появление психологических знаний соотносится с рождением первых попыток понимания человеком возможностей, которые позволяют ему выделять себя из окружающей действительности, выходить за пределы своих переживаний, познавать, сопоставлять различные знания и понимать специфику своего места в мире, природе.

Подобные размышления человека приводили к появлению знания о психическом, выделению психического как отдельной организации живого существа, к появлению первых психологических представлений. Эти представления, знания оформлялись в последующем в различные теории и концепции, определяли способы понимания человека, контекст размышления о человеке.

На их основе или на их опровержении вырастали новые представления. Прежние представления, обрастая новыми знаниями, так или иначе, задавали логику разворачивания психологического знания. Поэтому понимание современной ситуации психологической науки невозможно без обращения к истории становления, развития, смены психологических представлений.

Разработка теоретических и методологических проблем психологии невозможно без обращения к историческим посылкам, которые привели к постановке данной проблемы, к истории понимания и разрешения ее на разных исторических этапах, с разных методологических оснований.

Знания о психическом связаны и с тем культурным и научным контекстом, в которых они развивались, с психологическими особенностями тех людей, которые их разрабатывали, с теми формами взаимодействия с миром, практики.

Исторический пласт рассмотрения основных вопросов психологи, ее предмета, становления психопрактик необходим и ценен для решения задач, возникающих в современном познании человека.

Включение в исторический контекст позволяет понять сущность психологических концепций, выявить их исходные позиции, оценить подлинную новизну и осознать их исторический смысл. История психологии в этом случае выступает как самосознание и рефлексия, как аппарат самоконтроля и самопознания (В.А.Якунин).

В период кризиса понимания предмета психологии особо возникает необходимость для обращения к истории появления различных представлений о психическом. Благодаря обобщению, переосмыслению прежних оснований рождались новые концепции, новые знания и новые способы познания человека.

Обобщение опыта античной культуры привело к появлению фундаментального труда «О душе» Аристотеля. Переосмысление представлений о мире и человека в нем создало условия для становления научного знания и новый способ познания, в том числе и человека.

Обращение к истории в связи с разработкой новых путей психологического исследования характерно для Л.С.Выготского, К.Левина, В.Дильтея и др.

Для многих выдающихся ученых обращение к истории становится одной из важных задач понимания предмета психологии, тенденций, перспектив развития психологического знания. Они, ведя «творческий диалог с прошлым» (М.Г.Ярошевский), намечают основные направления решения основных вопросов психологии в настоящем и будущем.

Отсюда возникает необходимость истории психологии как специальной области исследования, изучающей достижения психологии на протяжении всего пути ее исторического развития. Изучение психической реальности человека в определенную эпоху возможно путем реконструкции представлений о психическом.

Данные реконструкции возможны на материале различных форм психологического знания. В качестве таковых В.А.Кольцова выделяет

житейские представления людей, основанные на «здравом смысле» и обобщении собственного опыта,

знания, заложенные в мифологии и религии, задающие определенную модель человека,

знания, накопленные в рамках литературы и искусства,

а также философские и научные знания, связанные с определенным способом понимания действительности и включающие целенаправленный процесс сбора и анализа (Кольцова В.А. ????).

Конечно, все это многообразие знаний охватить и описать просто невозможно, возникают и трудности интерпретаций, перевода с языка той действительности, в которой творил, развивал свои знания человек на сегодняшний язык психологии. В связи с этим встает вопрос о критериях, на которые мы будем опираться при анализе становления и развития психологических знаний, представлений о психическом.

Данные критерии с необходимости вытекают из понимания предмета истории психологии. В качестве предмета психологии принято выделять динамику представлений о психической реальности в разных исторических эпохах. При этом большинство историков психологии вносят свои уточнения в понимание предмета.

И это тоже есть их способы, их принципы, на которых они строят и понимают психическую реальность. Каждый историк науки выступает с одной стороны как представитель общенаучных взглядов, с другой стороны, как личность, имеющая свои психологические особенности, мировоззрение.

Данные основания обеспечивают выделение и акцентирование различных сторон в исторической смене представлений, различные определения предмета психологии.

Анализируя различные основания к пониманию предмета истории психологии с позиции науковедения, В.А.Кольцова и Ю.Н.Олейник выделяют три подхода.

Первый подход акцентирует внимание на логике развития знания как самодостаточное и относительно самостоятельное от социо-культурных и личностных факторов. Упор делается на внутреннем содержании знания – его структуре, внутрилогических механизах развития знания.

Знание выступает как объективное и развивающееся по собственным закономерностям. В связи с этим В.А.Кольцова и Ю.Н.Олейник называют данный подход логико-научный, или интернальный, подход.

С этой позиции история рассматривается как объективный процесс, подчиненный своей логике и независящий от того, каких взглядов на него придерживаются те или иные индивиды.

Она возникает и изменяется безотносительно к тому, какие мнения по поводу этого развития высказывают различные исследователи в различные эпохи и в различных странах (М.Г.Ярошевский).

Данная стратегия исследования появляется в конце XIX в. как рефлексия развития научного знания и понимания факторов, которые его определяют. Имре Лакатос отмечал, что «внутренняя история» науки первична, а «внешняя история» (другие формы деятельности, которые создают определенный фон) — вторична и не имеет «существенного значения» для ее понимания.

В дальнейшем Карл Поппер, Томас Кун и их последователи обосновали логические концепции роста научного знания как процесса исторического, обусловленного в своем развитии внутринаучными факторами (дифференциация и интеграция психологического знания, научные традиции и школы, разработка новых методов исследования и т.д.

), а потому и объяснимого на основе внутринаучных закономерностей.

В отечественных исследованиях выделенный подход в понимании предмета психологии дополняется социальными и личностными детерминантами. Понимание различных направлений разворачивания знаний происходит в соотнесении с исторической ситуацией и индивидуальными особенностями мыслителей, ученых, предлагавших новые представления о психических явлениях.

В рамкахвторого подходаакцент делается на внешних условиях, в которых открывались, рождались новые знания.

