Вирджиния М. Сатир ЧТО КРОЕТСЯ ЗА ОЧЕВИДНЫМ: ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

Содержание
  1. Почему семейная терапия?
  2. Семейная психотерапия вирджинии сатир и возможности применения технологий профайлинга в ее процессе
  3. 15 правил счастливой семейной жизни от Вирджинии Сатир
  4. 1. Вы друзья!
  5. 2. Вам не скучно друг с другом
  6. 3. Вы не избегаете друг друга
  7. 4. Вы можете критиковать друг друга, не обижая
  8. 5. Вы смотрите друг другу в глаза
  9. 6. Вам есть, о чем поговорить, и комфортно молчать
  10. 7. Вы не боитесь проявлять чувства
  11. 8. Родители ощущают себя лидерами-вдохновителями, а не авторитарными руководителями
  12. 9. Родители обожают своих детей, но понимают, что чужие дети не хуже
  13. 10. Мы не боимся проблем и не выносим сложные вопросы «за скобки»
  14. 11. Мы даем детям свободу выбора
  15. 12. Мы всегда можем что-то изменить
  16. 13. Мы ценим себя и свою семью, независимо от мнения окружающих
  17. 14. Следим за тем, чтобы наш «котел» всегда был полон
  18. 15. Мы не угадываем, мы разговариваем
  19. Вирджиния Сатир — Великая дама семейной терапии

Почему семейная терапия?

Вирджиния М. Сатир ЧТО КРОЕТСЯ ЗА ОЧЕВИДНЫМ: ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

1. Как войти в соприкосновение со своими чувствами и поделиться ими

а) Расслабьтесь на минуту. Закройте глаза и заметьте, какое у вас сейчас состояние.

Как вы себя чувствуете? Что произошло только что или происходит сейчас? Как вы реагируете на то, что происходит? Какие чувства связаны у вас с этой реакцией? Если вы чувствуете напряжение, признайте это чувство и выразите поддержку самому себе; расслабьтесь и обратите внимание на свое дыхание. Теперь откройте глаза.

б) Предложите вашему партнеру проделать с вами следующее упражнение. После того, как вы расскажите друг другу о своих чувствах:

«Сейчас я чувствую напряжение / смущение / радость / и т.д.» —

просто выразите свою благодарность, без оценок и комментариев.

Таким образом вы сможете начать понимать чувства вашего партнера, и, следовательно, лучше узнаете друг друга. Нам нужно много упражняться, чтобы сломать запрет на открытое выражение чувств. Делайте это упражнение как можно чаще с теми людьми, которым вы доверяете.

в) Теперь расскажите друг другу о том, что поднимает вам настроение, и от чего вы обычно чувствуете себя подавленным.

Вы можете узнать что-то новое о вашем партнере (даже после стольких лет, прожитых вместе) и почувствовать, что после этого он стал вам ближе. Когда вы выполните упражнение, обсудите его с вашим партнером.

2. Как провести различие между вашим партнером и его образом, созданным вами

Хотя это упражнение может показаться немного необычным, вы сможете его сделать.

а) Сядьте напротив своего партнера на таком расстоянии, чтобы вы легко могли дотронуться друг до друга. Представьте себе, что у каждого из вас в руке фотокамера и вы снимаете друг друга.

Именно это и происходит, когда два человека оказываются лицом к лицу. Другие люди могут при этом присутствовать, но только два человека могут одновременно смотреть друг другу прямо в глаза. Фотоснимок нужно проявить, чтобы увидеть, что именно было сфотографировано; точно так же и люди проявляют такие снимки в своем мозгу, мозг их интерпретирует, а затем следует действие.

Сядьте поудобнее и просто посмотрите на своего партнера. Если у вас есть запреты, не позволяющие вам глазеть на людей, игнорируйте их. Разрешите самому себе на самом деле смотреть и замечать. Не разговаривайте, пока вы это делаете.

Заметьте все части лица: глаза, веки, брови, ноздри, мышцы лица и шеи. Заметьте цвет кожи и любые, даже незначительные, его изменения. Теперь рассмотрите все тело: его размер и форму, одежду, надетую на нем, любые движения рук или ног, положение спины и плеч.

Проделайте все это в течение одной минуты, а потом закройте глаза. Заметьте, насколько ясно вы можете себе представить лицо и тело вашего партнера. Снова откройте глаза и заметьте, не упустили ли вы какие-нибудь детали.

Процесс мысленного проявления снимков естественно включает в себя сравнения, оценки и воспоминания. Например:

«У него грязные волосы. Ему следует держаться прямее. Он точь-в-точь как его мать«.

Или:

«Мне нравятся ее глаза. Мне нравятся ее руки. Мне не нравится цвет ее платья. Мне не нравится, что она хмурится«.

Или, может быть, вы спрашиваете сами себя:

«Почему он хмурится? Почему он так редко смотрит на меня? Почему он не раскрывает свой потенциал?«

Или, может быть, вы сравниваете себя с ней:

«Я никогда не буду таким умным, как она«.

Или вам могут вспомниться старые обиды:

«Он уже изменил мне один раз, как я могу доверять ему?«

Для всех этих сравнений и оценок требуется своего рода внутренний диалог. Замечаете ли вы этот внутренний диалог, который все время происходит в вашей голове? Когда вы сосредоточены на чем-то, ваш внутренний диалог обычно оценивает то, что вы замечаете.

Когда начинаете осознавать свои мысли, обратите внимание, какие чувства и реакции они вызывают. Заметьте ощущения в своем теле.

Вы можете почувствовать напряжение или нервозность. Ваше сердце может начать биться чаще, или вы можете вспотеть. Или, если ваши мысли вызывают у вас приятные чувства, ваше тело может расслабиться. Ваши мысли и ваши чувства сильно влияют друг на друга.

б) Теперь, когда вы внимательно рассмотрели партнера и заметили все, что можно было заметить, закройте глаза. Кого больше всего напоминает вам ваш партнер?

Почти каждый человек напоминает кого-то другого. Это может быть родитель, бывший друг или подруга, кинозвезда, герой романа — кто угодно.

Когда вы обнаружите сходство, определите, как вы относитесь к тому человеку, которого вам напоминает ваш партнер.

Если сходство достаточно сильное, может быть, время от времени вы путаете своего партнера с этим человеком. Может быть, вы реагируете на того, другого человека. Когда это происходит, ваш партнер может не понять вашей реакции и прийти в замешательство.

Через минуту откройте глаза и поделитесь с партнером тем, что вы узнали. Если вы обнаружили сходство с другим человеком, расскажите вашему партнеру, на кого он похож, что в нем напоминает вам другого человека, и какие чувства вы испытываете по этому поводу. Конечно, ваш партнер сделает то же самое.

в) Теперь закройте на минуту глаза. Позвольте самому себе осознать, что вы чувствовали и о чем вы думали, когда вы смотрели на партнера, какие ощущения были в вашем теле, и какие чувства вы испытываете по поводу этих мыслей и чувств.

Представьте себе, что вы рассказываете партнеру обо всем, что происходило или происходит у вас внутри. Не заставляет ли вас нервничать одна только мысль об этом? Вы взволнованы? Готовы рискнуть? Мягко и спокойно расскажите вашему партнеру все, что вы хотите или можете о ваших мыслях и чувствах.

Задача вашего партнера — просто внимательно выслушать и поблагодарить вас за все, чем вы смогли с ним поделиться.

Насколько вы готовы поделиться с партнером вашими настоящими мыслями и чувствами? Ответ на этот вопрос может дать вам довольно точное представление о том, насколько свободно вы чувствуете себя с партнером. Если вам было страшно поделиться своими мыслями и чувствами, вам, наверное, не захочется этого признать.

Если у вас были отрицательные чувства, вы, наверное, хотели их скрыть. Если таких отрицательных реакций было много, то, вероятно, ни вы, ни ваш супруг не испытываете особого удовлетворения от ваших отношений.

Если вы почувствовали, что вам необходимо соблюдать осторожность, когда вы что-либо говорите своему партнеру, можете ли вы объяснить себе, почему? Можете ли вы быть честным и прямым с самим собой?

3. Завершение неоконченных дел

а) Это упражнение — не «разборка». В нем вы, скорее, оставляете болезненные или неприятные моменты позади, сохраняя при этом взаимопонимание.

Сядьте поудобнее, и сохраняя контакт глаз с партнером, успокойте сами себя с помощью ровного дыхания. Затем скажите своему партнеру, что вам хотелось бы прояснить некоторые вещи, разобраться в чем-то или с чем-то покончить.

Возможно, вам для этого потребуется только объяснить, что вы имеете в виду.

А может быть, будет более уместно сделать нечто большее; например, если ваше неоконченное дело содержит в себе какие-то предположения, вам может захотеться задать несколько вопросов.

Этот диалог может проходить примерно вот так:

«Две недели назад я сказал тебе, что пойду с тобой на прогулку. Я этого не сделал. Я забыл. Я хочу тебе сказать, что постараюсь сдерживать свои обещания«.

Или:

«Вчера вечером я рассердилась на тебя, потому что ты пригласил на танец другую. Я больше не сержусь. Не можешь ли ты объяснить мне, почему ты не пригласил меня?«

Или:

«Я так горжусь твоим выступлением на вчерашнем концерте. Мне кажется, я немного завидовала, и поэтому не сказала тебе об этом«.

Это упражнение помогло многим людям предотвратить разлад в семье или устранить его, а также прояснить недопонимания.

Когда вы скажете друг другу все, что вы хотели сказать, предложите партнеру поделиться своими чувствами и мыслями по этому поводу. В завершение поблагодарите друг друга, и пусть каждый из вас расскажет, что он чувствует теперь, когда проблема разрешена.

4. Как провести различие между вашим партнером и «ым образом» вашего партнера, созданным вами

а) Это упражнение напоминает упражнение на мысленное фотографирование, только здесь мы будем работать с ыми характеристиками. Когда ваш партнер начинает тяжело дышать, кашлять или разговаривать, вы это слышите. Все, что вы слышите, вызывает у вас воспоминания, как и то, что вы видите.

Когда вы на самом деле начинаете прислушиваться к голосу партнера, все остальные звуки уходят на задний план. Голос может быть громкий или тихий, отчетливый или бормочущий, быстрый или медленный.

Естественно, у вас появятся мысли и чувства по поводу того, что вы слышите.

Вы заметите ые характеристики и свою реакцию на них; время от времени вы, может быть, будете упускать смысл сказанного, и вам придется просить вашего партнера повторить то, что он говорил.

Большинство людей не знают, как их голос звучит для других, они знают только, каким голосом они намеревались что-то сказать. К счастью, мы можем изменить громкость, скорость и даже тон голоса.

Если бы люди на самом деле могли услышать свой собственный голос, они, наверное, изменили бы его. Вы, наверное, встречали людей, которые говорили пронзительным и резким голосом, или тихим, едва слышным, или их речь звучала так, как будто рот у них набит кашей.

Голос человека сильно влияет на то, как вы отреагируете на сказанное.

Расскажите своему партнеру, как его голос звучит для вас, и попросите его сделать то же самое.

Когда у вас будет возможность, послушайте магнитофонную запись своего голоса. Если вы сделаете это в присутствии других людей, то, скорее всего, вы будете единственным человеком, для которого голос на пленке будет звучать странно. Все остальные заверят вас, что он звучит нормально.

5. Как начать осознавать прикосновения

Прикосновение — это часто самое убедительное средство передачи эмоциональной информации между двумя людьми.

Наше самое непосредственное знакомство с миром произошло с помощью прикосновения человеческих рук, и прикосновение остается самым доверительным способом общения между людьми. Люди поверят вашему прикосновению больше, чем вашим словам.

Интимные отношения становятся более или менее интенсивными в зависимости от того, как партнеры воспринимают прикосновения.

Подумайте о том, как много разных вещей вы можете делать с помощью рук: поднимать, гладить, держать, шлепать, удерживать равновесие. С каждым прикосновением связано определенное чувство: любовь, доверие, страх, слабость, волнение или скука.

Вы можете начать осознавать, на что похоже ваше прикосновение для другого человека.

Один из способов, как вы можете это сделать, — это задать вопрос: «Какое у тебя ощущение, когда я прикасаюсь к тебе вот так?» Нас практически не учили узнавать, какое ощущение вызывает наше прикосновение.

Некоторым людям этот вопрос может показаться неловким, несмотря на пользу, которую он приносит. Также полезно, чтобы вы могли сказать другому человеку, какое у вас ощущение от его прикосновения.

Я убеждена, что большинство родителей не хотят причинять вред своим детям, когда они бьют их. Они не осознают, какова сила их шлепка. Многие родители приходят в ужас, когда видят результаты своих действий. Когда вы приветствуете кого-нибудь пожатием руки или когда вы гладите кого-нибудь, замечайте, что происходит, когда вы касаетесь человека. Вы также можете спросить:

«Сразу после этого я почувствовал . . . А что почувствовала ты?«

а) Чтобы выполнить это упражнение, сядьте на таком расстоянии, чтобы вы могли дотронуться до вашего партнера, и посмотрите друг другу в глаза в течение одной минуты. Затем возьмитесь за руки и закройте глаза. Медленно исследуйте руки своего партнера.

Заметьте их форму, температуру, каковы они на ощупь. Обращайте внимание на любые чувства или ощущения, которые у вас возникают, пока вы изучаете руки своего партнера. Прочувствуйте, какое ощущение у вас возникает, когда вы прикасаетесь к этим рукам и когда эти руки прикасаются к вам.

Заметьте пульсацию в кончиках пальцев.

б) Примерно через две минуты откройте глаза и продолжайте прикасаться к партнеру, глядя на него. Заметьте, что происходит. Меняется ли что-нибудь, когда вы смотрите на партнера?

в) Примерно через 30 секунд закройте глаза и продолжайте прикасаться к партнеру, замечая любые изменения. Через минуту мягко разъедините руки, но не отталкивайте руку партнера. Сядьте прямо и позвольте самому себе насладиться своими впечатлениями от этого переживания. Откройте глаза и поделитесь своими мыслями и чувствами со своим партнером.

г) После этого пусть ваш партнер закроет глаза, а вы в это время будете мягко водить рукой по его лицу, полностью сосредоточившись на прикосновении. Затем поменяйтесь ролями и поделитесь друг с другом своими переживаниями.

Важно знать, как воспринимается ваше прикосновение, потому что люди ощущают прикосновения по-разному. Если вы хотели нежно прикоснуться к вашему партнеру, а он воспринял это как резкое прикосновение, — это важная информация.

Запрет на прикосновения является до какой-то степени причиной неудовлетворения во многих сексуальных отношениях. Когда супруги постепенно начинают получать удовольствие от прикосновений, их взаимоотношения в целом улучшаются.

6. Как начать осознавать запах

а) Следующее упражнение — это попробовать понюхать друг друга.

Это может звучать немного вульгарно, но запах — это нечто важное. Вот почему люди пользуются духами. Иногда неприятные запахи могут помешать интимным отношениям.

б) Заметьте, что происходит, когда вы и ваш партнер нарушаете запрет на то, чтобы нюхать друг друга. Поделитесь своими переживаниями с партнером и послушайте, что он расскажет вам.

К этому моменту, когда вы уже вошли в контакт с помощью глаз, ушей, кожи, обоняния и поделились своими переживаниями, в вас может уже начать расти взаимопонимание и благодарность друг к другу.

Если ваш партнер был связан для вас со старыми воспоминаниями, то теперь вам, наверное, легче воспринимать его здесь и сейчас, таким, какой он есть на самом деле. Если ваш партнер все еще напоминает вам кого-то другого, вы можете просто сказать ему об этом и начать менять это восприятие, замечая, кто ваш партнер на самом деле.

Если вы смотрите на человека сегодня, а видите то, что происходило вчера, то препятствия на пути построения желательных для вас отношений станут еще больше.

7. Влияние положения в пространстве на общение

а) Поставьте стулья спинками друг к другу на расстояние приблизительно 50 см, сядьте на них и начните разговаривать друг с другом. Заметьте, что происходит. Удобно ли вам? Получаете ли вы удовольствие от разговора? Вам трудно слышать друг друга?

б) Теперь отодвиньте стулья на 3 м друг от друга и продолжайте упражнение, сидя спиной друг к другу. Заметьте изменения в вашем общении.