История развития психологических знаний рассматривается в социальном контексте, в ее зависимости и связи с развитием организационных и социальных условий и предпосылок. Как отмечал Л.С.

Выготский: «Закономерность в смене и развитии; идей, возникновение и гибель понятий, даже смена классификаций и т. п.

— может быть объяснено на почве связи данной науки с общей социально-культурной подпочвой данной эпохи, с общими условиями и законами научного познания, с теми объективными требованиями, которые предъявляет к научному познанию природа изучаемых явлений на данной стадии их исследования»(ВыготскийЛ. С. Собр. соч.: В 6 т. Т. 1. М, 1982. С. 302.). Поэтому этот подход авторы обозначили как экстернальный.

Данный способ анализа позволяет выделить значимые социально-исторические и культурные условия как предпосылки, «механизмы», «движущие силы» развития знания, уровень детерминационных возможностей, степени и глубины социального воздействия на развитие психологического знания (его направления, структуру, содержание исследуемых проблем).

Говоря о социальной обусловленности развития представлений, необходимо выделять и нормы и эталоны научного познания, и коммуникации, которые разворачивались между учеными мужами различных наук в определенную эпоху, через годы и столетия.

Подобные дискуссии позволяли по-новому осмыслить явления и факты, термины и понятия, выделить новые предметы познания, поставить вопросы, которые иногда могут быть решены только через десятилетия. Оценка влияния математики, физики, астрономии, языкознания, физиологии, биологии, этнографии, логики и др.

наук на психологию позволит понять развитие представлений, а также редукции психического, т.е. сведение психологических закономерностей к закономерностям других наук и тем самым утратой собственного предмета.

Возможность описать развитие представлений только внешними причинами является довольно спорной.

Невозможно не учитывать и логику развития научного знания и те методологические позиции, которые в определенный период определяли способы познания человеком психологической реальности.

Поэтому сколь невозможна изолированная от внешних влияний история идей как предмет истории психологии, столь же окажется мало продуктивной, по-видимому, и освобожденная от логических аспектов социальная история психологии.

Третий подход, представленный в большей степени в отечественной психологии, ориентирован на выделении личности и творческого пути того или иного ученого, его научные идеи, взгляды, концепции и подходы, которые рассматриваются как основной фактор, определяющий научный прогресс.

Предметом выступает деятельность людей, занятых познанием психического мира, открытием фактом и законов человеческому уму. История науки становится историей деятелей науки.

Наряду с личным вкладом ученого социо-культурная значимость его творчества оценивается и по критерию создания им школы, привлечения других исследователей в решении поставленных им вопросов. Сохранность школы определяется исследовательской программой.

Разработка программы предполагает осознание ее творцом проблемной ситуации, созданной (не только для него, но для всего научного сообщества) логикой развития науки и наличием орудий, оперируя которыми, можно было бы найти решение.

Однако подобное рассмотрение истории психологии приводит к сосредоточению внимания на индивидуальности ученого, его научные и социальные ориентации, систему его приоритетов, установок и ценностей.

При таком рассмотрении возможно исчезновение общего контекста разворачивания идей (исторической ситуации, этап развития научного знания, социально-культурная ситуация, коммуникации в научной и общественной сфере и др.).

Как видно, все три подхода рассматривают отдельные стороны исторического развития, акцентируют внимание только на одном аспекте. Каждый подход решает определенные задачи, важен для рассмотрения отдельных факторов и условий для понимания развития исторического знания.

Однако при этом не схватывается вся сложность становления и развития представлений на определенных этапах исторического контекста. В связи с этим М.Г. Ярошевский считает, что необходимо рассматривать развитие представлений, деятельность в системе трех координат когнитивной, социальной и личностной (М.Г.

Ярошевский История психологии).

Исходя из этой позиции, предметом истории психологии выступает процесс психологического познания, его содержание и структура (совокупность взглядов, идей, подходов, направлений и течений, категорий и понятий), его институциональные и персонально-личностные аспекты, а также закономерности и этапы развития (В.А.Кольцова).

Таким образом, изучение динамики психологического знания предполагает раскрытие логико-научного, социально-культурного, персонально-личностный и процессуального аспекта.

При изучении данного предмета возникают определенные сложности, связанные со спецификой предметной области.

История психологии исследует не саму психическую реальность, а представления о ней, складывающиеся на разных этапах истории и в разных культурных ареалах.

В связи с этим встает вопрос о разведении объективного (соответствующего действительному ходу развития истории) и субъективного (привнесенного его интерпретациями) взгляда на исследуемые процессы.

Но необходимо учесть, что понимание ученым ситуации, в которой он жил и работал, отражалось в его понимании психической реальности, в построении им модели человека.

Этим определяется существование разных картин развития психологического знания на разных этапах истории, в рамках разных научных школ и у отдельных ученых. И субъективные представления во всем их многообразии как отражающие разные уровни их «отходов» или «приближений» к исследуемой реальности также составляют непосредственный предмет историко-психологического исследования.

Можно выделить еще одну специфику истории психологии, связанную с необходимостью учитывать в своем анализе различные данные, факты, знания других дисциплин.

По своему объекту – психическое, психическая реальность – история психологии относится к общей психологии и является ее разделом. По методу, как отмечает В.А.Кольцова, он относится к историческим наукам.

История психологии опирается на исторические источники, поэтому она тесно связана с источниковедением. При анализе развития психологического знания история психологии опирается на науковедение, в котором разрабатываются основные категории и критерии анализа научного знания.

Понимание динамики развития знания невозможен без привлечения философии, естествознания, методологии, физиологии, культурологи, психологии личности, творческой деятельности, исторической психологии.

Исходя из специфики понимания предмета, перед историей психологии встают следующие задачи:

· изучить закономерности развития знаний о психическом

· раскрыть взаимосвязь психологии с другими науками, от которых зависят ее достижения

· выяснить зависимость зарождения и восприятия знаний от социокультурного контекста, от идеологических влияний на научное творчество, т.е. от запросов общества

· изучить роль личности, ее индивидуального пути в становлении самой науки.

Данные задачи невозможно решить без разработки имеющих в настоящее время значимость вопросов:

· разработка теоретических и методологических основ истории психологии, позволяющих наметить основные критерии анализа накопленных знаний:

· поиск новых гипотетических моделей, обеспечивающих многомерную интерпретацию исторического развития психологии,

· выявление общих тенденций в истории становления основ психологической науки, проблемы общей периодизации,

· анализ современных тенденций в истории на основе их исторических предпосылок, построение прогнозов,

· изучение психологического наследия, критическое освоение опыта и достижений зарубежной психологии.

Конечно, данный подход предполагает комплексное исследование с привлечением данных разных наук, их теоретического арсенала и исследовательских возможностей для раскрытия и объяснения динамики психологического познания.

Как можно заметить, история создается заново в определенные исторические условия, определенными людьми, научными школами, в разные эпохи само развитие знания понималось по-разному (спираль, линия, цикл и др.). В связи с этим важно выделять и понимать основные принципы, на которых строится историко-психологические исследования.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Источник: https://studopedia.ru/2_54007_predmet-istorii-psihologii.html

Тема 1. История психологии как наука (2 часа)

Предмет истории психологии

  1. Предмет, задачи и методы истории психологии.

  2. Основные факторы и принципы, определяющие развитие психологии.

  3. Этапы развития психологии.

Предметистории психологии.История науки – особая область знания.Ее предмет существенно иной, чем предметтой науки, развитие которой она изучает.Соответственно, история психологии –также особая отрасль знания, имеющаясобственный предмет. Его нельзя смешиватьс предметом самой психологии как науки.

Следуетиметь в виду, что об истории науки можноговорить в двух смыслах. История – этореально совершающийся во времени ипространстве процесс.

Он идет своимчередом независимо от того, какихвзглядов на него придерживаются те илииные индивиды. Это же относится и кразвитию науки.

Как непременный компоненткультуры, она возникает и изменяетсябезотносительно к тому, какие мненияпо поводу этого развития высказываютразличные исследователи в различныеэпохи и в различных странах.

Применительно кпсихологии веками рождались и сменялидруг друга представления о душе, сознании,поведении. Воссоздать правдивую картинуэтой смены, выявить, от чего она зависела,и призвана история психологии.

Психологиякак наука изучаетфакты, механизмы и закономерностипсихической жизни. Историяже психологииописывает и объясняет, как эти факты изаконы открывались (порой в мучительныхпоисках истины) человеческому уму.

Каждаяновая крупица научного знания о психикедобывалась усилиями многих поколенийисследователей природы и психическойорганизации человека, динамики еговнутренней жизни. За теориями и фактаминауки скрыта напряженная коллективнаяработа людей. Развитие принципов этойработы, переходы от одних ее форм кдругим изучает историяпсихологии.

Историяпсихологииизучает закономерности формированияи развития взглядов на психику на основеанализа различных подходов к пониманиюее природы, функций и генезиса.

Естественно,что изменялись и взгляды на предметпсихологии, на методы изучения психики,ее содержание. Анализ этих измененийтакже является предметом исследованияистории психологии.

Итак,у психологии один предмет, а у историипсихологии – другой. Их непременноследует разграничивать. Если предметомпсихологии является одна реальность,а именно реальность ощущений и восприятий,памяти и воли, эмоций и характера, топредметом истории психологии служитдругая реальность, а именно – деятельностьлюдей, занятых познанием психическогомира.

Научнаядеятельность в трех аспектах.Эта деятельность совершается в системетрех главных координат: когнитивной,социальной и личностной. Поэтому можносказать, что научная деятельность вкачестве целостной системы трехаспектна.

1).Логика развития науки.Когнитивный аппарат выражен во внутреннихпознавательных ресурсах науки. Посколькунаука – это производство нового знания,они изменялись, совершенствовались.

Эти средства образуют интеллектуальныеструктуры, которые можно назвать строеммышления. Смена одного строя мышлениядругим происходит закономерно. Поэтомуговорят об органическом росте знания,о том, что его история подвластнаопределенной логике.

Никакая другаядисциплина, кроме истории психологии,эту логику, эту закономерность неизучает.

Так,в XVII веке сложилось представление оборганизме как своего рода машине, котораяработает подобно помпе, перекачивающейжидкость. Прежде считалось, что действиямиорганизма управляет душа – незримаябестелесная сила. Апелляция к бестелеснымсилам, правящим телом, была в научномсмысле бесперспективной.

Этоможно пояснить следующим сравнением.Когда в прошлом веке был изобретенлокомотив, группе немецких крестьян(как вспоминает один философ) объяснилиего механизм, сущность его работы.Выслушав внимательно, они заявили: «Ивсе же в нем сидит лошадь».

Раз в немсидит лошадь, значит – все ясно. Самалошадь в объяснении не нуждается. Точнотак же обстояло дело и с теми учениями,которые относили действия чело века засчет души. Если душа управляет мыслямии поступками, то все ясно.

Сама душа вобъяснении не нуждается.

Прогрессже научного знания заключался в поискеи открытии реальных причин, доступныхпроверке опытом и логическим анализом.Научное знание – это знание причинявлений, факторов (детерминант), которыеих порождают, что относится ко всемнаукам, в том числе и к психологии.

Есливернуться к упомянутой научной революции,когда тело было освобождено от влияниядуши и стало объясняться по образу иподобию работающей машины, то этопроизвело переворот в мышлении.Результатом же явились открытия, накоторых базируется современная наука.Так, французский мыслитель Р.Декартоткрыл механизм рефлекса.

Не случайнонаш великий соотечественник И.П.Павловпоставил около своей лаборатории бюстДекарта.

Причинныйанализ явлений принято называтьдетерминистским (от лат. «детермино»– определяю). Детерминизм Декарта и егопоследователей был механистическим.

Реакция зрачка на свет, отдергиваниеруки от горячего предмета и другиереакции организма, которые преждеставились в зависимость от души, отнынеобъяснялись воздействием внешнегоимпульса на нервную систему и ее ответнымдействием.