Вас может удивить, насколько часто общение в семье происходит во время просмотра телепередач или когда один из членов семьи закрылся газетой. Непосредственное общение с полным вниманием встречается в семьях редко, несмотря на всю его важность.

в) Теперь решите, кто из вас будет А, а кто — Б. Во время разговора А стоит, а Б — сидит на полу. Поговорите о своих ощущениях. Через 1 минуту остановитесь, поделитесь со своим партнером тем, что вы заметили. Потом поменяйтесь ролями и повторите упражнение.

Было время, когда мы все смотрели снизу вверх на взрослых людей, которые нас окружали. Если у вас есть маленькие дети, то они сейчас в этой позиции.

8. Как внимательно слушать, чтобы понять смысл

Цель этого упражнения — это научиться слышать и видеть своего партнера. Чтобы на самом деле слышать и видеть другого человека, нужна внимательность. Однако в общении люди обычно дают оценки и думают о том, что они скажут в ответ. Чем больше вы сосредоточены на своем внутреннем диалоге, тем меньше обращаете внимание на другого человека, и уже не можете точно видеть или слышать.

Это может привести к неточным выводам. Если это эмоциональный разговор, то есть много вещей, на которые стоит обратить внимание: выражение лица вашего партнера, тон его голоса, старые воспоминания, мысли о том, что может произойти в будущем или о том, что сказать дальше, ваши собственные сильные чувства и эмоции, и смысл того, что сказал ваш партнер.

Неудивительно, что так часто бывают недопонимания.

а) Сидя лицом друг к другу и обращаясь к вашему партнеру, произнесите какое-нибудь утверждение, которое вы считаете верным. Пусть ваш партнер повторит его вашими словами, подстраиваясь к вашему голосу, интонации, ударениям, выражению лица, положению тела и движениям. Давайте своему партнеру обратную связь, чтобы помочь ему достичь успеха. Потом поменяйтесь ролями.

Почувствовали ли вы уже, на что это похоже, когда вы концентрируете все свое внимание, чтобы понять смысл того, что говорит ваш партнер. Это непростая задача, потому что слова могут иметь разные значения в зависимости от того, как они сказаны. Чувствуете ли вы разницу между теми ситуациями, когда вы слушаете вполуха и ситуациями, когда вы на самом деле слушаете?

Для того, чтобы слушать по-настоящему, слушателю нужно:

— слушать с полным вниманием то, что говорит собеседник;

— избегать предварительных размышлений о том, что собеседник собирается сказать;

— слушать для того, чтобы понять, а не для того, чтобы оценить;

— задавать вопросы, чтобы прояснить любые многозначные высказывания;

— проверить, правильно ли вы поняли, кратко пересказав собеседнику то, что он сказал.

Если это важный разговор, то слушайте по-настоящему или отложите этот разговор на более подходящее время. Не притворяйтесь, что вы внимательно слушаете, если на самом деле вы этого не делаете.

б) Продолжая сидеть лицом друг к другу, произнесите вслух еще одно верное утверждение. Пусть ваш партнер постарается угадать, что вы на самом деле имели в виду. А вы скажете ему, правильно ли он угадал или нет. Ваша задача — получить 3 ответа «да». Например:

«Мне кажется, что здесь жарко».

«Ты имеешь в виду, что ты чувствуешь себя неуютно?»

«Да».

«Ты имеешь в виду, что мне тоже должно быть жарко?»

«Нет».

«Ты хочешь, чтобы я принес тебе стакан воды?»

«Нет».

«Ты хочешь сообщить мне, что ты чувствуешь себя неуютно?»

«Да».

«Ты хочешь, чтобы я что-нибудь предпринял в связи с этим?»

«Да».

Теперь слушатель понял «мета-сообщение» своего собеседника; он понял смысл сообщения. Если слушатель не получил в ответ ни одного «да», пусть его собеседник просто объяснит, что он имел в виду.

в) Теперь проделайте то же самое упражнение, но уже с вопросом, а не с утверждением. Помните, что ваша задача — это понять смысл вопроса, а не ответить на него.

Смысл сообщения состоит в том, что понял слушатель, а люди понимают вещи по-разному. Затем они строят предположения о том, что это могло бы значить, и верят, что их предположения — это факты. Вот почему полезно переспрашивать другого человека, чтобы убедиться, что ваше понимание совпадает с его пониманием.

Другая ловушка, в которую можно попасть в ходе общения, такова: человек полагает, что другие люди знают, о чем он думает. Кажется, что предпосылка здесь примерно следующая: «Если ты меня любишь, ты можешь и должен читать мои мысли«. Как бы мало информации ни сообщал говорящий, он ожидает, что его поймут.

Одна из самых распространенных жалоб, которые люди высказывают по поводу членов своей семьи: «Я не знаю, что он чувствует«. Конечно, у этих членов семьи есть чувства, но они обычно не осознают, что не выражают их. Они убеждены, что для других людей они так же прозрачны, как и для самих себя. Они объясняют это так: «Она знает меня, поэтому она должна знать, что я чувствую«.

г) Следующее задание такое: предложите своему партнеру три высказывания, касающиеся его, и три высказывания, касающиеся вас, которые вы считаете верными. Это ваши представления на сегодняшний день, хотя со временем они могут измениться. Если это что-то неприятное, сообщите об этом открыто и по-доброму.

Когда отношения поддерживающие, любые чувства или мнения могут быть выражены открыто. Вы поймете, что достигли успеха, когда сможете сказать своему партнеру что-нибудь вроде: «У тебя сегодня неприятно пахнет изо рта,» — таким образом, чтобы эта информация воспринималась как подарок.

Когда вы даете описание того, что видите: «У тебя яичный желток на галстуке и брюки не поглажены,» — вместо того, чтобы оценивать увиденное: «Ты выглядишь неряхой,» — то слушателю это может не понравится, но это будет менее обидно, и он сможет все понять.

Большинство людей обнаруживают, что вопреки их ожиданиям, взаимоотношения становятся более прочными и поддерживающими, когда они открыто выражают свои чувства и мнения — как «отрицательные», так и «положительные». Удивительно, что выражение положительных чувств и мнений воспринимается как нечто тривиальное, и об этом часто забывают.

Один из партнеров часто полагает, что другой уже знает о том, как он ему благодарен. Иногда люди воспринимают хорошо выполненную работу как что-то само собой разумеющееся вместо того, чтобы открыто признать, что они удовлетворены. Это также может приводить к недопониманиям и обидам.

Всем хочется, чтобы их поглаживали по спине время от времени.

Когда отношения между супругами начинают уменьшать их самооценку, каждый из них чувствует себя плохо и старается защитить сам себя. Они начинают искать поддержки в другом месте (на работе, с детьми, с другими сексуальными партнерами).

Если их общение становится безжизненным и повторяющимся, то в конце концов им становится скучно друг с другом. Это может привести к равнодушию, а равнодушие — это противоположность любви и одна из главных причин развода.

Нечто волнующее (даже опасное) — лучше, чем скука и равнодушие; даже ужасные ссоры лучше этого.

Это одна из причин, почему прямое и открытое общение между партнерами так важно. Для него требуется смелость, некоторые новые убеждения и немного практики такого общения. Оно стоит ваших усилий. Люди нуждаются в прямом, честном общении, общении, которому они могут доверять. Единственное, что мешает такому общению, — это страх:

— Я могу сделать ошибку.

— Это может кому-нибудь не понравится.

— Меня будут критиковать.

— Я могу оскорбить чьи-нибудь чувства.

— Она подумает, что я плохой.

— Люди подумают, что я несовершенен.

— Он может уйти.

Вирджиния Сатир предлагает реагировать на эти страхи следующим образом:

— Я уж точно сделаю ошибку, если я буду хоть что-нибудь делать, особенно, если я буду делать что-то новое, — именно так я всегда и учился.

— Я могу быть почти уверен, что кому-нибудь это не понравится, но это нормально. У всех разные вкусы.

— Да, иногда люди будут критиковать то, что я делаю, и иногда это будет даже полезно, — я несовершенен.

— Иногда правда неприятна, но каждый человек выбирает, как ему отреагировать. Я не отвечаю за их выбор.

— Может быть, она подумает, что я плохой; я могу это пережить. Вопрос в том, что я думаю.