Данной же схемой объяснялисьпростейшие чувства (зависящие отсостояния организма), простейшиеассоциации (связи между различнымивпечатлениями) и другие функции организма,относимые к разряду психических.

Такойстрой мышления царил до середины XIXвека. В этот период в развитии научноймысли произошли новые революционныесдвиги. Учение Дар вина коренным образомизменило объяснение жизни организма.

Оно доказало зависимость всех функций(в том числе психических) от наследственности,изменчивости и приспособления (адаптации)к внешней среде.

Это был биологическийдетерминизм, который пришел на сменумеханистическому.

СогласноДарвину, естественный отбор безжалостноистребляет все, что не способствуетвыживанию организма. Из этого следовало,что и психика не могла бы возникнуть иразвиться, если бы не имела реальнойценности в борьбе за существование.

Ноее реальность можно было пониматьпо-разному. Можно было трактовать психикукак исчерпывающе объяснимую теми жепричинами (детерминантами), которыеправят всеми другими биологическимипроцессами. Но можно предположить, чтоона этими детерминантами не исчерпывается.

Прогресс науки привел ко второму выводу.

Изучениедеятельности органов чувств, скоростипсихических процессов, ассоциаций,чувствований и мышечных реакций,основанное на эксперименте и количественномизмерении, позволило открыть особуюпсихическую причинность. Тогда и возниклапсихология как самостоятельная наука.

Крупныеизменения в строе мышления о психическихявлениях произошли под влияниемсоциологии (К.Маркс, Э.Дюркгейм). Изучениезависимости этих явлений от общественногобытия и общественного сознания существеннообогатило психологию.

В середине XX векак новым идеям и открытиям привел стильмышления, который условно можно на зватьинформационно-кибернетическим (посколькуон отразил влияние нового научногонаправления кибернетики, с ее понятиямиоб информации, саморегуляции поведениясистемы, обратной связи, программировании).

Сталобыть, имеется определенная последовательностьв смене стилей научного мышления. Каждыйстиль определяет типичную для даннойэпохи кар тину психической жизни.Закономерности этой смены (преобразованияодних понятий, категорий, интеллектуальныхструктур в другие) изучаются историейнауки, и только ею одной. Такова ее перваяуникальная задача.

Втораязадача,которую призвана решать историяпсихологии, заключается в том, чтобыраскрыть взаимосвязь психологии сдругими науками.

Физик Макс Планк писал,что наука представляет собой внутреннеединое целое; ее разделение на отдельныеотрасли обусловлено не столько природойвещей, сколько ограниченностью способностичеловеческого познания.

В действительностисуществует непрерывная цепь от физикии химии через биологию и антропологиюк социальным наукам, цепь, которая ни водном месте не может быть разорвана,разве лишь по произволу.

Какизвестно, психология связана чрезвычайномногообразными узами с различнымиобластями науки и культуры.

С самогосвоего возникновения она была ориентированана философию и на протяжении несколькихстолетий фактически была одним изразделов этой науки.

Связь с философиейне прерывалась на протяжении всегопериода существования психологии какнауки, то ослабляясь (как в начале XIXв.), то опять усиливаясь (как в сер. XXв.).

Неменьшее влияние на психологию оказывалои оказывает развитие естествознания имедицины.

В то же время в работах многихпсихологов четко просматривается связьс этнографией, социологией, теориейкультуры, искусствоведением, математикой,логикой, языкознанием.

Поэтому в историипсихологии анализируются ее связи сдругими науками, их влияние друг надруга, которое изменялось в процессеразвития психологической науки, хотяприоритетное значение философии иестествознания оставалось неизменным.

Изучениеистории психологии позволяет уяснитьее роль в великой семье наук иобстоятельства, под влиянием которыхона изменялась.

Дело в том, что не толькопсихология зависела от достиженийдругих наук, но и эти последние – будьто биология или социология – изменялисьв зависимости от ин формации, котораядобывалась благодаря изучению различныхсторон психического мира. Изменениезнаний об этом мире совершаетсязакономерно.

Конечно, здесь перед намиособая закономерность; ее нельзясмешивать с логикой, изучающей правилаи формы любых видов умственной работы.Речь идет о логике развития, то есть обимеющих свои законы преобразованияхнаучных структур (таких, например, какназванный стиль мышления).

2)Общение – координата науки какдеятельности.Когнитивный аспект неотделим откоммуникативного, от общения людейнауки как важнейшего проявлениясоциальности.

Общениеученых не исчерпывает простой обмен информацией. Реальное же движение научногопознания вы ступает в форме диалогов,порой весьма напряженных, простирающихсяво времени и пространстве.

3)Личность ученого.Нами былирассмотрены две координаты науки каксистемы деятельности – когнитивная(воплощенная в логике ее развития) икоммуникативная (воплощенная в динамикеобщения).

Они не отделимы от третьейкоординаты – личностной. Творческаямысль ученого движется в пределах»познавательных сетей» и «сетейобщения».

Но она является самостоятельнойвеличиной, без активности которойразвитие науки было бы чудом, а общениеневозможно.

Коллективностьисследовательского труда приобретаетразличные формы. Одной из них являетсянаучнаяшкола. Понятиео ней неоднозначно, и под ее именемфигурируют различные типологическиеформы.

Среди них выделяются: а)научно-образовательная школа; б) школа– исследовательский коллектив; в) школакак направление в определенной областизнаний. Наука в качестве деятельности– это производство не только идей, нои людей. Без этого не было бы эстафетызнаний, передачи традиций, а тем самыми новаторства.

Ведь каждый новый прорывв непознанное возможен не иначе, какблагодаря предшествующему (даже еслипоследний опровергается).

Нарядус личным вкладом ученого социокультурнаязначимость его творчества оцениваетсяи по критерию создания им школы.

Научныешколы – будь то исследовательскаягруппа, будь то направление в науке –не являются изолированными образованиями.Они входят в научное сообщество даннойэпохи, которое сплочено своими нормамии принципами.