— Я не совершенство и остальные люди тоже, ну и что?

Психология bookap

— Если он хочет уйти, может быть, это и к лучшему. Я могу это пережить.

Такое отношение даст вам возможность стоять на своих собственных ногах, хотя это не будет всегда легко и безболезненно. Однако, когда вы сможете посмеяться над собой, этот процесс будет гораздо легче.

Источник: https://bookap.info/popular/virdginiya/gl5.shtm

Семейная психотерапия вирджинии сатир и возможности применения технологий профайлинга в ее процессе

Вирджиния М. Сатир ЧТО КРОЕТСЯ ЗА ОЧЕВИДНЫМ: ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

Здравствуйте, дорогие читатели и подписчики нашего сайта «Международная Академия Исследования Лжи» (г. Санкт-Петербург). Очередная наша статья из психотерапевтического цикла посвящена семейной психотерапии Вирджинии Сатир и возможностям применения в этом виде психотерапии технологий профайлинга.

Знаменитая на весь мир американский психотерапевт Вирджиния Сатир (1916 – 1988 гг.) внесла весомый вклад в психотерапевтическую сферу: ее по праву можно называть одной из создателей семейной психотерапии.

Разработанные ею техники оказали мощнейшее воздействие на сам психотерапевтический процесс; она способствовала установлению мира на нашей планете, используя в масштабе международных отношений психотерапевтические техники для работы в семье.

Хотим также напомнить Вам, что ранее мы рассматривали взаимосвязь профайлинга с гештальт-терапией Ф. Перлза, а также использование психотехнологии профайлинга в личностно-ориентированной терапии К. Роджерса.

Концепция Вирджинии Сатир включает в себя шесть основных положений:

  1. Семья, в которой мы выросли, во многом определяет наше поведение и установки.
  2. Семья представляет собой систему, а, следовательно, она стремится к равновесию, для поддержания которого зачастую в ход идет навязывание ролей членам семьи, система запретов или неадекватные ожидания.
  3. Нарушения в системе семьи обуславливают снижение самооценки и формирование защитного поведения, так как индивид в любом случае будет стремиться повысить самооценку и оберегать ее от нападок извне.
  4. Любой человек обладает достаточным потенциалом для личностного роста и здоровой активной жизни.
  5. Возможности для личностного роста существуют всегда, однако психотерапевтический процесс необходимо строить на уровне «процессов», а не «содержания».
  6. Процесс изменений захватывает всего человека и строится из нескольких стадий.

Психотерапевтический процесс по методике В. Сатир представляет собой прохождение клиентом (клиентами) трех последовательных стадий на пути к изменениям. Проанализируем эти стадии и посмотрим, какую пользу семейному психотерапевту может принести использование технологий профайлинга.

  1. Начальная стадия. Любые внутренние изменения необходимо начинать с того, что помочь обрести человеку чувство защищенности и значимости собственной личности. Важно не только слушать свою интуицию, но и с целью ускорения процесса внутренних изменений использовать психотерапевтические техники: техники установления контакта, принятия и стимулирования сознания.

В. Сатир писала, что способность устанавливать эффективные контакты крайне важна для того, кто хочет стать настоящим психотерапевтом. По ее убеждению установление контакта — это первый шаг, с которого необходимо начинать процесс психотерапии. Какие же техники помогают установлению контакта психотерапевта и клиента(-ов):

а) Сближение. В. Сатир использовала все свои физические и душевные силы, для того чтобы найти точки соприкосновения с клиентами: она касалась их руками, мастерски использовала мимику и пантомимику, использовала интонационные возможности. Встреча с клиентом всегда начиналась с пожатия руки.

Прикосновение руки, по мнению психотерапевта, является, одной из основных потребностей человека, поэтому она регулярно прибегала к этой технике, чтобы установить с клиентами контакт. Она спрашивала у клиента его имя, и после чего с теплотой приветствовала его. В. Сатир писала: «… никогда не жалейте времени, потраченного на приветствие!».

Психотерапевту следует принимать такую позу и выбирать такое расстояние до клиента, чтобы с легкостью в случае необходимости во время психотерапевтического процесса к нему прикоснуться. Так создаются первоначальные доверительные отношения между клиентом и психотерапевтом.

Здесь появляется так называемая «рамка безопасности», в которой клиент начинает демонстрировать базовые поведенческие паттерны, характерные для его психологического профиля.

б) Выслушивание. В. Сатир крайне внимательно относилась к индивидуально-психологическим особенностям клиентов, уделяя каждому такое количество времени и внимания, чтобы установить с ним прямое тесное взаимодействие.

Семейному психотерапевту, для того чтобы понять клиента, установить с ним психологический контакт, следует крайне внимательно слушать речь.

Особое внимание при этом следует уделять темпу речи; интонации, улавливая ее внезапные перемены и, безусловно, вслушиваться в слова, которые чаще всего произносит клиент, отмечая для себя отсутствие конкретики. Чаще всего именно за обобщением, опущением и искажением информации кроется истинная проблема клиента.

 в) Наблюдение. Как известно, наблюдение для психолога и психотерапевта является мощнейшим инструментом для сбора информации о клиенте. В. Сатир уделяла ему в процессе психотерапии отдельное место. Поначалу, наблюдая за языком тела, она лишь фиксировала информацию, для того, чтобы в дальнейшем скрупулезно разобраться со значением каждого из жестов.

Важную роль, по ее мнению, всегда играют изменения, происходящим на следующих уровнях: глаза; мимическое выражение лица; цвет лица; частота и глубина дыхания; последовательность смены поз тела; расстояние, которое стремится занять клиент по отношению к другим; тонус мышц.

Ей принадлежит одно из самых точных высказываний, помогающих психотерапевту понять, в правильном ли направлении он ведет наблюдение: «Follow the juice» («Следуй за соком»), т.е. за самой яркой реакцией, за самой «сочной» эмоцией.

Здесь следует сказать, что правилам наблюдения за этими изменениями в поведении клиента и их верной интерпретации мы уделяем особое внимание на нашем тренинге «Профайлер-верификатор» , а также в процессе психологического консультирования.

Кроме наблюдения за жестами, В. Сатир по крупицам собирала информацию о потенциале личности; самоуважении; стереотипном стиле межличностного взаимодействия; морали и нравственных характеристиках; ожиданиях и имеющемся репертуаре ролей; том, как клиент использует свою власть и превосходство над другими; изменениях в восприятии или поведении.

Именно этому, а также определению базового психотипа клиента(-ов) или собеседника(-ов), составлению психологического профиля, выявлению типичных паттернов поведения и других психологических данных, которые помогут как в психотерапевтической практике, так и в целом облегчат установление психологического контакта с партнером по общению мы обучаем на нашем курсе «Профайлер-верификатор».

На следующем этапе психотерапевтической работы семейный психотерапевт пытается дать клиенту возможность осознать потенциал собственных внутренних ресурсов, а также имеющиеся дезадаптивные поведенческие паттерны. Чаще всего в своей практике В. Сатир использовала технику составления «карты семьи».

Те вопросы, на которые последовательно давал ответ клиент, давали представление о семейной истории на протяжении трех поколений. Хронология семейной жизни изначально формировалась из ответов на нейтральные, касающиеся основных дат, вопросы, с целью создания непринужденной обстановки.

В дальнейшем семейный психотерапевт переходила на вопросы личного характера, подробно расспрашивая о каждом члене семьи, его психологических качествах и поведенческих особенностях.

Поэтому умение задавать вопросы, понимать, в чем отличие, например, нейтральных, контрольных и проверочных вопросов является одним из значимых навыков профайлера-верификатора.

  1. Промежуточная стадия. На промежуточной стадии психотерапевтического процесса В. Сатир применяла ряд техник для того, чтобы подтолкнуть клиента в сторону изменений. Совместно с клиентом(-ми) она заключала «договор», тем самым смещая фокус на личность клиента, вовлекая его непосредственно в процесс психотерапии. После этого начинается основная стадия, ради которой и проводится семейная психотерапия: пересмотр дезадаптивных поведенческих паттернов с дальнейшим обучением клиента(-ов) новым формам поведения и выработкой новых установок.