Иногда эту сплоченностьобозначают термином «парадигма»(образец, правило, пример), которыйуказывает на те задачи и методы ихрешения, которые сообщество ученыхсчитает обязательными для всех, кто внего входит. Парадигма объединяеткогнитивное и социальное.

На нееориентируется в своей деятельностиотдельный ученый; но он не являетсяпростым исполнителем тех правил, которыеона предписывает. Изучение личностныхкачеств ученого позволяет проникнутьв лабораторию творчества, проследитьгенезис и развитие новых замыслов иидей.

Задачи историипсихологии:

  1. изучить закономерности развития знаний о психике.

  2. раскрыть взаимосвязь психологии с другими науками, от которых зависят ее достижения.

  3. выяснить зависимость зарождения и восприятия знаний от социокультурного контекста, от идеологических влияний на научное творчество, т. е. от запросов общества (ибо наука – не изолированная система и призвана отвечать на эти запросы).

  4. изучить роль личности, ее индивидуального пути в становлении самой науки.

Методы,используемые в историко-психологическихисследованиях, конечно, отличаются отметодов общей психологии.

В историипсихологии нельзя воспользоватьсяпрактически ни одним из основных методовпсихологической науки – ни наблюдением,ни тестированием, ни экспериментом.

Область применения этих методовограничивается только узким кругомсовременных (для историка психологии)ученых и настоящим состоянием актуальныхдля этого времени проблем, в то времякак возраст психологической наукиизмеряется веками.

Поэтомуученые, занимающиеся историей психологии,разрабатывают собственные методыисследования или заимствуют их изсмежных дисциплин – науковедения,истории, социологии. Эти методы адекватнызадаче не только воссоздания историиразвития отдельного психологическогонаправления, но и включения его в общийконтекст психологической науки,исторической ситуации и культуры.

Так, в историипсихологии используются:

  1. историко-генетический метод, согласно которому изучение идей прошлого невозможно без учета общей логики развития науки в определенный исторический период;

  2. историко-функциональный метод, благодаря которому анализируется преемственность высказываемых идей.

  3. биографический метод, позволяющий выявить возможные причины и условия формирования научных взглядов ученого;

  4. метод систематизации психологических высказываний.

Впоследние десятилетия все большееприменение находят методыкатегориальногоанализа,введенные известным историком наукиМ. Блоком. В нашей стране этот подходразрабатывался в рамках историческойпсихологии науки М.Г.Ярошевским.

Онпредполагает учет социально-историческихусловий, определивших появление иразвитие данной научной школы, а такжеизучение идеогенеза, когнитивногостиля, оппонентного круга, социальнойперцепции и других детерминант,обусловивших появление значимых дляпсихологии идей.

Источникамидля истории психологии служат преждевсего труды ученых, архивные материалы,воспоминания об их жизни и деятельности,а также анализ историко-социологическихматериалов и даже художественнойлитературы, помогающей воссоздать духопределенного времени.

Источник: https://studfile.net/preview/5134871/

Задачи истории психологии

Предмет истории психологии

ИСТОРИЯ ПСИХОЛОГИИ КАК НАУКА.

Вопросы лекции:

Психологическая наука и ее предмет.

Предмет истории психологии.

Задачи истории психологии.

Психологическаянаука и еепредмет История психологии — это особая отрасль знания, имеющая собственный предмет. Его нель­зя смешивать с предметом самой психологии как науки.

Научная психология изучает факты, механизмы и закономерности той формы жизни, которую обычно называют душевной или психической.

Иногда хорошим психологом называют писателя или судью, а то и просто того, кто лучше других раз­бирается в окружающих людях, в их вкусах, пред­почтениях, мотивах их поступков.

В этом случае под психологом разумеют знатока человеческих душ (не­зависимо от того, читал ли он книги по психологии, обучался ли специальному анализу причин поведе­ния или душевной смуты), т. е.

здесь мы имеем дело с житейскими представлениями о психике.

Однако житейскую мудрость следует отличать от научного знания. Именно благодаря ему люди ов­ладели атомом, космосом и компьютером, проникли в тайны математики, открыли законы физики и хи­мии.

И не случайно научная психология стоит в одном ряду с этими дисциплинами.

Она взаимо­действует с ними, но ее предмет неизмеримо слож­нее, ибо сложнее человеческой психики нет ниче­го в известной нам Вселенной.

Итак, у психологии один предмет, а у истории пси­хологии — другой. Их непременно следует разграни­чивать. Что же является предметом психологии? В самом общем определении — психика живых существ во всем многообразии ее проявлений. Но этим ответом нельзя удовлетвориться.

Всегда нужно различать объект познания и его предмет. Первый существует сам по себе, независи­мо от информированности о нем человеческих умов. Другое дело — предмет науки. Она его строит с по­мощью специальных средств, своих методов, теорий, категорий.

Психические явления объективно уникальны. Поэтому уникален и предмет изучающей их науки. В то же время их природа отличается изначальной включенностью в жизнедеятельность организма, в работу центральной нервной системы, с одной сто­роны, в систему отношений их носителя, субъекта, с социальным миром — с другой.

Естественно поэ­тому, что любая попытка освоить предметную об­ласть психологии включала наряду с изучением то­го, что испытывает субъект, его зримые и незри­мые зависимости от природных (включая жизнь организма) и социальных факторов (различных форм взаимоотношений индивида с другими людь­ми).

Когда изменялись взгляды на организм и на общество, тогда новым содержанием обогащались и научные данные о психике.

Стало быть, чтобы познать предмет психологии, нельзя ограничиться тем обширным кругом явлений, которые знакомы каждому из собственных пережи­ваний и наблюдений за окружающими, из своего пси­хологического опыта.

Человек, никогда не изучавший физику, тем не менее, в практике своей жизни познает и различает физические свойства вещей, их твердость, горю­честь и т. д. Равным образом, не изучая психоло­гии, человек способен разбираться в психическом облике своих ближних.

Но подобно тому, как наука раскрывает перед ним устройство и законы физи­ческого мира, она просвечивает своими понятия­ми тайны психического мира, позволяет проник­нуть в законы, которые им правят. Шаг за шагом их осваивала пытливая научная мысль, передавая крупицы добытых ею истин новым энтузиастам.

Уже это само по себе говорит нам, что предмет науки историчен. И эта история вовсе не оборва­лась на сегодняшних рубежах.

Вот почему знание о предмете психологии не­возможно без выяснения его «биографии», без вос­создания «драмы идей», в которой были задейст­вованы и величайшие умы человечества, и скром­ные труженики науки.

Поскольку мы затронули вопрос, касающийся от­личия житейской мудрости от научного знания, сле­дует хотя бы кратко оценить специфику последнего. Научное знание принято де­лить на теоретическое и эмпири­ческое. Слово «теория» греческо­го происхождения.

Оно означает систематически изложенное об­общение, позволяющее объяс­нять и предсказывать явления. Обобщение соотно­сится с данными опыта, или (опять же по-гречески) эмпирии, т. е.

наблюдений и экспериментов, требу­ющих прямого контакта с изучаемыми объектами.

Теоретическое и эмпирическое знание. Зримое благодаря теории «умственными очами» способно дать верную картину действительности, тог­да как эмпирические свидетельства органов чувств — иллюзорную.

Решающий признак на­учного знания — его опосредованность. Оно строит­ся посредством присущих науке интеллектуальных операций, структур и методов. Это целиком относится к научным представлениям о психике.

На первый взгляд, ни о чем субъект не имеет столь достоверных сведений, как о фактах своей душевной жизни (ведь «чужая душа — потемки»).

Причем та­кого мнения придерживались и некоторые ученые, согласно которым психологию отличает от других дис­циплин субъективный метод, или интроспекция («смотрение внутрь»), особое «внутреннее зрение», позволяющее человеку выделить элементы, из кото­рых образуется структура сознания.

Однако прогресс психологии показал, что когда эта наука имеет дело с явлениями сознания, досто­верное знание о них достигается благодаря объек­тивному методу.

Именно он дает возможность кос­венным, опосредованным путем преобразовать знания об испытываемых индивидом состояниях из субъективных феноменов в факты науки. Сами по себе свидетельства самонаблюдения, самоотчеты лич­ности о своих ощущениях, переживаниях и т. п.

— «сырой» материал, который только благодаря обра­ботке аппаратом науки становится ее эмпирией. Этим научный факт отличается от житейского.

Сила теоретической абстракции и обобщений ра­ционально осмысленной эмпирии открывает зако­номерную причинную связь явлений.

В отношении наук о физическом мире это для всех очевидно. Опора на изученные законы этого мира позволяет предвосхищать грядущие явления, — например нерукотворные солнечные затмения и эф­фекты производимых людьми ядерных взрывов.

В кругу взаимосвязи теории, эмпирии и практики строится новое предметное знание. В его построе­нии обычно незримо представлены философские, ме­тодологические установки исследователей.

Это ка­сается всех наук, применительно же к психологии связь с философией являлась особенно тесной. Бо­лее того, до середины прошлого века в психологии неизменно видели один из разделов философии.

По­этому печать конфронтации философских школ ле­жит на конкретных учениях о психической жизни. Издавна ее естественнонаучным, материалистическим объяснениям противостояли идеалистические, рато­вавшие за версию о духе как первоначале бытия.

За­частую идеализм соединял научное знание с религи­озными верованиями. Но религия является отлич­ной от науки сферой культуры, имеющей свой образ мысли, свои нормы и принципы. Смешивать их не следует.

Вместе с тем ошибочно было бы считать психологические учения, созданные в русле идеалистической философии, враждебными науке. Мы увидим, сколь важную роль в прогрессе психологического позна­ния сыграли идеалистические системы Платона, Лейбница, других философов, исповедовавших вер­сию о природе душевных явлений, несовместимую с естественнонаучной картиной мира.

Поскольку же этими явлениями поглощены различные формы куль­туры — не только религия, философия, наука, но так­же искусство, причем каждая из этих форм испытывает свою историческую судьбу, то, обращаясь к ис­тории психологии, надо определить критерии, на которые следует ориентироваться в этой области ис­следований, чтобы реконструировать ее собственную летопись.

История науки — особая об­ласть знания. Ее предмет суще­ственно иной, чем предмет той науки, развитие которой она изу­чает.

Предмет истории психологии. Следует иметь в виду, что об истории науки мож­но говорить в двух смыслах. История — это реаль­но совершающийся во времени и пространстве про­цесс.

Он идет своим чередом независимо от того, каких взглядов на него придерживаются те или иные индивиды. Это же относится и к развитию науки.

Как непременный компонент культуры, она возникает и изменяется безотносительно к тому, какие мнения по поводу этого развития высказы­вают различные исследователи в различные эпохи и в различных странах.

Применительно к психологии веками рождались и сменяли друг друга представления о душе, созна­нии, поведении. Воссоздать правдивую картину этой смены, выявить, от чего она зависела, и призвана история психологии.

Психология как наука изучает факты, механизмы и закономерности психической жизни. История же психологии описывает и объясняет, как эти факты и законы открывались (порой в мучительных поисках истины) человеческому уму.

Итак, если предметом психологии является одна реальность, а именно реальность ощущений и вос­приятий, памяти и воли, эмоций и характера, то пред­метом истории психологии служит другая реальность, а именно— деятельность людей, занятых познанием психического мира.

Эта деятельность совершает­ся в системе трех главных коор­динат: когнитивной, социальной и личностной.

Научная деятельность в трех аспектах. Когнитивный аппарат выра­жен во внутренних познаватель­ных ресурсах науки. Поскольку наука — это производство ново­го знания, они изменялись, совершенствовались.

Эти средства образуют интеллектуальные структу­ры, которые можно назвать строем мышления. Сме­на одного строя мышления другим происходит за­кономерно. Поэтому говорят об органическом ро­сте знания, о том, что его история подвластна определенной логике.

Никакая другая дисципли­на, кроме истории психологии, эту логику, эту за­кономерность не изучает.