В ходе индивидуального психотерапевтического процесса анализ дезадаптивных поведенческих паттернов предполагает проведение работы на нескольких уровнях «Я»: восприятие, ожидания и убеждения. При работе с семейными парами пересмотр дезадаптивных поведенческих паттернов означает пересмотр сформированных способов взаимодействия супругов.

В результате, после того, как семейному психотерапевту удается пересмотреть дезадаптивные поведенческие паттерны на внутриличностном уровне либо на уровне взаимодействия в семье, он должен перейти к обучению своих клиентов новым способам поведения. В. Сатир чаще всего в своей психотерапевтической практике применяла следующие техники вмешательства: моделирование, придание направления ходу беседы, устранение взаимных обвинений, специализация, «скульптурирование» и др.

  1. Заключительная стадия психотерапии. По мнению В.Сатир, практика должна быть завершающим этапом процесса изменений, а, следовательно, именно практику она чаще всего включала в заключительную фазу психотерапии. И проводила она эту часть процесса психотерапии в разных ключах: иногда беря за основу диалог, в иной раз преимущество отдавалось тренировке новых способов общения, и в этих случаях психотерапия завершалась «воображаемой репетицией». Стабилизация изменений происходила также и с помощью техник закрепления изменений, ободрения и «установки якоря».

Итак, основная цель семейной психотерапии Вирджинии Сатир — это личностный рост клиента(-ов).  В каждом человеке заложен потенциал для личностного роста, а психотерапия способна лишь его стимулировать. В.

Сатир писала, что человек как семечко, в сердцевине которого прячется зародыш будущего растения, но для буйного роста ему сначала следует накопить сил, чтобы суметь продраться сквозь заросли сорняка (дезадаптивные убеждения и формы поведения).

Задачей же психотерапевта в первую очередь является улавливание психических состояний клиента, а не поиск решения заявленной им проблемы. Как говорила В. Сатир, «проблема сама по себе не является проблемой; проблема в том, как человек справляется с нею».

Именно поэтому с первого же занятия на тренинге «Профайлер-верификатор» мы обучаем приемам развития мыслительных навыков, позволяющим ясно представлять цель и результат своих действий, получая на пути к их достижению качественную обратную связь.

Уважаемые читатели, если данная статья Вам понравилась, скажите автору спасибо и поделитесь ей с друзьями!

С уважением, Владлен Статный, руководитель обучающих курсов Международной Академии Исследования Лжи (г. Санкт-Петербург)

Источник: https://iarlspb.ru/semejnaya-psixoterapiya-virdzhinii-satir-i-vozmozhnosti-primeneniya-texnologij-profajlinga-v-ee-processe.html

15 правил счастливой семейной жизни от Вирджинии Сатир

Вирджиния М. Сатир ЧТО КРОЕТСЯ ЗА ОЧЕВИДНЫМ: ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

Вирджиния Сатир — американский психолог и выдающийся семейный психотерапевт.

Не углубляясь в научную теорию, разбираемся с простыми постулатами гармоничной семейной жизни, понять и принять которые может каждый из нас.

1. Вы друзья!

Если вы не задумываясь скажете, что ваш муж/жена и есть ваш самый лучший друг, значит, вы счастливый человек. Часто, перетягивая канат лидерства и выясняя, кто кому больше должен, мы превращаем семейные отношения в повинность. Быть друзьями = быть откровенными друг с другом, принимать не только достоинства, но и недостатки друг друга и быть равными в отношениях.

2. Вам не скучно друг с другом

Конечно, у каждого могут быть свои интересы, но совместное времяпрепровождение не воспринимается как пытка. Не нужно искусственно придумывать общие увлечения, достаточно просто хотеть провести время вместе.

3. Вы не избегаете друг друга

В одной из своих книг Вирджиния Сатир делится интересным наблюдением: в проблемных семьях родственники подсознательно стремятся избежать общения.

Во время ужина всегда включен телевизор, на который можно переключить внимание, рядом лежит телефон, который присылает 20 уведомлений в минуту, в соседней комнате поставлен на паузу фильм или игра, поэтому времени на поболтать просто нет.

4. Вы можете критиковать друг друга, не обижая

Нет идеальных людей, нет идеальных семей. Да и само понятие идеала — конструкция крайне субъективная. Однако видеть недостатки друг друга, честно говорить о них и не причинять боль — это большое искусство, которым владеют только любящие люди.

5. Вы смотрите друг другу в глаза

В экзистенциализме (направление философии) есть понятие «Другого», без которого «Я» никогда не сможет обрести состояние полноты (психологической, духовной и даже физической, ведь мы не можем увидеть самих себя полностью). Избегая чужого взгляда, мы как будто прячем свою самость. Если нам неловко и неуютно под взглядами самых близких людей — значит в отношениях есть проблемы, которые нужно решать.

6. Вам есть, о чем поговорить, и комфортно молчать

Попытайтесь вспомнить, о чем вы сегодня разговаривали с лучшим другом? Если не произошло какого-то значимого события, то вы вряд ли воспроизведете содержание беседы.

Однако вы точно будете помнить, что вам было весело.

Общение супругов, детей и родителей тоже далеко не всегда информативно, но поболтать «ни о чем» иногда даже интереснее, чем обсудить покупку новой стиральной машины или велосипеда.

7. Вы не боитесь проявлять чувства

Не нужно притворяться и постоянно «держать марку». Можно выразить свои эмоции, помня о чувствах других.

8. Родители ощущают себя лидерами-вдохновителями, а не авторитарными руководителями

Родители подают пример, а не читают нотации. Сами не делают того, что запрещают детям. Не обманывают по важным вопросам и не бояться сказать «нет», когда желаемое недостижимо. Родители понимают, что нельзя оградить ребенка от всех проблем, но они всегда рядом, чтобы поддержать решение сына или дочери.

9. Родители обожают своих детей, но понимают, что чужие дети не хуже

Каждой маме и каждому папе свой ребенок кажется особенным, и так оно на самом деле и есть. Все дети необыкновенные, талантливые, добрые, искренние и открытые миру. Злыми, жестокими, завистливыми, заносчивыми, жадными и обидчивыми делаем их мы, взрослые. Уважая друг друга, своих и чужих детей, мы делаем жизнь своей семьи чище и лучше.

10. Мы не боимся проблем и не выносим сложные вопросы «за скобки»

Разговариваем ли мы с детьми о смерти, поднимается ли в семье вопрос инклюзии, объясняем ли мы ребенку, почему другой малыш отличается от него и как к этом нужно относиться? Существует множество сложных тем, которые мы превращаем в табу, вместо того, чтобы честно признаться — мы имеем право трусить, не понимать или бояться.

11. Мы даем детям свободу выбора

Во что верить, с кем дружить, о чем мечтать, какую профессию выбрать… Мы не бросаем ребенка наедине с выбором, но мы не насаждаем собственные идеалы в качестве Абсолюта, которому нашим детям придется поклоняться всю жизнь.

12. Мы всегда можем что-то изменить

Да, у нас нет миллиона долларов на счету, и высока вероятность, что никогда не будет. Но выключить компьютер, чтобы поговорить с ребенком по душам, или встать на 15 минут раньше, чтобы приготовить на всех оладьи вместо надоевших мюсли, мы можем без особых усилий.

13. Мы ценим себя и свою семью, независимо от мнения окружающих

Всегда найдется кто-то богаче, успешнее, талантливее, хитрее и т.д. Но у нас есть наши семьи и люди, которые нас любят и гордятся нами. Этого вполне достаточно, чтобы каждое утро говорить жизни «Спасибо!».

14. Следим за тем, чтобы наш «котел» всегда был полон

В книге «Как строить себя и свою семью» Вирджиния Сатир пишет:

Когда я была маленькой девочкой, я жила на ферме в Висконсине. На заднем крыльце дома возвышался огромный черный котел, он блестел на солнце своими круглыми боками и стоял на трех ногах. Моя мама готовила в котле свой особенный суп, поэтому какую-то часть года в котле был суп.

В разгар молотьбы мы наполняли котел тушеным мясом. В другое время года мой отец хранил в нем луковицы цветов. Мы все называли этот котел котлом трех «с» (т. е. котлом трех содержаний).

Любой, кто хотел использовать этот котел, обязательно должен был поинтересоваться: чем сейчас он наполнен? Насколько он полон?

Каждый из нас — это сосуд, который должен быть наполнен.

PS. Не хотите быть котлом, придумайте более эстетичное сравнение =)

15. Мы не угадываем, мы разговариваем

Если мы действительно любим друг друга, всегда ли мы должны знать о желаниях друг друга? Конечно же, нет. Каждый из нас — уникальная личность со своим опытом, характером, своими привычками и странностями. А чтобы понимать друг друга с полуслова, нужно просто очень часто общаться.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5a421a039d5cb3a1ef05edf4/5a84915d1410c32cdb85b422

Вирджиния Сатир — Великая дама семейной терапии

Вирджиния М. Сатир ЧТО КРОЕТСЯ ЗА ОЧЕВИДНЫМ: ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

Вирджиния Сатир (Virginia Satir) была одной из наиболее влиятельных личностей в области психотерапии, занимающихся теорией семейной терапии.

Ей удалось в работе, в единственном в своём роде, синтезе – объединить существенные тезисы гуманистической психологии с коммуникационно-теоретическими концепциями группы Пало Альто.

В центре ее теории, основанной на опыте, лежали такие понятия, как чувство собственной ценности, рост и коммуникация. Сатир учитывала при этом как интрапсихические факторы, так и интерперсональные. Арист фон Шлиппе считает:

“[…] что ее убеждения характеризуются высоким уровнем ценности экологических отношений, поскольку мы находим в них высказывания о различных эпистемологических уровнях. Таким образом, ее взгляд на человека, подобный идеям гуманистической психологии, одновременно выходит за ее границы, сильно акцентируя социальные построения человека.

Ее теория личности сходна с тезисами Карла Роджерса (а также других представителей эпистемологического направления), однако не идентична им, поскольку пользуется аспектами теорий познания, на тему индивидуальных процессов обработки информации.

Ее семейная терапия имеет системный характер, являясь попыткой понять в какой зависимости от коммуникации находятся интрапсихические процессы (однако неприкасаемость личности – лозунг, который можно найти в некоторых системных концепциях – никогда не принимался во внимание Сатир!).

Таким образом, Сатир создала многоуровневую концепцию психосоциальной интервенции, которая лишь в последние годы снискала отклик в системной литературе”.

ПУТЬ РАЗВИТИЯ ВИРДЖИНИИ САТИР

Вирджиния Сатир родилась на маленькой ферме американского штата Висконсин. Там она провела детство, среди братьев и сестер.

Ее предки прибыли из Германии. Отец происходил из семьи крестьян и ремесленников. Сатир описывает его, как простого симпатичного, контактного, технически талантливого, но мало образованного мужчину. Мать происходила из воспитанных мещанских кругов и была сильной, доминирующей, отважной и исключительно амбициозной личностью, большое внимание уделявшей воспитанию детей.

Различное происхождение и различие характеров были причиной существенных напряжений в семье. Отец чувствовал себя нелюбимым женой. Некоторое время он пытался топить проблемы в алкоголе. Мать, в свою очередь, обвиняла его в безответственности.

Оба были однако слишком горды, чтобы открыто говорить о своих конфликтах перед детьми и даже для того чтобы развестись. Это привело к напряжению атмосферы на что чувствительная Вирджиния часто реагировала болезнью. Долгие годы у нее были проблемы с желудком.

Она также легко поддавалась инфекциям. Несмотря на то, что родители изо всех сил поддерживали развитие детей, Вирджиния часто страдала, поскольку не могла понять конфликта родителей. Она признается, что уже в возрасте пяти лет решила стать, своего рода семейным детективом.

Она хотела узнать, что действительно происходит внутри ее собственной и других семьях.

Будучи шестилетним ребенком, она заболела воспалением слепой кишки. Ее мать решительная сторонница Христиан Сайенс, по религиозным причинам была против любого медицинского вмешательства. Это убеждение едва не стоило Вирджинии жизни, поскольку вследствие этого произошел разрыв слепой кишки.

Она выжила лишь потому, что отец вопреки воле матери, отвёз ее в последний момент в больницу. Там вначале отказались проводить операцию, посчитав её мертвой. Лишь когда отец настоял на реанимации и лечении, ей занялись.

После нескольких критических минут, в отделении интенсивной терапии, считавшаяся мёртвой Вирджиния была спасена. Спустя четыре месяца Вирджиния Сатир была выписана из больницы. Сразу после этого она заболела воспалением среднего уха. Почти два года она была глухой.

По всей видимости именно опыт перенесенных болезней неосознанно сделал её чувствительной к невербальному участию в коммуникации между членами семьей.

В 1927 году (Вирджинии было как раз 11 лет) мать решила покончить с фермерской жизнью. Семья переехала в Милуоки в штате Висконсин, городок около озера Мичиган. Там были расположены лучшие школы.

Сатир была очень способной ученицей. Школу и колледж она закончила в рекордные сроки. Закончив колледж, она шесть лет работала учителем. Чтобы собрать больше опыта с людьми различного происхождения, она специально обучала в шести различных школах.

При этом, она обрела весьма ценные взгляды на специфику ситуации детей белых и черных, бедных и богатых, деревенских и городских семей. Уже тогда она старалась включить родителей в жизнь школы.

Для этого, почти каждый день она отводила одного из своих учеников домой, чтобы посетить его семью. Часто ей удавалось решить школьные проблемы детей, увеличив у родителей осознание того, что результаты в школе и атмосфера в семье, зависимы друг от друга.

Позднее эти визиты дали плоды в виде весьма продуктивного опыта в терапевтических встречах с семьями.

В то же время, когда она работала учителем, Вирджиния Сатир посещала в Чикаго курсы из области социальной работы. Поскольку теоретическая программа обучения базировалась на психоанализе, она записалась одновременно на курс психоанализа. Этот курс включал также самоанализ.

Во время занятий и после их завершения Сатир работала в различных организациях. При этом она открыла свой особый дар умение работать с опасными пациентами, страдающими сильными нарушениями. Позднее она открыла в Чикаго свой кабинет. Поскольку она не была врачом, то не имела доступа к нормальной клиентуре аналитиков.

Поэтому она работала исключительно с бездомными, алкоголиками, тяжело больными детьми, шизофрениками и клиентами, которые после многих неудачных попыток лечения, направлялись к ней из публичных институций. В связи с тем, что она не была врачом, она также не могла застраховаться от профессиональной гражданской ответственности и поэтому работала без всякой страховки.

Поэтому она не могла позволить себе допустить ошибку.

С перспективы времени, Вирджиния Сатир определила эти годы как исключительно тяжелые. Несмотря на это, она воспринимала свою ситуацию, как хороший способ обучиться основам. В это время она вела исключительно индивидуальную практику.

При этом, стараясь интуитивно, вопреки принципам аналитической техники, войти в хороший контакт с клиентом. Опыт учительской и социальной работы научил ее, как важно искать в человеке его сильные стороны.

Поэтому она старалась внимательно слушать, наблюдать, передавать позитивный взгляд и избегать подчеркивать патологические явления, как это было в практике других терапевтов. При этом она достигла удивительно хороших результатов.

Об этом стали говорить и вскоре у нее уже было столько работы, что она не могла с ней справиться. Наконец появились также “нормальные” клиенты и Вирджиния Сатир признала, что ее подход, независимо от отдельных симптомов, чаще всего приводит к исключительно позитивным результатам.

Весной 1951 года она работала с двадцативосьмилетней клиенткой, страдающей шизофренией. Эта женщина уже прошла несколько неудачных попыток терапии. Спустя около шести месяцев, она почувствовала улучшение.

Вскоре после этого Вирджинии Сатир позвонила ее мать, угрожая вызвать Сатир в суд, из-за растущего эмоционального отчуждения дочери. Во время телефонного разговора Сатир заметила, что мать в действительности передает два коммуниката: угрожает на словах, хотя в ее голосе ясно ощущается призыв о помощи.

Сатир поняла, что ранее никогда не замечала, на сознательном уровне, такой пропасти между вербальным и невербальным содержанием послания. Вместо того чтобы ответить на угрозы, она спонтанно пригласила мать на терапию, решив помочь также ей. Мать приняла предложение.