Логика развития науки. Так, в XVII веке сложилось представление об ор­ганизме как своего рода машине, которая работает подобно помпе, перекачивающей жидкость. Прежде считалось, что действиями организма управляет ду­ша — незримая бестелесная сила. Апелляция к бес­телесным силам, правящим телом, была в научном смысле бесперспективной.

Прогресс же научного знания заключался в по­иске и открытии реальных причин, доступных про­верке опытом и логическим анализом.

Научное зна­ние — это знание причин явлений, факторов (детерминант), которые их порождают, что относится ко всем наукам, в том числе и к психологии.

Если вер­нуться к упомянутой научной революции, когда тело было освобождено от влияния души и стало объяс­няться по образу и подобию работающей машины, то это произвело переворот в мышлении. Результа­том же явились открытия, на которых базируется со­временная наука.

Причинный анализ явлений принято называть де­терминистским (от лат. «детермино» — определяю). Детерминизм Декарта и его последователей был ме­ханистическим.

Реакция зрачка на свет, отдергивание руки от горячего предмета и другие реакции ор­ганизма, которые прежде ставились в зависимость от души, отныне объяснялись воздействием внеш­него импульса на нервную систему и ее ответным действием.

Данной же схемой объяснялись простей­шие чувства (зависящие от состояния организма), простейшие ассоциации (связи между различными впечатлениями) и другие функции организма, отно­симые к разряду психических.

Такой строй мышления царил до середины XIX века. В этот период в развитии научной мысли про­изошли новые революционные сдвиги. Учение Дар­вина коренным образом изменило объяснение жиз­ни организма.

Оно доказало зависимость всех функ­ции (в том числе психических) от наследственности, изменчивости и приспособления (адаптации) к внешней среде.

Это был биологический детерминизм, который пришел на смену механистическому.

Согласно Дарвину, естественный отбор безжалоcтнo истребляет все, что не способствует выжива­нию организма. Из этого следовало, что и психика не могла бы возникнуть и развиться, если бы не имела реальной ценности в борьбе за существование.

Но ее реальность можно было понимать по-разному. Можно было трактовать психику как исчерпывающе объяснимую теми же причинами (детерминантами), которые правят всеми другими биологическими про­цессами. Но можно предположить, что она этими де­терминантами не исчерпывается.

Прогресс науки привел ко второму выводу.

Изучение деятельности органов чувств, скоро­сти психических процессов, ассоциаций, чувст­вований и мышечных реакций, основанное на эксперименте и количественном измерении, позво­лило открыть особую психическую причинность. Тогда и возникла психология как самостоятельная наука.

Крупные изменения в строе мышления о психи­ческих явлениях произошли под влиянием социоло­гии (К. Маркс, Э.Дюркгейм). Изучение зависимости этих явлений от общественного бытия и обществен­ного сознания существенно обогатило психологию.

В середине XX века к новым идеям и открытиям при­вел стиль мышления, который условно можно на­звать информационно-кибернетическим (поскольку он отразил влияние нового научного направления — кибернетики, с ее понятиями об информации, само­регуляции поведения системы, обратной связи, про­граммировании).

Стало быть, имеется определенная последователь­ность в смене стилей научного мышления. Каждый стиль определяет типичную для данной эпохи кар­тину психической жизни. Закономерности этой сме­ны (преобразования одних понятий, категорий, ин­теллектуальных структур в другие) изучаются исто­рией науки, и только ею одной. Такова ее первая уникальная задача.

Вторая задача, которую призвана решать исто­рия психологии, заключается в том, чтобы раскрыть взаимосвязь психологии с другими науками.

Фи­зик Макс Планк писал, что наука представляет со­бой внутренне единое целое; ее разделение на от­дельные отрасли обусловлено не столько природой вещей, сколько ограниченностью способности че­ловеческого познания.

В действительности суще­ствует непрерывная цепь от физики и химии через биологию и антропологию к социальным наукам, цепь, которая ни в одном месте не может быть ра­зорвана, разве лишь по произволу.

Изучение истории психологии позволяет уяснить ее роль в великой семье наук и обстоятельства, под влиянием которых она изменялась.

Дело в том, что не только психология зависела от достижений дру­гих наук, но и эти последние — будь то биология или социология — изменялись в зависимости от ин­формации, которая добывалась благодаря изучению различных сторон психического мира. Изменение знаний об этом мире совершается закономерно.

Ко­нечно, здесь перед нами особая закономерность; ее нельзя смешивать с логикой, изучающей правила и формы любых видов умственной работы. Речь идет о логике развития, то есть об имеющих свои законы преобразованиях научных структур (таких, например, как названный стиль мышления).

Когнитивный аспект неотде­лим от коммуникативного, от об­щения людей науки как важ­нейшего проявления социаль­ности.

Общение — координата науки как деятельности.Говоря о социальной обусловленности жизни на­уки, следует различать несколько ее сторон. Особен­ности общественного развития в конкретную эпоху преломляются сквозь призму деятельности научного сообщества, имеющего свои нормы и эталоны.

В нем когнитивное неотделимо от коммуникативного, по­знание — от общения. Когда речь идет не только о сходном осмыслении терминов (без чего обмен идей невозможен), но об их преобразовании (ибо именно оно совершается в научном исследовании как форме творчества), общение выполняет особую функцию.

Оно становится креативным.

Общение ученых не исчерпывает простой обмен ин­формацией. Бернард Шоу писал: «Если у вас яблоко и у меня яблоко, и мы обмениваемся ими, то остаемся при своих — у каждого по яблоку. Но если у каждого из нас по одной идее и мы передаем их друг другу, то ситуация меняется. Каждый сразу же становится бога­че, а именно— обладателем двух идей».

Эта наглядная картина преимуществ интеллекту­ального общения не учитывает главной ценности об­щения в науке как творческом процессе, в котором возникает «третье яблоко» — когда при столкнове­нии идей происходит «вспышка гения».