К огромному удивлению Вирджинии Сатир, клиентка в присутствии матери, повела себя также странно, как и в тот день, когда она впервые познакомилась с ней. Как обычно, когда Сатир не понимала, что происходит, она отступала на позицию наблюдателя.

Во время первых встреч, не вмешиваясь, она сконцентрировалась на событиях, происходящих перед ней, и заметила, что клиентки в течении разговора, наряду с вербальным, передают и эмоциональное послание. Это было открытие, которое независимо от нее, сделал в начале пятидесятых годов Грегори Бейтсон.

Разделение вербального и эмоционального содержания коммуникаций, позднее было теоретически разработано в MRI, под названием: аспект содержания и аспект изложения в коммуникации.

При этом обычно объединяли плоскость содержания с вербальной плоскостью, а плоскость изложения с невербальной частью коммуникации Под влиянием интереса Бейтсона к теории логических типов Рассела и Уайтхеда, склонялись однако принимать невербальную коммуникацию как мета-коммуникационные рамки, тем самым как верную информацию передающего – шаг, какой таким образом, никогда не был сделан Вирджинией Сатир. Она воспринимала (также как позднее Бэндлер и Гриндер в своих рассуждениях о явлении коммуникационной неконгруэнтности) оба аспекта как одинаково важные части коммуникации. При этом исходя из принципа, что слова это выражение сознательной части себя, в то время как невербальные формы выражения передают, посредством тела информацию об актуальных эмоциональных событиях. Позднее она заметила, изучая различия между вербальной и невербальной коммуникацией, что невербальная часть сильнее влияет на адресата коммуникации

Позднее у нее возникло впечатление, что  между дочерью и матерью действовала, неосознаваемая женщинами, невербальная система сигналов: легкий наклон головы, изменение тона голоса, пожатие плечами и т.д., казалось вызывали сходные реакции у партнерш.

Это явление было ею досконально изучено, она обострила своё внимание на восприятие этих элементов.

Тогда ей стало ясно видно, как были важны данные невербальные указания и раздражители для коммуникационного обмена, и тем самым для отношений между клиенткой и ее матерью.

После истечения еще шести месяцев работы с дочерю и матерью, Вирджинии Сатир пришла идея пригласить на терапию отца. Это было необычно, так как мужчин даже не считали, в то время элементом эмоциональной жизни семьи. Вопреки ее ожиданиям, отец пациентки выразил готовность участвовать во встречах.

Его присутствие привело к подобным резким переменам, как и появление пол года назад матери. Отношения клиентки и матери стали теперь очень хаотичными. Впервые Вирджиния Сатир смогла изучить влияние третьего лица на пару. Особенно заметными стали при этом меняющиеся коалиции этой тройки, отец – мать – дочь.

Сатир терпеливо работала уравновешивая их отношения, добиваясь однако скромных результатов.

Несмотря на то, что Вирджиния Сатир работала с группой из трех человек, ее мышление все еще концентрировалось на одной личности. Впрочем, так поступали все, современные ей терапевты, поэтому длительное время она не догадывалась спросить, есть ли еще дети в семье. Когда она сделала это, оказалось, что есть еще брат, на два года старший своей сестры.

Его также пригласили на терапию. Когда он зашел в помещение, Сатир интуитивно почувствовала, что нашла еще один ключ к пониманию семейной динамики. Сын был высоким, необычайно красивым молодым человеком, Сатир поняла, что он играл роль модели идеального ребенка. Родители явно его обожали, в то время как дочь считали плохой и ненормальной.

По мере накопления опыта проблем семей, Сатир все чётче видела, что такого типа признаки имеют огромную силу. Согласно самоисполняющемуся предсказанию, навешивание этикеток членам семьи, укрепляет специфические паттерны стереотипного поведения, отдельных ее членов.

Если наступает подобное упорядочивание, то оно часто может привести к закреплению нарушений в жизни семей.

В более поздний период Вирджиния Сатир совместила свои взгляды в концепции семейной системы, функционирование которой было согласно ей, в кибернетическом смысле, прежде всего результатом коммуникационных процессов между элементами системы (членами семьи). Поэтому в центре её семейно-терапевтическких вмешательств находились явные и скрытые правила, а точнее нарушения коммуникации

После расшифровки существенных моментов этого случая, Вирджинии Сатир удалось довести лечение семьи до увенчавшегося успехом финала. Отношения между членами семьи улучшились, были открыты новые пути коммуникации, а молодая женщина выздоровела. Работа с этой семьей создала, согласно Сатир, основы для многих принципов, какими она позднее руководствовалась.

Принцип, касающийся восприятия психических нарушений, как семейных явлений, возникающих в результате патологических интерперсональных реакций, стал основной идеей ее дальнейшей работы.

Это был взгляд на то время революционный, поскольку оказался совершенно противоположным, всем действующим научным взглядам, относительно возникновения психических заболеваний.

Вирджиния Сатир начала теперь применять новый опыт также в других случаях. Она все чаще приглашала на терапевтическую встречу всю семью, при этом добиваясь подобных удовлетворительных результатов.

Два года спустя она была уже так известна, что ее попросили вести курс обучения для врачей психиатров, в только что созданном Психиатрическом Центре Штата Иллинойс в Чикаго. Она вела его в 1955- 1958. Кроме того, у нее было два частных терапевтических кабинета.

Дополнительно она работала в школьном центре и советником в фирме. Согласно ее собственным подсчетам, она работала тогда около 85 часов в неделю.

В 1956 году Вирджиния Сатир встретилась с Мюрреем Боуэном. За несколько месяцев до этого, она узнала, что он принимает целые семьи у себя в клинике. Она хотела узнать побольше об этом проекте. Кроме того, она желала обсудить свои открытия о семейной динамике со специалистами.

Она так представляла ту ситуацию:

“Ну вот, я пошла на эту встречу и провела информативный совет с людьми. Передать им то, что я делаю! […] Все что я делала, было полной противоположностью того, что делали они. Но я знала что есть нечто, на след чего я вышла, не имея понятие что это, но не смотря на это знала. […] Поэтому я встретилась с Мюрреем.

Он был весьма вежлив со мной, позволив войти, мы говорили и все прошло как положено. Я сама уже многое сделала, поскольку в 1951-1955 старалась применять все, что только было возможно. Тогда Мюррей еще ничего не знал и я также […] Это были времена, когда каждый был уверен, что страдающим шизофренией нельзя помочь.

Шизофрения была базой для нас всех, поскольку если бы мы начали с чего-то другого, то ни к чему бы не пришли. Все “послушные” невротики и им подобные, лечились психоаналитиками. Агрессивных сажали в тюрьмы, а шизофреников в психиатрические лечебницы. Невротики, таким образом, шли к другим, а мы все семейные терапевты, с самого начала работали с шизофрениками.

Этим больше никто не занимался. И когда мы пытались лечить шизофреников, это также никого особенно не интересовало”.

В 1957 году, спустя год после визита к Боуэну, Вирджиния Сатир прочитала статью Toward a Theory of Schizofrenia (К теории шизофрении), опубликованную год спустя Грегори Бейтсоном, Доном Д.

Джексоном, Джеем Хейли, и Джоном Уиклендом. В этой статье, как мы уже говорили, впервые была представлена гипотеза, так называемой, двойной связки, возникающей в шизофрении.

Сатир была восхищена, она нашла людей, которые заметили то же, что и она.

В октябре 1958 года Вирджиния Сатир переехала в Пало Альто. По личным причинам она покинула Чикаго, ей также хотелось поменьше работать. В начале 1959 года она встретилась с Доном Д.

Джексоном, тогда родилась мысль создать совместно с Джулесом Рискиным, который хотел переехать из Цинцинати в Пало Альто, собственный институт. Уже в марте этого же года, был открыт Mental Research Institute (MRI).

Вирджиния Сатир писала об этом:

“Мы получили так мало денег, что могли снять лишь одно помещение, на один день в неделю. В нашем распоряжении было 6000 долларов на весь год, для выплаты себе зарплаты, насколько это возможно и закупку всего, что необходимо.

Дон тогда был управляющим группы психиатров в клинике, поэтому Джульс и я, в этот период, делали большую часть работы. Мы разработали проект, целью которого было исследование зависимости здоровья и болезни от определенных интеракций среди членов семьи. Это был наш проект и он получил финансовую поддержку.