Если общение выступает в качестве непременно­го фактора познания, то информация, возникшая в научном общении, не может интерпретироваться только как продукт усилий индивидуального ума. Она порождается пересечением линий мысли, идущих из многих источников.

Различное видение и объяснение одного и того же психического феномена определялось «сеткой» тех понятий, из которых сплетались различные теории.

Можно ли, однако, ограничиться внутритеоретическими связями понятия, чтобы раскрыть его содер­жание? Дело в том, что теория работает не иначе, как сталкиваясь с другими, «выясняя отношения» с ними.

(Так, функциональная психология опроверга­ла установки вундтовской школы, Сеченов дискути­ровал с интроспекционизмом и т. п.) Поэтому зна­чимые компоненты теории неотвратимо несут печать этих взаимодействий.

Если И. П. Павлов отказался от субъективно-психологического объяснения реакций животного, перейдя к объективно-психологическому (о чем оповестил в 1903 году Международный конгресс в Мадриде), то произошло это в ответ на запросы логики развития науки, где эта тенденция намети­лась по всему исследовательскому фронту.

Если В. Джемс, патриарх американской психоло­гии, прославившийся книгой, где излагалось учение о сознании, выступил в 1905 году на Международ­ном психологическом конгрессе в Риме с докладом «Существует ли сознание?», то сомнения, которые он тогда выразил, были плодом дискуссий — предве­стников появления бихевиоризма, объявившего со­знание своего рода пережитком времен алхимии и схоластики.

Свой классический труд «Мышление и речь» Л. С. Выготский предваряет указанием, что книга представляет собой результат почти десятилетней ра­боты автора и его сотрудников, что многое, считав­шееся вначале правильным, оказалось прямым за­блуждением.

Выготский подчеркивал, что он подверг крити­ке Ж. Пиаже и В. Штерна. Но он критиковал и са­мого себя, замыслы своей группы. Впоследствии Выготский признал, в чем заключался просчет: «…В старых работах мы игнорировали то, что знаку при­суще значение». Переход от знака к значению со­вершился в диалогах, изменивших исследователь­скую программу Выготского, а тем самым и облик его школы.

Личность ученого. Нами были рассмотрены две координаты науки как системы деятельности — когнитивная (воплощенная в логике ее развития) и коммуника­тивная (воплощенная в динамике общения).

Они не­отделимы от третьей координаты— личностной. Творческая мысль ученого движется в пределах «по­знавательных сетей» и «сетей общения».

Но она яв­ляется самостоятельной величиной, без активности которой развитие науки было бы чудом, а общение невозможно.

Коллективность исследовательского труда приоб­ретает различные формы. Одной из них является на­учная школа. Понятие о ней неоднозначно, и под ее именем фигурируют различные типологические фор­мы.

Среди них выделяются: а) научно-образователь­ная школа; б) школа — исследовательский коллек­тив; в) школа как направление в определенной обла­сти знаний. Наука в качестве деятельности — это производство не только идей, но и людей. Без этого не было бы эстафеты знаний, передачи традиций, а тем самым и новаторства.

Ведь каждый новый про­рыв в непознанное возможен не иначе, как благода­ря предшествующему (даже если последний опровер­гается).

Наряду с личным вкладом ученого социокультурная значимость его творчества оценивается и по кри­терию создания им школы. Так, говоря о роли И. М. Сеченова, его ближайший ученик М. Н. Шатерников, отмечал в качестве его главной заслуги то, что он с выдающимся успехом сумел привлечь моло­дежь к самостоятельной разработке научных вопро­сов и тем положил начало русской физиологической школе.

Здесь подчеркивается деятельность Сеченова как учителя, сформировавшего у тех, кому посчастливи­лось пройти его школу (на лекциях и в лаборато­рии), умения самостоятельно разрабатывать свои проекты, отличные от сеченовских.

Но отец русской фи­зиологии и объективной психологии создал не толь­ко научно-образовательную школу.

В один из пери­одов своей работы — и можно точно указать те не­сколько лет, когда это происходило, — он руководил группой учеников, образовавших школу как иссле­довательский коллектив.

Научные школы — будьте исследовательская груп­па. Будь то направление в науке — не являются изо­лированными образованиями. Они входят в научное сообщество данной эпохи, которое сплочено своими нормами и принципами.

Иногда эту сплоченность обозначают термином «парадигма» (образец, прави­ло, пример), который указывает на те задачи и мето­ды их решения, которые сообщество ученых считает обязательными для всех, кто в него входит. Парадиг­ма объединяет когнитивное и социальное.

На нее ориентируется в своей деятельности отдельный уче­ный; но он не является простым исполнителем тех правил, которые она предписывает. Изучение лич­ностных качеств ученого позволяет проникнуть в ла­бораторию творчества, проследить генезис и разви­тие новых замыслов и идей.

Задачи истории психологии. Перечислим главные задачи истории психологии как особой отрасли знания.

Имеется определенная после­довательность в смене основных «формаций» науч­ного мышления (его стилей и структур): каждая «формация» определяет типичную для данной эпохи кар­тину психической жизни.

Закономерности этой сме­ны (преобразования одних категорий и понятий в другие) изучаются историей психологии и только ею одной. Отсюда ее первая уникальная задача: изучить закономерности развития знаний о психике.

Вторая задача — раскрыть взаимосвязь психологии с други­ми науками, от которых зависят ее достижения. Третья задача — выяснить зависимость зарождения и восприятия знаний от социокультурного контек­ста, от идеологических влияний на научное творче­ство, т. е.

от запросов общества» (ибо наука — не изо­лированная система и призвана отвечать на эти за­просы).И, наконец, четвертая задача — изучить роль личности, ее индивидуального пути в становлении самой науки.

Лекция 2. АНТИЧНАЯ ФИЛОСОФИЯ И ПСИХОЛОГИЯ

Вопросы лекции:

Предыдущая12345678910111213141516Следующая

Дата добавления: 2015-11-20; просмотров: 1037; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ

ПОСМОТРЕТЬ ЁЩЕ:

Источник: https://helpiks.org/5-110695.html

Book for ucheba
Добавить комментарий