[…] В марте институт начал работу, а я запланировала, что буду работать в нем три дня в неделю. В мае этого года я участвовала в большой конференции и услышала, как кто-то обращается ко мне, называя мою фамилию. Обернувшись, я увидела незнакомых мне людей.

Они спросили: “Это вы Вирджиния Сатир?” “Да” – ответила я. “Мы хотели бы, чтобы вы приехали к нам и показали нам семейную терапию”. Я спросила: “Откуда вам известно ,что я разбираюсь в этом?”. “Мы слышали о вашей работе в Чикаго […]” А я придерживалась четкого распорядка.

Однако, поскольку в институте мы работаем лишь три дня в неделю […], я сказала: “Хорошо, один раз я могу приехать, я ставлю лишь одно условие – дайте мне пациента с семьей”. […]

Таким образом, короче говоря, хватило времени от мая до сентября, и я работала уже во всех психиатрических заведениях. И происходило это так: в 6.15 подъём, трех часовая поездка на север в Сан-Франциско, чтобы вести семинар, затем два часа езды на автомобиле в клинику, потом в Пало Альто, так как там у меня уже была небольшая учебная группа.

Дальше на следующей неделе в Южную Калифорнию, потом в Метрополитен и т.д. Пока Дон не сказал мне: “Ты слишком много путешествуешь. Почему бы тебе не вести обучение здесь?”. Хорошо, подумала я, создам программу обучения. Правительство США положительно отнеслось к этому и я получила 800000 долларов – огромную сумму, на реализацию проекта.

Я вела обучение по средам и пятницам, и что получилось? Об этом услышали от меня и от психиатров в соседних штатах. И опять началось. Я была в Неваде, затем поехала в Вашингтон и вскоре я регулярно покидала Пало Альто в субботу утром и возвращалась в среду вечером.

Неделю на севере, Сиеттл, потом прибавился Солт Лейк Сити и Миннеаполис, где я вела три тренинга от субботы до среды. Путешествуя туда-назад, я возвращалась на два дня на тренинг, а на следующей неделе выезжала в Феникс в Аризоне, управлялась за три дня и возвращалась. Вскоре я начала работать в Канаде, а в конце 1960 года получила приглашение в Европу.

Программа обучения была реализована, работа приобрела ход. […] Теперь я имела целое отделение обучения – я абсолютно независима”222.

Отделение обучения стало единственным источником доходов MRI. Поскольку эта деятельность полностью поглощала Вирджинию Сатир, она полностью отошла от работы в исследовательском отделе. Ее и так больше интересовала практика и обучение.

Ее сотрудничество с отделом исследований ограничивалось лишь разработкой материалов, которые она привозила со своих тренингов. Кроме того, она занималась различными проектами, и некоторое время исполняла функцию директора в Институте Эсален в Биг Сур.

Там она познакомилась с Фрицем Перлзом, которого очень уважала.

В 1966 году Вирджиния Сатир покинула MRI, с той поры полностью посвящая себя всемирному обучению и работе над развитием метода лечения семей, то есть Терапии Целой Семьи (Conjoint Family Therapy).

В начале 1972 года Вирджиния Сатир познакомилась с двадцатидвухлетним студентом Ричардом Бэндлером. Их познакомил издатель, Роберт Спитцер. Началась очень плодотворная работа. Бэндлер начал изучать ее технику и совместно с Джоном Гриндером разработал собственные модели, в которые наряду с невербальными паттернами поведения попали также мысли Сатир о терапии и коммуникации.

Поэтому, изданный в 1975 году первый том The Structure of Magic (Структура магии), то есть первая общая публикация создателей НЛП, говорил, прежде всего, о вербальном поведении, указанном Сатир. Год спустя вышел второй том этой книги. В нем на первый план были помещены невербальные паттерны и борьба терапевтов с неконгруэнтностью.

Наряду с концепцией репрезентативных систем, впервые были представлены стратегии интервенции в семейной терапии. В том же году Бэндлер и Гриндер опубликовали книгу Changing With Families (Изменяемся вместе с семьями). Эта публикация возникла при соучастии Вирджинии Сатир.

В ней впервые систематически применяется, уже на практике, разработка модели семейной терапии.

Наконец, изданная в 1982 году книга Re-framing: Neuro-Linguistic Programming and the Transformation of Meaning (Рефрейминг. Нейролингвистическое программирование и изменение значений) можно считать собранием основных паттернов рефрейминга и бесед, какими пользовалась Вирджиния Сатир, во время встреч с семьями и индивидуальными клиентами.

Книга с таким же названием вышла в издательстве Роберта Спитцера Verlag Sciens & Behavior Books в 1964. В ней Вирджиния Сатир впервые письменно представляет свои представления о теории семьи (часть 1), теории коммуникации (часть 2) и теории и практики терапии (часть 3).

Вирджиния Сатир работала исключительно с семьями. Её терапевтический метод можно применить без сомнения также к индивидуальным клиентам.

В начале девяностых годов великолепный пример такой индивидуальной работы, с точки зрения НЛП проанализировал Стив Андреас Наряду с обширным комментарием записей, демонстрирующим работу с 39-летней участницей семинаров, в этой публикации находится также Follow up – интервью проведённое Коннирэ Андреас с клиенткой, почти через три с половиной года после терапии. Кроме того книга содержит инструкции и описания к важнейшим паттернам терапевтической работы Сатир.

В 1977 году Вирджиния Сатир создала Avanta Network. Она ощущала необходимость собрать людей, которые прошли у нее обучение и исповедовали те же ценности.

Ее намерением было сконцентрировать способности и талант этих людей, чтобы поддержать людей, семьи, организации, церкви, воспитательные учреждения, политические организации и правительства в развитии гуманитарной мирной и счастливой формы человеческой совместной жизни Ее мечта это всеобщий мир, среди людей невзирая на расы, религии, национальности.

Целью этой сети был поиск новых путей к осуществлению, вышеназванной мечты. В центре ее внимания находится развитие и передача методов, укрепляющих в людях чувство собственной ценности.

Кроме того, члены Avanta Network, прежде всего, занимаются всевозможной поддержкой всех тех мысленных моделей, которые ведут к росту личности.

В рамках всемирного профессионального предложения тренингов, приверженцы сети работают над совершенствованием и передачей человеческих коммуникационных способностей230.

В мае 1988 года Вирджиния Сатир впервые продемонстрировала свою работу в четырех городах бывшего Советского Союза. В конце четырех недельного путешествия, она почувствовала легкую боль в области поджелудочной железы, благодаря массажу удалось облегчить ее страдания. Вначале подозревалась инфекция, вызванная паразитами.

После завершения поездки, Вирджиния Сатир вернулась в США. Несколько недель спустя, боли усилились, она заболела желтухой. Силы быстро покидали ее.

Врачи считали, что виной этому опухоль поджелудочной железы. Она решила вернуться в свой дом в Пало Альто, чтобы пройти диагностику и лечиться в Стэнфордском Медицинском Центре.

Там у нее обнаружили, что опухоль уже дала метастазы, разрушившие печень.

В последние недели жизни, Вирджиния Сатир внимательно наблюдала за приближающейся смертью. Она хотела пережить процесс смерти настолько сознательно, насколько это было возможно. Лицом к лицу со смертью, она прошла глубокий процесс трансформации, во время которого победила страх переда на другую сторону. За пять дней до смерти, она обратила к людям, с которыми чувствовала связь, такие слова:

Ко всем моим знакомым и родным. Шлю вам свою любовь. Прошу поддержать меня во вступлении в новую жизнь. Я не могу иначе выразить своей благодарности. Вы все сыграли значительную роль в развитии моей любви. В результате моя жизнь была богатой и полной. И поэтому я ухожу исполненной благодарности.

10 декабря 1988 года Вирджиния Сатир умерла в кругу нескольких ближайших друзей в своем доме в Пало Альто.

Книги Вирджинии Сатир:

1. Как строить себя и свою семью2. Почему семейная терапия.3. Психотерапия семьи4. Семейная Терапия. Практическое руководство (Бендлер, Гриндер)

5. Вирджиния Сатир: паттерны ее магии (С. Андреас)

Источник: https://codenlp.ru/about/virdzhiniya-satir

Book for ucheba
Добавить комментарий